Эхо прошлого - Диана Гэблдон

— Да, — сказала собеседница Роджера и, не дав отвлечь себя, указала на шрам на его горле и спросила сочувственно: — Что с вами случилось? Это навсегда?

— Несчастный случай. Боюсь, что да.

Прикрыв от огорчения глаза, она покачала головой.

— Какая потеря. У вас был великолепный голос. Сочувствую.

— Спасибо. — Только это он и мог сказать сейчас. Женщина отошла, а Роджер остался принимать похвалы от людей, которые никогда не слышали, как он пел раньше.

Затем он поблагодарил Лайонела Мензиса — широко улыбаясь, тот стоял у выхода и наблюдал за происходящим, словно ведущий после удачного циркового представления.

— Великолепно! Даже лучше, чем я ожидал. Скажи, ты не хочешь как-нибудь повторить урок? — спросил Мензис, радушно беря его за руку.

— Еще раз? Я едва дотянул до конца!

— А! Промочишь горло, и все пройдет, — отмахнулся Мензис. — Пойдешь со мной в паб?

Он выглядел таким довольным, что Роджер просто не смог отказать. И то, что он буквально истекал потом — выступления всегда повышали температуру его тела, — а жажде его позавидовала бы пустыня Гоби, конечно же, не имело к согласию никакого отношения.

— Буквально один бокал, — улыбнулся Роджер.

Когда они пересекали парковку, поблизости остановился потрепанный синий автофургон. Из окошка высунулся Роб Кэмерон и окликнул их.

— Тебе понравилось выступление, Роб? — спросил Мензис, не переставая широко улыбаться.

— Очень! — ответил Кэмерон. Судя по всему, искренне. — Хочу спросить у тебя две вещи, Родж. Не мог бы ты показать мне кое-какие из своих старых песен? Зигфрид Маклеод показал мне те, которые ты ему записал.

Роджер был польщен.

— Конечно. Не знал, что ты мой фанат, — пошутил он.

— Мне нравится кое-что старинное, — серьезно сказал Кэмерон. — Нет, правда, я был бы тебе очень благодарен.

— Хорошо. Приходи в следующие выходные.

Роб усмехнулся и коротко отсалютовал ему.

— Погоди, ты же сказал — два вопроса? — напомнил Мензис.

— Ах да. — Кэмерон нагнулся и взял что-то с сиденья. — Вот, нашел среди тех гэльских текстов, которые ты раздавал. Не по ошибке попало?.. Пишешь книгу?

Он протянул черную тетрадь — «Справочник путешествующих автостопом», и у Роджера перехватило горло, словно ему на шею накинули гарроту. Он взял тетрадь и молча кивнул.

— Дашь почитать, когда допишешь? — спросил Роб, заводя машину. — Обожаю научную фантастику.

Фургон поехал, потом вдруг остановился и сдал назад. Роджер крепче вцепился в тетрадь, но Роб на нее и не глянул.

— Совсем забыл. Брианна говорила, у вас на участке есть старая каменная крепость?

Роджер кивнул.

— У меня есть знакомый археолог, — продолжал Роб. — Ты не будешь против, если он придет как-нибудь посмотреть на эту крепость?

— Нет, — прохрипел Роджер и, откашлявшись, сказал уже уверенней: — Нет, не буду. Еще раз спасибо, что вернул тетрадь.

Роб весело усмехнулся и нажал на педаль газа.

— Не стоит благодарности, приятель.

Глава 47

Возвышенности

Знакомый археолог Роба, Майкл Каллахан, оказался добродушным мужчиной лет пятидесяти, с редеющими русыми волосами. Он сильно загорел — вернее сказать, обгорел, — и на его лице темные пятна чередовались с проплешинами розовой кожи. Издавая восхищенные возгласы, Майкл рыскал среди упавших камней старой церкви и просил у Роджера разрешение выкопать яму у одной из стен.

Брианна и дети пришли полюбоваться научным действом, однако археологические раскопки — не цирковое представление: вскоре Джем и Мэнди заскучали. Мать увела их в дом и принялась готовить обед, а Роджер и Майк продолжали копать.

— Если у тебя есть другие дела, то я и один здесь управлюсь, — посмотрев на Роджера, сказал Каллахан.

Дела, разумеется, были — все-таки это ферма, пусть и небольшая, — но Роджер покачал головой.

— Мне интересно. Если я тебе не мешаю…

— Ничуть, — весело заверил его Каллахан.

Во время работы он весело насвистывал, время от времени что-то бормотал себе под нос, однако о том, что ищет, по большей части молчал. Иногда Майкл просил Роджера помочь убрать выкопанное или придержать шатающийся камень, пока он заглядывал под него с факелом. Но в основном Роджер сидел на уцелевшей стене и слушал ветер.

На вершине холма царила тишина, свойственная дикой местности: с постоянным ощущением незаметно кипящей вокруг жизни; и Роджер внезапно подумал, что так и должно быть. Люди, по-видимому, здесь изрядно наследили — судя по глубине ямы Каллахана, который время от времени заинтересованно свистел подобно обезьянке.

Брианна принесла им бутербродов с лимонадом и села рядом с Роджером на стену.

— Роб уже уехал? — заметив, что фургона у двери нет, спросил Роджер.

— Дела — так он сказал. Роб считает, что Майк вряд ли скоро закончит с раскопками. — Брианна посмотрела на куст, за которым работал Каллахан, — из-за веток торчал его зад, обтянутый брюками.

— Может, и не закончит, — сказал Роджер и, улыбнувшись, нагнулся и легко поцеловал ее.

Она мурлыкнула и отодвинулась, на миг замерев в его руках.

— Роб спрашивал о песнях, которые ты записал для Сэнди Маклеода. Ты разрешил ему посмотреть их?

— Ох нет. Забыл. Если я к его возвращению слишком устану, то можешь сама их ему показать. Оригиналы лежат в нижнем ящике моего стола, в папке с надписью Cèolas[96].

Бри кивнула и ушла, ступая уверенно и бесшумно, словно олень по утоптанной тропе; ее забранные в хвост волосы были того же цвета, что оленья шкура.

Время тянулось медленно. Роджер чувствовал, что постепенно впадает в некое подобие транса: мысли текли неспешно, так же двигалось и тело, когда он помогал Каллахану, обмениваясь с ним ничего не значащими словами. Каллахан и сам выглядел вялым. Утренняя дымка сгустилась, холодные тени среди камней выцвели на свету, влажный воздух холодил кожу. Роджеру казалось, что камни вокруг вот-вот поднимутся и снова сложатся в здание.

У подножия холма, там, где стоял дом, бурлила жизнь: хлопали двери, Брианна развешивала белье для просушки, дети и двое мальчишек с соседней фермы, которые пришли с ночевкой к Джему, носились по огороду и вокруг надворных строений. Они играли во что-то вроде догонялок, и их пронзительные возгласы напоминали резкие крики охотящегося ястреба-рыболова. Подъехал грузовичок службы доставки. Должно быть, привезли насос для молочного сепаратора — водитель нес огромную коробку, ничего из-за нее не видя, и Брианна проводила его в амбар.

Около пяти вечера подул прохладный ветер, и туман постепенно рассеялся. Это словно послужило сигналом для Каллахана, выведя его из дремотного состояния. Он выпрямился, посмотрел на что-то, затем кивнул.

— Древнее место. — С этими словами археолог вылез из ямы и со стоном принялся наклоняться в разные