Извержение вулкана - Энн Мэри Уинстон

Когда самолет начал снижаться, Фибе с жадностью прильнула к иллюминатору, за которым промелькнули искрящаяся в солнечных лучах вода бухты Миссии, поле для гольфа, университет «Ла Джоллья», морская база, зоопарк и маяк, стоящий на вершине высокого утеса…

Автострада, идущая на север, была забита автомобилями — типичное явление для Калифорнии! То и дело возникали пробки, и Фибе уже едва справлялась с нервами.

Но вот наконец они въехали в их городок. Все выглядело так, будто она никуда не уезжала. Небольшие уютные домики, маленькие дворики с садиками, повсюду вазоны с цветами…

Если подняться немного повыше, вспомнила Фибе, можно увидеть океан. И как только Уэйд, проехав еще несколько сотен метров по идущей вверх дороге, остановился возле ее бывшего дома и заглушил мотор, она вышла и встала на цыпочки, вытянув шею, чтобы взглянуть на высокий утес, находившийся за чертой города. Конечно, отсюда пляж не увидеть, к нему вела крутая вьющаяся дорога, идущая от вершины утеса, зато показалась синяя полоска океана с белоснежными гребнями волн.

Ее охватило острое чувство ностальгии.

Как много она упустила! Зачем так долго издевалась над собой? Разве можно жить вдали от этого могучего, неприрученного океана? Ей захотелось, чтобы и Бриджит ощутила соленый запах океанской воды, водорослей, гальки, нагретой солнечными лучами, увидела разноцветные брызги волн, накатывающих на скалы, почувствовала восторг от бескрайнего пространства…

Захотелось рассказать дочке историю ее семьи: и о бабушке, и о тете Мелани…

Вернуться в город своего детства оказалось значительно радостнее, но и печальнее, чем она предполагала, подумала Фибе, сглатывая горький комок в горле.

Здесь повсюду таились воспоминания. И ей будет значительно труднее скрывать свою печаль и продолжать жить как ни в чем не бывало.

Именно от этого она и спряталась, уехав из Калифорнии. Но прошлое, от которого она когда-то сбежала, настигло ее. И все из-за ее собственной глупости! Наверное, все-таки не стоило позволять Уэйду узнать о существовании дочери. Как ей теперь жить дальше? Похоже, она совсем запуталась в собственных чувствах.

Фибе оглянулась и посмотрела на старый дом с четырьмя дверьми, которые выходили на задний двор.

Интересно, кто живет теперь в нем? И есть ли у его хозяев какое-нибудь домашнее животное? У ее матери был пудель по кличке Ляп, который вечно носился как угорелый по заднему двору, пока не одряхлел и уже целыми днями лежал возле крылечка и лениво тявкал на детей, катающихся на велосипедах.

Есть ли у нынешних жильцов дети? Никаких велосипедов, игрушек поблизости нет. А дворик за высоким забором не видно. А то лимонное дерево, которое посадила мама, еще живо?

— Эй, все хорошо? — тихо позвал Уэйд, слегка коснувшись ее спины.

— Да, все хорошо. — Она выпрямилась. — Просто очень странно стоять возле родного дома и не иметь возможности войти в него.

Он кивнул.

— Я могу себе это представить, хотя никогда не испытывал ничего подобного. Ну, ты готова отправиться к моему отцу?

Живот Фибе скрутило в узел, и она не сразу смогла ответить.

— Да.

— Замечательно. — Он кивнул в сторону спящего на ее руках ребенка. — Тогда давай войдем и представим нашу Спящую Красавицу дедушке.

Они подошли к дому Уэйда, он жестом пригласил Фибе войти первой.

Закрыв за ними дверь, он громко позвал:

— Ау, папа, где ты?

— Я здесь! — Из кухни раздался густой бас, чем-то неуловимо похожий на голос Уэйда.

Уэйд направился на кухню. А через несколько мгновений в коридоре появился его отец.

— Вот так неожиданность! Я думал, что ты еще месяц пробудешь на Восточном побережье.

Мужчины крепко обнялись. Фибе оцепенела от ужаса. «Неожиданность»? Разве Уэйд не рассказал своему отцу о Бриджит?

— Я хочу, чтобы ты кое-кого поприветствовал, — произнес Уэйд и повернулся лицом к Фибе.

Рестон, отец Уэйда, негромко ахнул, когда увидел ее.

— Фибе Мерриман! Я и не знал, что ты вернулась в город, милая. Как здорово видеть тебя снова. А это кто? — с восхищением спросил он, подойдя к ней поближе. Фибе вспомнила, что его хромота была следствием тяжелого артрита. — Ты, оказывается, вышла замуж и уже стала мамой.

Неловкая тишина повисла в комнате.

— Черт возьми. — Рестон провел рукой по лицу. — Забудь, что я только что сказал. В наши дни вовсе не обязательно быть замужем, чтобы быть матерью.

Фибе молчала.

Пожилой мужчина взглянул на спящего в ее руках ребенка.

— Какая красавица! — произнес он тихо, легонько дотронувшись до щечки Бриджит и поймав ее огненный завиток, который тут же закрутился у него на пальце. — Получила в наследство такие же огненные волосы, как у всех Мерриманов, да? — засмеялся он.

Фибе кивнула, вынудив себя улыбнуться.

— Когда она родилась, все медсестры смеялись над ее огненной шапочкой.

Уэйд прочистил горло.

— Папа! Мы можем сесть?

Рестон выпрямился и бросил на сына встревоженный взгляд.

— Конечно. У тебя что, плохие новости?

Уэйд отрицательно покачал головой.

— Нет, я полагаю, ты обрадуешься.

Он помог Фибе пройти в гостиную и, усадив ее на кушетку, встал рядом с ней.

— Наверное, надо было как-то подготовить тебя к тому, что я собираюсь тебе сообщить. Но мне кажется, лучше не ходить вокруг до около, поэтому я скажу прямо: Фибе и я… Девочку зовут Бриджит, и я — ее отец.