Чтобы не причинить боль - Диана Уитни

— Ты ранен? Ты можешь двигать рукой? Ты можешь видеть, ты можешь говорить, ты что-нибудь сломал? О Боже, мне так жаль…

Он дрогнул, открыл один глаз.

— Мы все еще веселимся?

Вздохнув с облегчением, она села на корточки, не переставая тараторить:

— Мне так жаль, мне очень, очень жаль. Я старалась остановить его, честное слово, но я ела крекеры и не могла свистнуть, так что Рэкс продолжал бежать, а ты продолжал кричать, а я продолжала плеваться крошками, и я так боялась, что ты сломаешь себе шею и…

— Ты все еще не прожевала крекер?

— Ах, нет, уже все.

— Хорошо.

Ричард привстал, схватил ее голову в шлеме, притянул к себе и страстно поцеловал.

Его губы оказались влажными, горячими и требовательными. По ее спине словно пробежал электрический заряд, парализовавший все ее тело.

Мышцы задрожали, дыхание замерло, сердца обоих стучали так сильно, что, казалось, от этого вибрировали ребра, а температура крови была близка к точке кипения. Си Джей вкушала вязкую сладость поцелуя, проникающую в самую сердцевину ее существа и зажигающую огонь желания.

Кровь ревела в ее ушах, заглушая все звуки внешнего мира. Откуда-то издалека до нее донесся чей-то знакомый голос. Она не обратила на него внимания, сосредоточившись на изобилии ощущений, пронзающих ее дрожащее тело.

Голос становился все ближе, все отчетливее.

— Папа!

Прежде чем ошеломленный разум Си Джей смог отреагировать, что-то сильно ударило ее, отбросило в сторону.

— Папа, папа!

Поднявшись на одном локте, Си Джей потрясла головой, моргнула и увидела Лизу, вставшую на колени около отца и трясущую его за воротник рубашки.

— Дыши, папа, дыши!

Ричард, чьи глаза закатились оттого, что его так яростно трясли, хватал ртом воздух.

— Ты жив! — закричала Лиза прямо ему в лицо и бросилась ему на грудь, рыдая от облегчения.

Изумленный Ричард гладил дочь по спине, потом рывком поднялся и сел.

— Ну, ягодка, все хорошо.

Всхлипнув, Лиза вытерла мокрые глаза.

— Я думала, что ты умер, как мама.

— Почему ты так подумала, радость моя?

— Потому что Си Джей делала тебе искусственное дыхание.

Глаза Ричарда широко распахнулись, и он бросил виноватый взгляд в сторону Си Джей.

— Ммм, ну, вообще-то…

— Учительница показывала нам, как это делать, — серьезно заявила Лиза. — Она сказала, что каждый раз, когда кто-то перестает дышать и задыхается, мы должны дышать за него, и он не умрет. — Слезы опять покатились у нее по щекам. — Я не хочу, чтобы ты умер, папа.

Си Джей чувствовала, как ее лицо загорелось, а потом кровь отхлынула от него, когда ее взгляд встретился со взглядом Ричарда. Она вздохнула и мягко пожала плечами.

Он откашлялся и взял дочь за руку.

— Я не собираюсь умирать, Лиза. Я даже не ранен.

Девочка удивленно взглянула на Си Джей.

— Тогда зачем она делала тебе искусственное дыхание?

— Ну, вообще-то, она его не делала. Я, ммм, мы, ну, в общем, мы целовались.

Лиза ошарашенно заморгала, и по мере того, как до нее доходил смысл отцовских слов, ее ореховые глаза темнели.

— Целовались?! — Она выпрямилась, сердито хмурясь. — Ты целовала моего папу?

Си Джей выдавила из себя улыбку и кивнула. Глаза девочки сузились.

— Зачем?

— Ну, он только что упал, ушибся, и мне показалось, что ему необходим поцелуй.

Если бы глаза были ножами, острый как бритва взгляд Лизы порезал бы Си Джей до крови. Она сдернула петлю поводка с запястья отца, раздраженно поднялась и зашагала на роликах через траву к дорожке, дергая за поводок. Однако Рэкс послушно оставался в том положении, которое ему скомандовала принять прежняя хозяйка.

Си Джей щелкнула пальцами, и освобожденная собака вскочила, чтобы последовать за Лизой.

Ричард вздохнул, стряхнул траву с колен и выпрямился, улыбаясь.

— Она вернется.

— А что, если нет?

Ричард посмотрел в сторону и ничего не ответил.