Марийон, Зима в Венесшале - Вера Платонова

— Ну что, порядок? — спросил Гри.

— Полный.

— Ну тогда пойдем, прогуляемся еще немного.

Мари пошла с ним под руку, украдкой потерев нос снежному Святыге.

Гри повел ее какими-то переулками, пока они не вышли к большой снежной горе на окраине города. Как поняла Марийон, это было самое популярное место развлечений для венесшальской молодежи.

— Лучше тут не стоять. — Гри аккуратно отодвинул ее — тут же мимо них с горы, визжа и хохоча, пронеслась пара молодых людей. Мари пригляделась к паре: они сидели на тонкой доске, гладко выструганной и зашкуренной со всех сторон.

— Никогда не видела подобных развлечений.

— Я тоже всегда хотел попробовать! Сейчас!

Неподалеку стоял паренек и продавал самоходные досочки, Гри купил две.

— Может, не надо? — уточнила Мари, прикидывая высоту горы.

— Надо.

И они стали бесконечно долго подниматься на верх, к месту для спуска.

— А что это ты меня спереди садишь? — заволновалась Марийон.

— А это, чтобы лучше тебя видеть. Шутка. Мне кажется, так безопаснее.

— А мне кажется, наоборот.

— Ну я сильнее, и буду тебя крепче держать. А ты сзади можешь не удержаться и отцепишься по пути… Да на самом деле я посмотрел, так все катаются. Не бойся, будет весело. Итак, насчет три. Раз, два.. — И он с силой оттолкнулся ногами, и они полетели. У Мари засвистело в ушах, дух захватило, они мчались с горы с неимоверной скоростью, Гри еще умудрялся как-то подруливать ногами, она просто оглушительно визжала. В итоге они все же чуть не докатились до подножия горы и слетели на обочину в сугроб, хохочущим клубком. И как тем утром, когда Гри спас ее от медведя, Мари лежала, распахнув глаза, только небо над головой было темное-темное, густо усыпанное мелкими звездами и царствующим посреди них месяцем.

— Растущий.

— Чего? — Гри лежал рядом.

— Месяц, говорю, молодой. Народился недавно. Мне больше нравится, когда так, чем когда убывает.

— А. Никогда об этом не думал. — он сел в сугробе, отряхивая рукавицы и выгребая из-за шиворота снег. — Не знал, что женщины способны на такой оглушительный визг. У меня одно ухо теперь плохо слышит.

— А ты вообще в сугроб нас отправил! — Мари тоже отряхивала плечи и рукава.

Гри серьезно посмотрел на нее, затем одним быстрым движение бросил в сугроб, взял горячими от рукавиц ладонями ее за холодные щеки и крепко поцеловал в губы.

— Ну что за женщина. Я ей слово — она мне десять.

— Ты тоже, знаешь ли, не сахар.

— А? Плохо слышу!

— Бабушка-то целоваться разрешала?

— «Это для слабаков и слюнтяев» — говорила она.

— Гри, а у тебя полное имя часом не Григор? — они возвращались в «Камин» уже далеко за полночь.

— Нет, оно изначально такое короткое. Это единственная форма — Гри.

— А я уж было подумала, что ты на самом деле Святыга. Устроил мне настоящее чудо. Спасибо.

— Взаимно. Да это как раз сказки все. Святыга, Шляпник..

— Почему ты сказал про Шляпника?

— А ты так и не прочитала книгу про венесшальские легенды и обычаи? — Мари отрицательно пожала плечами. — У Святыги есть темное отражение, как альтер-эго: Человек в шляпе, Шляпник. То есть Святыга символизирует свет, жизнь, созидание, а Шляпник, как ты можешь догадаться, обратное: смерть, темноту, разложение. Он, кстати, вообще изображается чаще всего как мертвец в шляпе.

— Странно… Я про Шляпника узнала недавно только. От человека, который точно не из местных.

— Ну в том и вся штука, что образ Шляпника распространился сильнее, чем его доброго братца-лесоруба. В некоторых местах им пугают детишек, как у вас бабайкой.

— Кем? — засмеялась Мари. — Меня никогда не пугали бабайкой. Так, тогда как этого Шляпника победить? Убить? Спастись от него?

— Так в общем-то никак. Или я не встречал ничего подобного в книгах, впрочем, особенно не интересовался. Но вообще он бесплотный дух, который имеет свойство пугать, насылать страшные сны, морочить голову, но за руку он никого не схватит и не утащит. Ну то есть это какой-то собирательный образ, как мне кажется.

— Тогда вообще ничего непонятно. Я видела Шляпника собственными глазами, как и вся команда «Гнева», и он явно интересовался драконом.

— Хм. Тут я, к сожалению, точно не могу сказать ничего интересного. Ни о какой связи Шляпников и драконов я не слыхал. — Гри развел руками.

Окна в гостинице не светились.

8

— Ну-с. Я так понимаю, что это закрытое заведение. Видишь, там человек на входе? Вряд ли они пускают всех подряд.

— Ну значит нам нужно дождаться, когда Лекс зайдет и ты его окликнешь. Если он сегодня будет здесь вообще. А если не придет, то считай все пропало.

Элла и Марийон вели наблюдение за зданием салона мадам Ингерман из-за угла. День был морозный, и они за полчаса стояния на одном месте уже успели покрыться инеем в своем укрытии. Но принца не было.

— Элс, еще пять минут ждем и домой. Иначе я умру от холода.

— Давай еще чуть-чуть, потерпи, пожалуйста.

Мари стала прыгать на одном месте.

— Еще минуточку. Моя интуиция говорит, что он приедет. Новый год, чудеса! Мне должно повезти хоть здесь.

— Хорошо. Минуточка уже прошла?

— Еще нет. Жди.

— А сейчас?

— Вот смотри, богатые сани! Ну точно королевские, смотри, смотри.

— Да вижу! — зашипела на нее Мари. — Успокойся. Смотрим. Там двое в шубах, вообще со спины непонятно. По росту один подходит, как по мне. Ну, повернись.

Элла резко крикнула во всю мощь:

— Эй!

Невысокий мужчина в шубе обернулся, но тут же подошел к лестнице, ведущей на цокольный этаж.

— Это он, да, это Лекс!

— Что ж ты молчала? Надо было махать ему, кричать. Пиши записку давай, чтобы он понял, что это ты. — Элла стала копаться в больших карманах меховой куртки, выуживая какие-то предметы.

— О, Единобоже, откуда у тебя чернила и бумага?

— Я все взяла на всякий случай. О. нет, замерзли. Дыши давай на них.

Они усиленно грели своим дыханием чернила, затем кое-как нацарапали послание: «Лекс, есть важный разговор. Леона (Красотка). Выйди на улицу. Я жду». Сложили листок.

— Деньги есть? — спросила Элла.

— Нет.

— Эх.

Элла решительно направилась с запиской. В итоге после некоторых уговоров и небольшого подкупа охранник взял листок.

Они с Марийон снова принялись ждать.

— В качестве новогоднего чуда, у меня сегодня отвалится нос. — бубнила Мари. — Как вообще можно жить в таком месте, в котором слова замерзают, не успев изо рта вылететь.

— Не ворчи.

Спустя несколько