Пламенный лед - Татьяна Минаева

- Да так… - Лиза дотянулась до своей тумбочки и взяла косметичку. – Не обращай внимания. Лучше пойдем съедим что-нибудь, я еще не завтракала.

- Слушай, Лиз, я Саше пообещала пообедать с ним, - виновато сказала Мила. – Я не думала…

- Забей.

Меркулова слегка припудрила нос и нанесла на губы бледно-розовую, почти прозрачную помаду.

Она догадывалась, что между Милой и ее партнером по танцам, с которым они катались уже несколько лет, начинает наклевываться нечто большее, чем просто рабочие отношения. Вообще-то Саша уже давно поглядывал на свою партнершу с какой-то особой нежностью, но до недавнего времени дальше этого ничего не заходило. Лиза покосилась на соседку. Та слегка зарделась, и на этот раз мороз был точно ни при чем. Сложив рассыпавшуюся косметику, Меркулова провела по волосам щеткой, брызнула духами на ключицы и запястья. Она знала, что выглядит хорошо. Она замечательно выспалась, а чашка зеленого чая, выпитая после душа, помогла ей взбодриться. Узкие черные джинсы подчеркивали длину ног, тонкий кашемировый свитер мягко облегал тело, даря ощущения уюта и тепла. Поводов для расстройства тоже не было: после короткой программы они с Максом занимали первую строчку текущей турнирной таблицы, пусть даже отрыв от ближайших соперников был ничтожно мал. За технику они набрали весьма прилично, а вот оценки за компоненты судьи придержали. Это, впрочем, Лизу совершенно не удивило и уж тем более не огорчило, ничего другого она и не ожидала. По большому счету, это был их первый серьезный старт, на котором они заявили о себе как фигуристы, претендующие на место в основном составе сборной страны. Пожалуй, никто не ожидал от них того, что они показали во время своей короткой программы. При мыслях об этом Лиза испытывала волнение, руки у нее холодели, пульс учащался. Но она знала, что радоваться победе слишком рано. Любая ошибка могла привести к плачевным последствиям, она не раз встречалась с этим, к сожалению, и на собственном горьком опыте. Их ближайшие соперники, после короткой программы занимающие второе место, два раза входили в лучшую пятерку мира, а пара, расположившаяся на третьей строчке, в текущем сезоне стала призером финала Гран-при.

Лиза вдела в уши маленькие золотые сережки-гвоздики и смазала руки кремом. У нее все замечательно, нет у нее поводов для того, чтобы расстраиваться. Резко задвинув ящик тумбочки, она выпрямилась.

Через несколько минут она вышла из номера, раздумывая над тем, как будет лучше добраться до спортивной арены. С одной стороны, на улице светило солнце и хотелось прогуляться, с другой – пугал мороз. Да и вряд ли солнца хватит еще на несколько часов, совсем скоро начнет темнеть, а бродить одной по незнакомому городу Лиза желанием отнюдь не горела. Задумавшись, она не сразу услышала за спиной шаги, а когда обернулась, увидела Макса.

- Куда собралась? – мазнув по ней взглядом, поинтересовался он.

Лиза, никак не ожидавшая встречи, поначалу несколько растерялась, но быстро пришла в себя. Как бы там ни было, а этой встрече она обрадовалась. Она уже давно не придавала своему дню рождения большого значения, легкая грусть, из года в год сопровождающая ее в этот день, никуда не делась, но в целом не произошло ничего такого, на что стоило бы обратить внимание.

- Хочу что-нибудь съесть. А ты?

- А я думал позвать тебя выпить кофе.

- Так чего не зовешь?

- Зову, - усмешка тронула его губы. – Давай только на минуту ко мне зайдем, я накину что-нибудь, а то, боюсь, околею.

- Так что ты сразу нормально не оделся?

На Максе были джинсы и светло-голубая рубашка с закатанными рукавами. При взгляде на его руки в животе у Лизы стало тепло, очень захотелось, чтобы Макс взял ее ладонь, как он это часто делал. Но на этот раз он к ней не прикоснулся. Они двинулись по коридору в обратном направлении на расстоянии полуметра друг от друга.

- Я же не думал, что ты уже готова. - Лиза ему ничего не ответила, и дальше они шли молча. Открыв дверь, Макс пропустил ее внутрь и зашел сам. – Проходи.

Она хотела сказать, что подождет в коридоре, но, поняв, что в комнате никого нет, зашла. По предметам, стоящим на прикроватной тумбочке, сразу же определила, какая из постелей принадлежит ему. Подумав, присела на край.

- Сегодня у девочек короткая. Пойдешь со мной вечером?

- Решила посмотреть на бывших конкуренток? – расстегивая пуговицы рубашки, спросил Макс с обычной усмешкой.

- Типа того.

- Пойдем сходим.

Он снял рубашку и надел теплый свитер под горло. Лиза отвернулась, опасаясь, что Макс может превратно расценить ее взгляд, тогда как она сама не была уверена в собственных чувствах и мыслях. Пока она старательно отводила глаза, он приблизился. На ее колени легла коробка, обернутая в серебристую упаковочную бумагу, уголок украшал голубой бантик.

- С Днем рождения, Лиза.

Ее пальцы прошлись по ребрам коробки, бант издал едва слышное шуршание. По размеру коробка была в точности такой же, как и в прошлом году. Метелью пронеслись воспоминания годичной давности, заставив руки Лизы похолодеть. Она понимала, что все изменилось, и все же в душу прокралось что-то мрачное, неприятное. Подняв на Макса взгляд, она посмотрела ему в глаза. Внимательно, серьезно, без тени улыбки. Он тут же все понял. Сел рядом, чуть позади. Лиза оказалась прижатой спиной к его груди, его теплые руки накрыли ее ладони. Пока она развязывала ленточку, его ладони так и лежали поверх ее кистей. Вместе они сняли шуршащую упаковку и раскрыли коробку. Внутри находились пушистые белоснежные варежки, украшенные голубой снежинкой-звездочкой, и точно такой же шарф с бело-голубыми бахромушками. Самойлов взял Лизкину руку и надел на нее мягкую рукавичку. Она пошевелила пальчиками и улыбнулась.

- Спасибо. - Пушистая варежка коснулась его щеки.

Глаза Лизы сияли, словно в коробке обнаружилось что-то совершенно необыкновенное, о чем прежде она могла только мечтать. Макс перехватил ее руку, погладил, а потом поцеловал Лизу в губы, не пытаясь углубить ласку или сделать ее более страстной.

- Давай сходим куда-нибудь в городе? Думаю, на ресепшене нам подскажут какое-нибудь уютное тихое местечко.

- Давай.

Перемена в Лизе была столь незначительна, что никто, кроме Макса, ее бы не заметил. Но он прекрасно видел огонек, зародившийся в глубине ее голубых глаз, видел мягкую улыбку. И чувства, которые он испытывал, глядя на нее такую, были несравнимы с тем, что он ощущал, когда она плакала. Какой же он был идиот… Держа Лизину ладошку в своих руках, Макс снова и снова осознавал, насколько сильно ошибался. В ней, в себе, в прошлом, в будущем. Неважно это все. Не важно. И если от ее слез ему тошно, а улыбка наполняет сердце радостью, то все это не просто так.

***

После утренней тренировки, с которой начался следующий день, фигуристы вернулись в гостиницу и разошлись по номерам. Макс пытался уговорить Лизу прогуляться, но она только плотнее укуталась в новый шарф и так рьяно замотала головой, что ему стало ясно: ни о какой прогулке и речи идти не может. И все-таки сидеть в четырех стенах Лизе не хотелось. Немного поболтав с Милой, она спустилась вниз, надеясь, что кто-нибудь из знакомых составит ей компанию за чашкой чая. Поначалу она думала позвать Ксюшу, но вспомнила, что та собиралась отдохнуть после поездки на ледовую арену, и не стала ее тревожить. Но отдыхать Ксюша не легла. Лиза увидела ее, подходя к гостиничному кафе, расположенному в холле первого этажа. Миронова с радостью составила ей компанию, и спустя несколько минут они уже сидели за крохотным квадратным столиком в углу зала.