Одна зима на двоих 2 - Полина Верховцева

Ким не сдержалась. Пнула того, кто был ближе, и воспользовавшись тем, что один скрючился от боли, а второй растерянно отрыл рот, бросилась бежать.

– Стоять! – прогремело ей в след.

Как бы не так! Ким неслась вперед, не разбирая дороги. Проскочила один коридор, завернула во второй, потом по лестнице на третий этаж. Шаги преследователей звучали все громче, их голоса – все злее.

Надо прятаться!

Она заскочила в какую-то комнату и захлопнула за собой дверь за мгновение до того, как они вылетели из-за угла.

– Куда подевалась эта мерзавка?! – истошно вопил избитый блондин.

– Найдем. Не могла она далеко убежать.

Ким заметалась по комнате, ища место, где можно притаиться. Как назло, ни единого укромного местечка! Разве, что тяжелые шторы у окна…

Она юркнула туда, запуталась в складках пыльной портьеры, пару раз чихнула, неуклюже наступила на свой собственный подол и начала падать. В попытке удержать равновесие схватилась за крючок для подхвата, дернула его…и провалилась в узкую потайную нишу. Маленькая дверь плавно встала на место, закрыв убежище от посторонних глаз.

Ким притихла и старалась даже не дышать, прислушиваясь к тому, что происходило за пределами укрытия. В комнате ярились преследователи, упустившие беспомощную добычу, а с другой стороны из-за стены раздавались чьи-то голоса.

Ей стало любопытно кто там, поэтому она смело шагнула вперед и приникла глазом к узкому, едва заметному просвету.

По ту сторону стены оказался кабинет. С большим деревянным столом, стеллажами, уставленными книгами, картинами на стенах. Но не это заставило ее сердце биться в два раза сильнее.

За столом, опираясь на него локтями, сидел правитель, позади него Мелена неспешно постукивала рукоятью плети по своей ладони, а перед ними на коленях стоял Хасс…

***

Его удерживали на месте цепи, толщиной с запястье взрослого мужчины. Одним концом они крепились к массивным крюкам на полу, а другим – к кольцам на тяжелом стальном ошейнике и колодках, сковывающих руки за спиной.

Он был полностью обездвижен и едва мог шевелить головой. Но несмотря на это, его боялись. Страх, который они так отчаянно пытались скрыть, витал в воздухе. Даже в своем укрытии Ким чувствовала его, как и едва сдерживаемую ярость кхассера.

А еще она не могла не заметить, насколько он истощен. Бледный, похудевший. С синими подтеками на лице, и набухшими рубцами, выглядывающими из-под ворота грязной, местами порванной рубахи.

О, Трехликая, его что…били? Пытали?

Увидев, что оковы и ошейник натерли кожу настолько, что из-под них сочились капли крови, Ким схватилась за стену.

Да как же так…

– …Когда же вы, наконец, перестанете лезть на наши земли? – король не мог сдержать гнев. Его некрасивый большой рот кривился, а дряблые щеки подрагивали от возмущения.

– Ваши земли? – жестко перепросил Хасс, – Ты сам-то в это веришь? Или вашу историю перекроили настолько, что вы уже и не помните, как было на самом деле?

– А как было? Семеро самых наглых и пронырливых нашли способ получить зверя. И вместо того, чтобы рассказать Совету, как это сделать, оставили такую возможность только для себя и для избранных!

– Сделай они это и начался бы хаос. Справиться и обуздать норкинта могли не все. Многие погибли, пытаясь это сделать. Другие теряли разум, прежде чем удалось соединиться полностью…

– Зато тем, кто это смог, хорошо жилось? Не так ли? Сила, власть, возможности, – глаза Вейлора алчно блеснули, – в их распоряжении было все! Все блага Милрадии! Им приносили все на блюдечке. Лучшие земли, замки, женщины. Золота, сколько захочешь…

– Ты забываешь о главном, – сквозь зубы процедил Хасс, – о том, для чего все это было сделано. Первые кинты многим пожертвовали ради того, чтобы защитить Милрадию от роя…

– Пффф, красивые сказки, – отмахнулся Вейлор, – от роя… скажешь мне тоже. Всего лишь клещи переростки.

– Тебе напомнить, как эти клещи выкашивали целые деревни? Как разрывали кратеры, опустошая поля? Как их личинки выгрызали леса? Мы каждый год видим это в Андракисе.

– Преувеличиваешь.

Хасс покачал головой:

– Вы слишком расслабились, сидя за своими Сторожевыми Скалами. И забыли о том, с чего все началось.

– С чего началось, тем и закончится, кхассер. Ваш рой, – король пренебрежительно поморщился, – не может преодолеть зимнюю заставу. Большой Джор работает.

– Мы зовем его Сеп-Хатти, как и раньше.

– Без разницы. Как не назови, но через снежную преграду валлены не могу пройти.

– А на чем держится эта преграда? Вернее, на ком?

– Да-да, на прекрасных, могучих кхассерах, – в голосе злая насмешка, – в этом вы пытались убедить Древний Совет.

– Так и есть. Маги нашли способ создать защиту и обуздать стихию…

– Страна справилась бы и без вашей «защиты». Это всего лишь тараканы.

Ким помнила тех «тараканов». Их длинные шипастые лапы и головы, похожие на птичьи. Помнила, как они разрыли землю под лагерем и принялись его громить. Как раздирали в клочья Лиссу.

Король ошибался. Это не домашние тараканы и не клещи. Это чудовища, не знающие пощады.

– Кстати, как там дела, в вашем прекрасном Андракисе? Поговаривают, что вас все меньше. Что без этого никчемного камушка, – он демонстративно потер серую чернильницу, стоящую перед ним на столе, – ваша способность размножаться и удерживать зверя угасает? Надо же, какое недальновидное решение, закольцевать свои силы на камне, который можно найти только в Милрадии. Похоже, ваши первые кхассеры были дураками. Ты не находишь?

– Они просто не ожидали столь вероломного предательства. И того, что пока они в очередной раз будут вычищать разломы, рискуя собой и своими людьми, Совет вынудит магов перекроить защиту. Сделать так, чтобы она не только рой не пропускала, но и остальных! Замуровали их там, как зверей в клетке.

– Они и есть звери. Ты – зверь! – Вейлор треснул кулаком по столу с такой яростью, что Мелена вздрогнула и едва не выронила из рук свою верную плеть.

Хасс не шелохнулся и даже не моргнул. В его взгляде не было ни страха, ни сожалений. Только ярость.

– Кхассеры и их люди должны были отделить нижний мир, заблокировать рой там, внизу, чтобы он не мог прорваться ни в Андракис, ни сюда! И они бы сделали это, будь у них чуть больше времени. А вместо того, чтобы дать им это время, Совет все сломал. Отгородил Милрадию, оставив на растерзание тех, кто ее защищал!

– Вы все равно выжили. Черти живучие. Жаль, что тогда не хватило сил расколоть мир полностью! Зимой все равно лезете к нам, хуже валленов.

Ким слушала и не понимала смысла половины слов. Вернее, не принимала. Не могла принять. Ведь если хотя бы