Загадочная блондинка - Гейл Дейтон

— Дай мне пива, — попросил он, — раз уж ты стоишь.

Серебристая банка пролетела в воздухе и попала прямо в него, он не успел увернуться.

В следующие несколько дней у них были внешне вполне приемлемые отношения. Но только внешне. Всякий раз, видя у Майка на голове шишку, Шерри испытывала чувство вины.

Она вовсе не намеревалась попасть в него и совсем не целилась в голову. А вышло так, что чуть не убила.

Хотя это вряд ли. У него такая крепкая голова, ее и молотком не пробьешь. Она у него просто дубовая. Никогда Шерри не встречала таких упрямых дуболомов. Таг был упрямцем, каких поискать, но и ему далеко до ее нынешнего мужа.

В понедельник у Майка были дела на острове. Шерри вывела его из себя, упрямо отказываясь ехать с ним. Она не собирается повсюду таскаться за ним как хвост. И не намерена ждать его в машине. Хотя не намного приятнее торчать и в квартире.

В течение нескольких часов она нажимала кнопки, перескакивая с канала на канал, пока у нее не заболели пальцы. Ничего интересного.

Помыла холодильник. Доела оливки, ореховое масло и крекеры. Больше она не могла оставаться дома. Шерри взяла полотенце и собралась на пляж.

Футболка и шорты, которые дал ей Майк, вполне подходили.

Шерри немного побултыхалась у берега.

Плавать одной опасно, поэтому она в основном сидела под пальмой и наблюдала за игрой волн.

Солнце, волны и легкий бриз вскоре освежили ее, прогнали беспокойство и раздражение, и она отправилась обратно в квартиру Майка.

Когда она подошла к дверям, там стояла Клара.

Шерри была уже почти готова идти на работу и искала сандалии, когда вдруг вошел Майк.

Он выглядел сногсшибательно в своем черном костюме и серебристой рубашке, так подходившей к его глазам.

— Как все прошло? — поинтересовалась она, найдя наконец пропавшие сандалии за кофейным столиком. Она уселась в кресло и принялась их надевать.

Майк пошел к холодильнику.

— Только не пытайся изображать внимательную и заботливую жену.

— А что, даже и поговорить нельзя? — обиделась Шерри, которую стали утомлять установленные Майком правила.

— Почему же, можно. Только без вопросов, вроде: «Как прошел день, дорогой?»

— О'кей, я согласна. — Шерри была готова швырнуть в него еще одну банку с пивом. Может быть, на этот раз она сумеет вбить ему в голову что-нибудь разумное? Она с силой сунула ногу в сандалии. — Поговорим. Твоя мать вернулась домой. Она желает знать, почему мы не занимаемся сексом.

Майк похолодел. Потом закашлялся. Шерри надела туфли и ждала, пока к нему вернется голос.

— Ты ей это сказала? — выдавил он и опять закашлялся.

— Нет, не я. Мне не пришлось этого делать, она и так знает.

— Что она тебе все-таки сказала? Ты можешь повторить дословно? — Он наконец обрел нормальный голос.

— Дословно? Она спросила: «Почему вы с Майком не спите вместе?»

— А ты?

— Я ответила… я растерялась и просто не знала, что сказать. Потом ответила, что спим. Тогда она назвала меня лгунишкой. А я удивилась и спросила: «Откуда вы знаете?» А она сказала…

— Подожди, — остановил ее Майк. — Как ты сказала? Ты спросила: «Откуда вы знаете?» или «Откуда вы знаете?».

— А какая разница?

— Одно дело — сказать «Это не ваше дело», и совершенно другое — «Вы правы и подловили меня». Ну и как ты сказала?

— Разве я помню? — Чего он пристал?

— Ты сама и проговорилась, — заключил Майк.

— Она перехитрила меня.

— Мама любит такие штучки.

— Как и ты. Ты тоже только что пошутил. Но от тебя я этого ожидала, потому что ты мужчина. А она просто пожилая леди.

— Которая меня всему этому и научила.

Шерри вздохнула и швырнула в него декоративной подушечкой.

— Ну и что мы будем теперь делать?

— Ничего.

— А что делать с твоей матерью?

Он вздохнул.

— Пусть все идет как идет.

— Она велела мне соблазнить тебя. Что, по-твоему, она имела в виду?

— Очевидно, то, что сказала. И когда ты собираешься начать?

— А ты этого хочешь?

— А ты?

— А ты мог бы не отвечать вопросом на вопрос?

— Не знаю, — насмешливо ответил он.

Шерри засмеялась и швырнула в него еще одной подушкой, которую он поймал и бросил обратно в нее.

— У тебя постоянная склонность к насилию, заметил он. — Я тут на минутку заскочил в клуб и рассказал, что моя жена швырнула в меня банку с пивом. Теперь я жертва семейного насилия.

— Ты им рассказал? — удивилась Шерри. — И что же именно?

— Правду. В основном. Ты бросила в меня пивом и промахнулась. Так что тебе не о чем беспокоиться.

— Нет, ты сказал им, что мы поженились? Это делало их брак гораздо более реальным.

— А все и так уже знали. В тот вечер, когда приходил твой отец, Бруно вышел за мной из клуба и все слышал. Когда я сказал… то, что сказал. Теперь все знают, что мы женаты, и отец оставит тебя в покое.

— О'кей. Да, но… — Почему от его слов ей стало так неуютно?

— Больше того, я вписал тебя в свою страховку, на всякий случай. Как ближайшего родственника. Ты не против?

Он назвал ее ближайшим родственником?

Шерри задохнулась от этой мысли. Когда мужчина заводит разговор о ближайших родственниках — это серьезно.

Она подошла к нему и обняла, закинув руки ему на шею.

Майк положил руки ей на талию.

— Что происходит? — озадаченно спросил он.

Если бы она знала! Шерри отвернулась и выскочила из гостиной. Майк не должен знать, как сильно он ей нравится.

Прошло два дня. Майк был в квартире у матери и готовил ей обед перед уходом на работу.

Он делал это всякий раз, когда мог, чтобы быть уверенным, что она поест.

Громко зашумел и остановился на их этаже лифт. Майк прислушался. Шерри утром взяла машину и отправилась по магазинам. Пора бы уж ей вернуться, им скоро на работу.

В последние два дня раздавались странные телефонные звонки, ему и матери. Он подозревал, что это отец Шерри, но никак не мог собраться позвонить в телефонную компанию, чтобы они отследили линию. Не то чтобы звонки его очень беспокоили, но он все-таки чувствовал себя неуютно, а Шерри и вовсе шарахалась от собственной тени.

— Шерри вернулась, — сказала мать, сидевшая рядом с ним в кухне.