Мои калифорнийские ночи - Анна Джолос

Оторва, каких поискать и душа любой мужской компании.

Даже не знаю, что из всего этого списка бесило больше.

Полагаю, что всё вместе…

Дженнифер Смит раздражала меня дико. С первого же дня. С того самого, когда я случайно увидел её в своей прежней комнате. Практически без одежды. Соблазнительную и такую горячую. Меня тогда на секунду прошиб холодный пот, настолько сильно впечатлила случайно открывшаяся глазу картинка.

Да уж, наше с ней знакомство выдалось весьма занятным. Говоря по правде, этот эпизод потом долгое время не давал мне покоя…

А затем понеслось: словесные перепалки, взаимные оскорбления и даже физическая расправа. Кажется, ни дня не проходило, чтобы мы так или иначе не цепляли друг друга.

Я смеюсь. В какой-то мере я даже ждал всего этого… А нормой такие вещи назвать нельзя. Особенно когда ты вроде как взрослый человек, осознающий это.

Тебе ведь уже не шесть в самом деле?

Всё-таки, как не хочется признавать, но причина моего скотского поведения была предельно проста: девчонка мне нравилась. Хотя я долго и упорно отрицал этот факт…

Первый тревожный звоночек прозвенел, когда я сжал её хрупкую шею, заставив опуститься перед собой на колени, а затем потащил в ледяной океан за слова, брошенные в адрес (цитирую) моей «дурной крови». Вот там, боюсь, и стёрлись все границы. После этого я слишком много стал позволять себе: та сцена в душе, драка из-за Акселя, закончившаяся разбитой плазмой и ремень…

Чуть позже раскрылась история с её отчимом, заставившая взглянуть на появление Дженнифер в нашем доме по-новому. Клянусь, убил бы его голыми руками, если бы эти мерзкие письма были от него…

Время шло, и болезненное влечение к девчонке только усиливалось.

А потом — поцелуй в моей комнате, от которого напрочь вышибло мозги. Она позволила этому случиться, и с тех пор меня понесло…

Да теперь уж неважно, чёрт возьми…

Я встаю, отряхивая шорты от песка. На часах почти шесть. Возвращаюсь на Риверсайд, готовлю себе кофе и на пару часов мы с моим шерстяным напарничком Джонни зависаем у телека.

В половину десятого еду домой, чтобы забрать кое-что из своих вещей. А навстречу мне — новенький порше Исайи Ричи. И Смит, которая почему-то не за рулём, а на пассажирском сиденье.

Надо же, Исайя научился просыпаться до обеда. Уму непостижимо!

Как бы то ни было, но я рад, что всё сложилось именно так, То, что мы с ней не пересеклись дома — это знак. Оно и к лучшему! Даже как-то спокойнее стало, потому что я не хотел ни говорить с ней, ни видеть её.

Мать разрыдалась, едва я пересёк порог нашего дома. Долго не могла успокоиться и просила подумать и взвесить всё еще раз. Предлагала альтернативу: учёбу в другом штате, поездку за границу и что-то там ещё…

Просто обнял её, поцеловал мокрые от слёз глаза, с мелкими морщинками, проступившими на тонкой коже от усталости. Пожал руку отцу, похлопавшему меня по спине. Попрощался с насупившимся Максом и повисшей на моей шее Бэт. Погладил ничего не понимающего Акселя, предлагающего поиграть с мячом, и уехал, бросив напоследок потухший взгляд в сторону любимой бэхи.

Мне снова попался болтливый таксист. Тот самый, что по дороге к рекрутеру трындел без умолку. Но в этот раз я поддерживаю беседу, не пытаясь игнорировать добродушного мужика. Он интересуется, куда я еду, а потом, когда узнаёт куда именно, рассказывает о том, как служил в морской пехоте двадцать лет тому назад. И я с удовольствием его слушаю. Просто чтобы отвлечься от тревожных мыслей, активно штурмующих мою больную голову.

На улице стоит духота и невыносимый зной. И от раскалённого асфальта дышится ещё тяжелее. Прощаюсь с новым знакомым, закрываю дверь шевроле и отправляюсь искать свой микроавтобус. Он должен быть в самом конце правого ряда. Но прежде, чем я нахожу его, замечаю громко хохочущего Кэмерона и парней.

Просил же не устраивать грёбаное шоу, а они всё равно явились! Жму руку Заку и качаю головой.

— Мы уж было решили, что ты передумал, — смеётся он.

— Не передумал.

— Свалил по-тихому, как мышь, — недовольно прищурившись, возмущается Кэмерон.

— Не стал будить.

— Говнюк, не вышло у тебя от нас избавиться!

— Картер, у тебя же тренировка…

— Чуть позже, друг. Я не мог не приехать, ты же знаешь, — серьёзно говорит он.

— Чувствую себя яичницей на сковороде, — ноет Кэмерон, оттопыривая на себе футболку.

— И выглядишь также, — толкает его локтем Зак.

Завязывается привычная возня.

— Как дети, честное слово, — качает головой Лерой.

— Мы с Ричи вели себя раньше точно также, — замечаю я, глядя на то, как Кэмерон лупит Зака.

— Слушай, ты возвращайся после базового курса.

— Не вижу смысла.

Он понимающе кивает, хлопая меня по плечу.

— Свяжись со мной, когда будет возможность, брат.

— Эй, а что там происходит? — Зак вытягивает шею, отмахиваясь от навязчивого брюнета.

Водители сигналят наперебой. Должно быть, кто-то порядком зазевался.

— Наверняка, какая-нибудь дурная блондинка тупит, пытаясь сдать назад, — смеётся Кэмерон.

— Эй, погоди, а это случаем не Смит? — удивлённо спрашивает меня Лерой.

Я, до этого не обращавший внимания на происходящее, резко разворачиваюсь.

— Точно. Джен! — подтверждает Зак.

Что она вообще тут делает?

Я смотрю на то, как девчонка идёт прямо по дороге.

— Кто из вас ей сказал? — сквозь зубы, интересуюсь я.

— Я не говорил, — первым оправдывается Кэмерон.

— Не видел её даже, — растерянно отвечает Зак.

Кретины.

Я решительно направляюсь в сторону Смит. Дженнифер крутит головой по сторонам, и, закрываясь от палящего полуденного солнца, прижимает ко лбу ребро ладони.

Ищет.

Меня, судя по всему…

И осознавая это, я чувствую себя странно. Потому что не знаю, что мне делать и как на это вообще реагировать.

Она останавливается и смотрит куда-то назад. Должно быть, думает, что прошла мимо нужного автобуса.

Один из водителей громко ворчит и сигналит. К нему тут же присоединяются все остальные, но Дженнифер, кажется, никого не слышит и едва ли понимает, что по её вине уже образовался внушительный затор.

Подхожу ближе.

— Смит, какого чёрта ты тут устроила? — спрашиваю громко, вскидывая пятерню в извиняющемся жесте перед раздосадованными таксистами.

Она поворачивается. Хватаю опешившую девчонку за локоть и веду подальше от проезжей части.