Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2 - Лина Калина

Мы петляли по лабиринту коридоров, вышли в благоухающий сад, прошли вдоль извилистых дорожек, затенённых цветущими глициниями, свернули к дендрарию, миновали заросли полыни, приближаясь к молчаливому Хронодреву.

Кошка остановилась и мяукнула, в её голосе звучала тревога.

— Что такое, Одетта? — прошептала я, оглядываясь по сторонам.

Как странно… Вокруг не было ни души. Только шелест листвы под ногами да пронзительные крики птиц нарушали тишину.

Нагнулась к Одетте, погладив ее по голове. Вдруг мурлокс забеспокоился, начал тереться о ствол древа. И тут мой взгляд упал на основание Хронодрева. Там, на коре, темнела знакомая отметина — руна. Та самая…

Коснулась её пальцем, и в тот же миг сзади раздался шорох, словно кто-то спрыгнул с ветки.

Резкий поворот — и я буквально наткнулась на него взглядом.

Энски.

Он был ещё выше, чем Элкатар. Белоснежные волосы ниспадали на плечи, контрастируя с темнотой его одежды, а на скуле пульсировал узор — две тёмно-фиолетовые полоски. Энски стоял неподвижно, скрестив руки на груди, и его взгляд — острый, как лезвие клинка, — казалось, пронзал насквозь.

— Финетта, — усмехнулся он, склонив голову набок.

Я оцепенела, не в силах вымолвить ни слова. «Мамочки, какая же я идиотка!» Сама пришла в эту ловушку, сама искала её.

Глава 15

«Глупость! Какая же я беспросветная дура! — билась паническая мысль в голове. — Как я решилась на это в одиночку?»

Ветер развевал пряди волос, неприятно холодя кожу. Я зажмурилась, словно напуганный ребёнок, надеясь, что кошмар рассеется сам собой.

— Финетта, — прозвучал тот самый голос, от которого по спине расползался липкий страх.

Сердце забилось с бешеной скоростью. Ноги приросли к земле, скованные невидимыми путами ужаса.

Краем глаза я взглянула на браслет. «Красный?! Быть не может!» Снова зажмурилась, пытаясь унять дрожь.

Неужели всё, что я видела, слышала, чувствовала — неправда? Бред воспалённого сознания? Или я действительно схожу с ума?

В этот момент меня грубо встряхнули. Реальность расплывалась мутным пятном.

— Госпожа Андертон? — рядом с собой я различила встревоженное лицо господина Ойза, охранника ботанического сада. — Не объясните ли вы, почему прогуливаете занятия, юная леди?

Его голос доносился издалека, пробиваясь сквозь ватную пелену.

— Мне нехорошо… — пролепетала я, судорожно соображая, что делать дальше.

— В таком случае вам следует обратиться к доктору Эльбио, — проговорил господин Ойз, смерив меня подозрительным взглядом.

— Да, конечно. Сейчас же отправлюсь к нему, — поспешила ответить, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и уверенно.

— Конечно, отправитесь. Я вас провожу, — заявил господин Ойз, не оставляя мне ни единого шанса на возражение. Его рука легла на мою спину, мягко, но настойчиво подталкивая в сторону лазарета.

Мысли путались, страх сковывал, но где-то в глубине просыпался инстинкт самосохранения. «Нужно выбраться», — мелькнуло в голове.

Браслет сиял на запястье ровным голубым светом, но обжигающий жар камня казался клеймом, печатью моего безумия.

Что я скажу доктору?

Господин Эльбио, у меня лёгкое безумие от руны тьмы. Выпишете мне что-нибудь?

Ну да… Сочтут сумасшедшей или того хуже, скажут, что я заболела какой-нибудь магической патологией, и закроют в лазарете.

Господин Ойз, казалось, чувствовал моё смятение.

— Успокойтесь, госпожа Андертон, — произнёс он, смягчив тон. — Всё хорошо. Доктор Эльбио поможет вам. Он знает своё дело.

«Хорошо бы, чтобы так и было», — подумала я, но вслух произнесла лишь тихое «спасибо».

Мысли метались, как загнанные звери. Необходимо действовать самой. Но как?

План, нечёткий и рискованный, начал формироваться в моей голове. Нужно избавиться от опеки охранника. Главное — не паниковать.

Кабинет доктора приближался с неумолимостью рока. Господин Ойз остановился у двери.

— Прошу вас, госпожа Андертон, — он жестом пригласил меня войти.

— Благодарю. — Я слабо улыбнулась. — Пожалуй, я сама.

— Как желаете. Буду ждать вас здесь, — ответил он, упорно не желая оставлять меня одну.

Нужно действовать, и немедленно. Идея, пришедшая в голову, была дурацкой, но иного выхода не было.

— Господин Ойз, — прохрипела я, схватившись за живот. — Прошу вас… Уборная… Мне… — Меня повело, будто я вот-вот упаду. — Там… за углом… — недоговорив, я бросилась бежать.

Охранник замешкался, нерешительно переминаясь с ноги на ногу. Этого мгновения мне хватило, чтобы удрать.

Сердце колотилось, в висках стучала кровь. Ноги подкашивались, но я бежала, сама не зная куда, лишь бы подальше от Ойза, от всего этого безумия. Добежав до какой-то двери, обессиленно привалилась к ней. Дышала тяжело, с хрипами.

«Итак, Финетта, это было глупо, — мысленно отчитала я себя. — Хорошо ещё, что Энски оказался всего лишь видением».

Зато теперь я вспомнила тот вечер, когда побежала за лиловой бабочкой и коснулась руны. Надо мной тогда склонился вовсе не Элкатар. Зря я его обвиняла...

Ещё минут десять я пыталась привести мысли в порядок, то разглядывая браслет, то нервно одёргивая платье. В конце концов решила, что мне нужно время. Разберусь во всём постепенно: как избавиться от метки, руны и... Элкатара. Вот только от дроу совсем не хотелось избавляться.

С этими мыслями я медленно побрела к своей комнате. Неожиданно наткнулась на кого-то, едва удержавшись на ногах.

— Осторожнее, крошка, — бархатистый голос Элиана Алассара опалил шею горячим дыханием. — Тоже прогуливаешь, значит? А с виду такая правильная. Отличница.

Я резко вскинула голову.

Алассар! Невероятно! Это был знак, не иначе.

— Я… — слова застряли в горле. — Слушай, Элиан…

— «Слушаю»? — он многозначительно выгнул бровь, окидывая оценивающим взглядом. — Что-то случилось, Финетта? Ты выглядишь… встревоженной.

Я промолчала, лихорадочно соображая, как же мне лучше начать. Алассар, не теряя времени, быстро оглянулся по сторонам, схватил меня за руку и втащил в приоткрытую дверь с табличкой «Запрещено. Вход только для преподавателей академии».

В помещении пахло пылью, старыми книгами и чем-то ещё — неуловимо знакомым и оттого ещё более тревожным. Толстые фолианты теснились на полках вдоль стен, из-за стёкол запертых витрин поблёскивали странные артефакты, но я видела только Алассара.

— Что с тобой? — он приблизился, вглядываясь в моё лицо. — Бледная, словно смерть увидела.

Мотнула головой и бросила взгляд на браслет.

— Из лазарета шла. Нехорошо стало, — соврала я. — Неважно.

— Ты вся дрожишь, крошка, — промурлыкал Элиан, проводя пальцем по моей щеке. — Нужно успокоительное? У меня как раз с собой одна чудесная настойка.

— Алассар! — Я схватила его за рукав, заставляя остановиться. — У меня к тебе дело!

— Дело? — он сразу стал серьёзным. — Решилась всё-таки?

Он притянул меня ближе, опалив шею горячим шёпотом:

— Говори, Финетта. Оплата та же.

— Ты сейчас о тех самых настойках? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

Алассар хмыкнул, теребя прядь волос.

— А ты о чём, прелестница, подумала?