Непокорная герцогиня. Поместье в обмен на свободу - Адриана Вайс

Больше всего, конечно, выделяется девушка, которая кидает обеспокоенные взгляды на прикованного невольника в дальнем конце шатра.

— Я повторю вам тоже самое, что уже говорила раньше. Если вы согласитесь на мое предложение, то получите не только свободу, но и наделы, которые будут кормить вас и ваши будущие семьи. Я понимаю ваши опасения по поводу набегов, но можете быть уверены в том, что я найду способ вас защитить.

Не надо обладать магическими способностями, чтобы понять что сейчас творится в головах этих людей. Смятение, замешательство, неуверенность. Чтобы я им там не обещала, а невольники уже привыкли к тому, что хоть и вынуждены каждый день выполнять изнурительную работу, но они находятся в относительной безопасности.

Я прикрываю глаза и прикасаюсь к груди. Мне невыносимо больно от собственной слабости, окружающей несправедливости и нерешительности невольников. Эта боль разрывает меня изнутри на части, заставляя меня сказать то, что я никому бы до этого не решилась бы сказать:

— Может, вам такое сравнение покажется кощунственным и оскорбительным, но я сама мало чем отличаюсь от вас. Меня тоже нельзя назвать свободной. Я скована мучительным контрактом со своим супругом и только выполнив его, я обрету свободу. И пусть эта задача кажется невыполнимой, я сделаю все что в моих силах, чтобы вырваться из этого заточения и никогда больше не жалеть себя. Поэтому, если вы согласитесь пойти со мной, я точно так же приложу все свои силы, чтобы ни один из вас не пожалел о своем выборе.

Меня колотит дрожь, а на глаза наворачиваются слезы. Почему-то возникает такое ощущение, что стоит мне только распахнуть глаза, как я увижу на лицах невольников глумливых ухмылки.

Но вместо этого…

— Я согласна! Тем более, я не смогу простить себе, если из-за моей трусости умрет хороший человек!

С удивлением распахиваю глаза и смотрю на того, кто это сказал. Взгляд сразу же натыкается на ту самую девушку, которая кидала обеспокоенные взгляды на пленника. Сейчас она стоит с решительным выражением лица и гордо вскинутым подбородком.

— Пожалуй, вы меня убедили, мадам Легро, — со смущенной улыбкой откликается тот самый невольник, который задавал мне вопросы в самый первый раз.

— Хорошо, я тоже готов доверить вам свою жизнь…

— И я!

Со всех сторон раздаются согласные выкрики и я вынуждена снова стиснуть кулаки, чтобы не выдать трясущиеся от волнения руки.

— Ну что, мсье Моран? — перевожу я взгляд на торговца, — Все условия соблюдены?

— Более чем, — довольно скалится он, — Мой помощник сейчас подготовит для вас все необходимое.

***

Солнце клонится к закату, когда мы возвращаемся к восточным воротам. Я чувствую себя донельзя вымотанной событиями этого трудного дня, но, в то же самое время, ощущаю невероятную гордость за саму себя.

Шутка ли! Договорилась с наёмниками об охране Топей по сходной цене, выкупила многообещающего невольника, и даже держалась на равных с торговцем, один вид которого внушал опасения. Но, самое главное, теперь у нас были работники. Много работников. А, это значит, что дело по восстановлению Топей пойдёт куда веселее.

Нет, раньше мне тоже доводилось вести переговоры. Темы были самые разные: от обеспечения поставок в другие наши поместья до земельных налогов. Однако раньше мои собеседники были совсем другими и непохожими на бандитов с большой дороги.

Вернувшись после Морана вместе с нашими новыми подданными к восточным воротам, я не могу сдержать разочарованного вздоха. Здесь нет ни Змея, ни его наёмников. Сердце сжимается в тревоге: неужели обманул? Но в этом нет никакого смысла, ведь я ему даже не заплатила денег вперёд! Может быть, объявился кто-то, кто переманил его, предложив условия получше?

Но не успела я окончательно пасть духом, как до меня доносится стук копыт множества лошадей. Резко оборачиваюсь и вижу, как из-за угла улицы вылетает целая кавалькада всадников, во главе которой скачет Змей.

На всякий случай отскакиваю в сторону, а он, поравнявшись со мной, натягивает поводья, и его лошадь, храпя и прядая головой, останавливается.

— Добрый вечер, мадам Легро! — обращается он ко мне, — Нижайше прошу прощения за опоздание, были кое-какие дела… мы готовы отправляться в Топи!

Перевожу взгляд на его спутников. Это крепко сбитые мужчины весьма угрожающего и угрюмого вида; у всех за поясами посверкивают сабли или короткие мечи.

— Благодарю, что явились, Змей, — коротко киваю я, чувствуя невероятное облегчение, — Что ж, следуйте за нами!

Змей кивает, и я ныряю в одну из карет, подготовленную для невольников. Всех их уместить в кареты не удается (да и я это предполагала, не зря же попросила у Морана телегу). Так что в этой карете еду я, Фаваро, бывший пленник, девушка, которая вызвалась помочь ему и еще пара человек.

В изнеможении я откидываюсь на сиденье и прикрываю глаза.

***

До Топей мы добрались без приключений, правда, когда вечер уже плавно перетёк в глухую ночь. Всю дорогу я проспала, но, сон вышел рваным и неспокойным. Мучали неясные тревожные видения, из которых то и дело выныривал Адриан, обнимающий весело хохочущую и льнущую к нему Барбару. От их вида меня неизменно передёргивало, а сердце ныло от смутного нехорошего предчувствия.

Именно поэтому, когда мы въезжаем во двор поместья и я вижу Огюста, с перевёрнутым от тревоги лицом мечущегося у дверей, я замираю от ужаса. Неужели в наше отсутствие произошло что-то ужасное?!

Увидев нас, Огюст стремительно кидается к карете, заламывая руки. Я немедленно распахиваю дверь:

— Что случилось?

— Мадам Легро! — прерывающимся голосом выпаливает он, — Геральд Аскелат прислал ответное письмо! Но оно вам очень не понравится!

Глава 15

Адриан Легро

Уже давно стемнело, и опустилась ночь, а я лежу в кровати, уставившись в потолок. Сон отказывается приходить.

Прямо под боком спит Барбара, закинув руку мне на грудь, а ногу — поперёк живота. Инстинктивно скользнув рукой по её бедру, прикрываю глаза и погружаюсь в менее соблазнительные размышления.

Как бы я ни сопротивлялся, все мои мысли так или иначе возвращаются к Диане. И каждый раз, стоит только подумать о ней, меня тут же обуревает глухое раздражение и ненависть.

— Диана! — рычу я сквозь зубы и Барбара беспокойно ёрзает.

Именно из-за того, что моя