Освободить 10-го - Хлоя Уолш

— Тебе вообще не обязательно делать то, что ты не хочешь.

— Правда?

— Правда. — Он долго смотрел на меня, потом покачал головой и встал. — Мне пора обратно к друзьям. — Подняв рюкзак, он закинул его на плечо и улыбнулся. — До встречи.

— До встречи, — ответила я, хотя хотела сказать, чтобы он остался. Хью покачал головой и уже собирался уйти, но вдруг резко обернулся и наклонился ко мне:

— Думаю, ты права, — прошептал он, и его дыхание коснулось моей щеки.

Я хотела спросить, о чём он, но он уже уходил.

Поднявшись на колени, я положила подбородок на спинку сиденья и проводила взглядом брата Клэр, который присоединился к группе мальчиков в такой же форме в конце автобуса.

Улыбаясь, я смотрела, как Хью садится рядом с тёмноволосым мальчиком, который тут же обнял его за шею и взял в захват. Они оба начали смеяться и бороться, а другие ребята подбадривали их. Когда Хью вырвался из захвата друга, он поднял голову и посмотрел в мою сторону. Когда его взгляд встретился с моим, и он мне улыбнулся, сердце у меня снова подпрыгнуло.

Я быстро плюхнулась обратно на сиденье и выдохнула дрожащим выдохом.

Вся пылая, я прижала его приглашение к груди и счастливо улыбнулась.

ЭТО ЛИЗЗИ?

Хьюи

28 октября 1994 года

Когда я сел в автобус после школы в пятницу, я чувствовал себя солдатом, которого отправляют на опасное задание. Потому что я точно знал: если моя сумасшедшая сестра с кем-то подружилась, значит, этот кто-то — настоящее бедствие. А мне нужно было пригласить четверых таких бедствий на свою вечеринку. Лично. В лицо. Хуже того — Джо забрал Гибси из школы, так что на автобусе его не было, и он не мог меня прикрыть. А Фели слишком наслаждался моими мучениями, чтобы вмешаться и помочь. Одной из её подруг не было в автобусе, поэтому Клэр взяла с собой приглашение в школу, чтобы вручить лично, но оставалось ещё трое. Я заметил сестёр-близняшек Пирса, сидящих с Клэр, и с мрачным выражением лица поплёлся по проходу, остановившись у них. Они повернулись ко мне одновременно, с одинаковыми улыбками и одинаковыми словами.

Я понимал, что они не виноваты, что они идентичные, но это жутко пугало меня.

Господи, как же я был благодарен, что мне не приходится жить с двумя Клэр.

Трое приглашённых — и осталась одна. Я собирался быстро найти последнюю, вручить ей приглашение и бегом вернуться к друзьям. Но я не рассчитывал на то, что замру посреди прохода, когда моя сестра указала на неё.

Святые угодники.

Это подруга моей сестры?

Это Лиззи?

Я раньше думал, что у моей сестры самые светлые светлые волосы, какие я когда-либо видел, но у этой девочки волосы были белые. Настоящий снег. Кожа такая бледная, что почти прозрачная — как у фарфоровых кукол. И ни одной веснушки на лице. Ни одной. А её глаза… голубые глаза, которые смотрели прямо на меня? Я таких никогда не видел.

Я моргнул несколько раз, не совсем уверенный, дышу ли я вообще, потому что эта девочка не выглядела как другие. Она вообще не выглядела обычной. Она походила на привидение. Или на ангела. Чтото другое. Что-то особенное.

Когда она поймала мой взгляд, то не отвернулась. Наоборот — уставилась на меня в ответ.

Как-то, и сам не понял как, я нашёл в себе силы подойти.

— Ты Лиззи? — спросил я. Потому что если Клэр указала не на ту, я собирался провалиться сквозь землю. Господи, пусть это будет та самая девочка.

Когда она кивнула и предложила сесть рядом, я чуть не упал на сиденье. Это смутило меня, потому что мне никогда не хотелось сидеть рядом с девочками. Но с этой — хотелось. Я хотел на неё смотреть.

Её длинные прямые волосы не были перевязаны ленточками, как у других. Она просто заправила их за уши. На ней не было колготок, как у остальных — только белые носки до колен. Её пальто было чёрным, а не розовым или ярким, и колени в царапинах от кустов. Всё в ней было другим, но глаза… её глаза были как лёд — светло-голубые, с серыми молниями, прорезающими радужку.

Когда я представился и мы начали разговаривать, я не слышал ни слова из того, что говорил. Без понятия, что неслось у меня с языка. Я был слишком занят тем, как она выглядит и как мне нравится на неё смотреть. Я ничего не мог с собой поделать — передо мной сидела самая красивая девочка на свете.

Когда она наклонилась и понюхала мою шею, я подумал, что она, возможно, и самая странная. Но я не отодвинулся. Мне не было неловко и не было стыдно, когда она сделала комплимент. Наоборот — мне было приятно. Потому что я быстро понял: я хочу, чтобы она восхищалась мной.

Так же, как я восхищался ею.

Когда я вручил ей приглашение на свою вечеринку, и она согласилась прийти, у меня внутри всё перевернулось. Я пытался сделать вид, что всё нормально, но едва мог дышать. А когда она улыбнулась — у меня по коже пошли мурашки и вспыхнуло тепло. Не помню, сколько времени заняло возвращение к друзьям, но чувствовал я себя так, будто только что слез с какой-то ярмарочной карусели. Очень быстрой.

Которая вымотала меня до изнеможения.

Когда парни начали меня поддразнивать, я вдруг понял, что мне плевать. Я только посмеялся в ответ, чувствуя себя не униженным, а… довольным собой.

Потому что они не знали того, что знал я.

У них не было самой странной девочки в Баллилаггине, которая придёт на их день рождения.

Я поймал её взгляд с другого конца автобуса — и улыбнулся.

Потому что у них не было самой красивой.

ОН ПАХНЕТ КАК МЫЛО И КЛУБНИЧКА

Лиззи

31 октября 1994 года

Я была так счастлива, что думала — сейчас просто взорвусь на миллион крошечных кусочков. Я ждала Хэллоуин с самой пятницы, и вот он, наконец, пришёл. В животе всё бурлило от волнения, и мне с трудом удавалось усидеть на месте, пока моя сестра занималась моими волосами.

— Ты как моя личная кукла, — сказала Кива, сидя у меня за спиной и укладывая прическу для вечеринки.

— У меня уже длинные волосы, — заметила я, глядя на наше