Освободить 10-го - Хлоя Уолш

— Ага, — с гордостью ответила она. — Самая быстрая в классе. — Я так и думал, — сказал я, опуская её ногу. — Мы в одинаковых костюмах.

— Я знаю. — Улыбаясь, она дотронулась до моей шляпы. — Я подумала, тебе понравится.

— Мне нравится, — признался я, чувствуя, как снова пылают щёки.

— Хочешь подарок?

Я удивлённо поднял брови. — Ты купила мне подарок?

— Конечно.

— Почему?

— Потому что у тебя день рождения.

— Но ты меня даже не знаешь.

— А ты не знал меня, когда пригласил на вечеринку, — сказала она, развернулась и направилась к машине. — У меня их два, — добавила она, открывая дверь. — Один купила, другой сделала.

Я с интересом подошёл ближе и посмотрел, как она копается на заднем сиденье.

— У меня нет брата, так что прости, если тебе не понравится.

— Мне понравится, — сказал я, беря свёрток. — Спасибо.

— Пожалуйста. — Она шумно выдохнула и улыбнулась. — Это тот, что я купила.

— Открыть сейчас? — спросил я, чувствуя, как снова заливаюсь краской, когда её синие глаза встретились с моими.

— Ага.

— Ну, ладно. — Я пожал плечами. — Подвинься.

Она села ближе к двери, и я устроился рядом, держа свёрток. — Ты правда не должна была, — заметил я, разворачивая упаковку. — Просто чтобы ты знала.

— Просто открывай, — с волнением сказала она, встав на колени. — Давай!

Я сорвал бумагу — и замер. В руках была новенькая коробка с игрой.

“Mortal Kombat II”.

— Она только вышла! — выдохнул я, потрясённо вглядываясь в коробку.

— Клэр сказала, что у тебя есть “Сниз”, — поспешно объяснила она. — И что ты всё время в него играешь. Я не знала, есть ли у тебя эта игра.

— SNES, — поправил я, возвращаясь из шока.

— Что?

— Он называется SNES, — пояснил я. — Super Nintendo. Консоль. И да, я играю в неё всё время.

— Значит, эта игра подойдёт?

— Да, точно подойдёт. — Я покачал головой, потрясённый. — Спасибо. Серьёзно, спасибо огромное.

— Пожалуйста, — ответила она, сияя от радости. — Это дорогой подарок, — сказал я, глядя ей в глаза. — Ты понимаешь, да?

— Это просто игра, Хью, — пожала она плечами. — Мама сказала, что можно.

Боже, наверное, у неё богатая семья.

— Вот, — она достала зелёный конверт. — Это я сделала сама. Я аккуратно достал открытку, стараясь не рассыпать блёстки, хотя это было бы странно — я жил с Клэр, блёстки были нормой. — Это здорово, — сказал я, разглядывая открытку. Всё было расписано красками. — У тебя красивый почерк. — Я улыбнулся, глядя на её корявую “г”. — Ты аккуратная.

— Не такая, как ты.

— Я просто много тренируюсь.

— А я много читаю.

— Я читаю больше.

— Да? — её глаза сузились. — Проверим?

И мы начали. Я называл книги — она главных героев. Потом я проверял её по арифметике. Потом по правописанию. И каждый раз — в точку. Я не мог оторваться.

— Как ты всё это знаешь? — спросил я, потрясённый. — Клэр и четверти не знает.

Она победно улыбнулась. — Я же говорила — я умная. — Да, — медленно произнёс я. — Ты не похожа на младшую школьницу.

— А ты не похож на первоклассника.

— Потому что я умнее большинства семилеток.

— А я — большинства шестилеток.

— Тебе шесть лет? Когда ты родилась?

— 9 июня 1988-го.

— Значит, я всего на семь месяцев и двадцать два дня старше? — Я даже присвистнул. — Как же ты в младшем классе?

— Я раньше училась в другой школе в городе, — тихо сказала она, уставившись на свои сцепленные пальцы. — А потом переехала. И меня отправили в младшую группу. — Она закусила губу. — Я не тупая, правда. Клянусь…

— Я знаю, что ты не тупая, — сказал я, аккуратно разжимая её руки. — И не важно, в каком ты классе. Ты младше меня и всё равно умнее многих в моём.

Её глаза вспыхнули, и рука крепче сжала мою. В груди вспыхнуло новое чувство — лёгкое, странное, важное.

Она была важной.

— Раньше слова застревали, — объяснила она, не отпуская моей руки.

— Мне было трудно их выговаривать.

— Типа заикания?

— Нет. Просто… застревали. Но теперь я справляюсь.

— Это хорошо, — улыбнулся я. — У тебя красивый голос.

Её глаза загорелись. — Правда?

О, чёрт.

Она отпустила мою руку и схватилась за живот. — Ой.

— Что?

— Живот скручивает.

— Тебя сейчас вырвет?

— Нет, не то. — Она задумалась. — Больше как икота.

— В животе?

— Угу. А в горле — бабочки.

— То есть у тебя…бабочки в горле?

— Боже, да! — Она закивала. — У меня бабочки в горле!

— Чёрт. — Я рассмеялся. — Ты такая странная.

— Скажи ещё раз.

— Чёрт?

— Чёрт.

— Как твои бабочки в горле?

— Всё ещё тут. Но ничего, — засмеялась она. — Не болят. — Ну и слава богу, — сказал я. Потому что, по-моему, я их тоже подхватил…

— Что ты имел в виду в автобусе? — спросила она тогда. — Про то, что я была права.

Ох, двойная беда.

— Эм… Я расскажу тебе потом. — Открыв дверь машины, я выскочил наружу, прежде чем успел ещё больше опозориться. — Пошли. — Улыбнувшись, я помахал ей рукой. — Пойдём внутрь поиграть.

ЗВЕЗДЫ ЛУЧШЕ ЗА КВАДРАТЫ

Лиззи

31 октября 1994 года

После того, как съели торт, нас всех отправили в гостиную играть, потому что на улице шёл слишком сильный дождь. Каденс играла с несколькими куклами из коробки с игрушками Клэр, а старшие мальчики боролись и прыгали под музыку. Клэр и Гибси подпрыгивали на диване, играя в игру «Пять маленьких обезьянок».

Я не знала, что делать.

Я не умела разговаривать со всеми.

Я скучала по Шэннон.

Я хотела, чтобы она пришла на вечеринку.

Она не любила много говорить, и мне это нравилось. Иногда было приятно просто молчать и при этом оставаться друзьями.

Сидя на подоконнике, я болтала