Нежданно-негаданно - Люси Гордон

— А как я могу сделать это отсюда? — озадаченно протянула Ферн.

— Британское консульство вам поможет. — Он достал мобильный телефон.

Через несколько минут Тони заполучил «горячий» номер консульства в Милане, набрал его и вручил трубку Ферн.

Дежурный в консульстве, в свою очередь, быстро нашел телефоны банков. Ферн обещали аннулировать кредитные карты и выдать новые.

— Не знаю, что бы я без вас делала, — горячо поблагодарила она своих новых друзей. — Когда подумаю, что могло со мной случиться…

— Не волнуйтесь, — посоветовала Хоуп. — Все будет хорошо. А вот и официант с заказом. Гм… пирожные и вино — это замечательно, но я бы хотела выпить чаю.

— Английский чай, — сделал Тони заказ официанту.

Чай был великолепен, как и пирожные, которые все дружно переложили на тарелку Ферн.

— Когда вы в последний раз ели? — поинтересовалась Хоуп.

— Как следует? О, довольно давно. Я сначала ехала поездом из Лондона в Париж, потом из Парижа в Милан. Несколько дней провела в Милане, ходила по магазинам и осматривала достопримечательности. Собиралась остаться еще на одну ночь и уехать завтра, но внезапно передумала, упаковала вещи и побежала.

— Вот как надо жить! — воскликнул Данте. — Сегодня здесь, завтра там, и пусть жизнь принесет тебе то, что принесет. — Он взял руку Ферн и заговорил с театральным пылом: — Синьорина, вы женщина моей мечты. Больше чем женщина — богиня с уникальным пониманием жизни. Я приветствую вас… Почему вы смеетесь?

— Извините, — выдавила Ферн. — Не могу слушать эту белиберду с серьезным лицом.

— Белиберда? Это что, какое-то новое английское слово?

— Нет, — с улыбкой информировала его тетя. — Это старое английское слово, и оно означает, что тебе требуется иной сценарий.

— Но только для меня, — усмехнулась Ферн. — Полагаю, с другими он прекрасно срабатывает.

Данте изобразил возмущение:

— С другими? Неужели вы не понимаете, что вы единственная, кто вдохновил меня положить сердце к вашим ногам? Единственная… Ох, ну ладно. Обычно я встречаю лучший прием.

Это рассмешило всех.

— Приятно встретить леди, склонную к авантюрам, — добавил он. — Но, полагаю, такой вы становитесь только во время отпуска. А потом вы вернетесь в Англию, к своей степенной жизни и своему степенному жениху.

— Если бы у меня был жених, разве я оказалась бы здесь одна? — возмутилась Ферн.

Это заставило его задуматься, но только на мгновение.

— Он предал вас, — провозгласил Данте. — Вы решили проучить его. Когда вернетесь, он будет ревновать, особенно если увидит наши с вами компрометирующие снимки.

— О, неужели? И откуда же возьмутся эти снимки?

— Я знаю парочку хороших фотографов.

— Держу пари, вы не знаете никого лучше, чем я, — парировала Ферн.

— Вы фотограф? — спросила Хоуп. — Журналист?

— Нет, я работаю в театре.

Данте иронично хмыкнул.

— Оставь бедную девочку в покое, — укорила племянника Хоуп.

Она носилась с Ферн как курица с яйцом. В конце концов синьора Ринуччи объявила, что пора спать. Они вчетвером проделали обратный путь, пожелали друг другу спокойной ночи и расстались.

Когда Ферн стала вешать свои брюки, несколько монет высыпались на пол.

— Я и забыла, что у меня в кармане есть немного денег, — сказала она, подбирая их.

— Три евро, — заметила Хоуп. — С этим вы бы далеко не уехали.

Они с удовольствием попивали чай, который захватили с собой.

— Вы англичанка, — вспомнила Ферн, — а разговариваете так, словно прожили здесь очень долго.

— Больше тридцати лет, — поведала Хоуп.

— А дети у вас есть?

— Шестеро. Все сыновья.

— А вам никогда не хотелось иметь дочерей?

Хоуп усмехнулась:

— Когда у тебя шестеро сыновей, то нет времени думать о чем-либо еще. Кроме того, у меня шесть невесток и семь внуков. Когда несколько месяцев назад женился наш младший сын, мы с мужем решили отправиться в путешествие, а теперь возвращаемся домой. Данте — сын Таддео, старшего брата Тони, ныне покойного, и он едет к нам в Неаполь погостить. Он немножко сумасшедший. Вы это поймете, пока будете жить у нас.

— Я не могу навязываться вам и дальше.

— Моя дорогая, у вас нет ни денег, ни паспорта!

— Мне ужасно не хочется обременять вас.

— Но для меня ваше присутствие будет в радость. Мы сможем поговорить об Англии. Я люблю Италию, но скучаю по родине, а вы расскажете мне о ней.

— Вы меня уговорили.

— Мне бы очень хотелось, чтобы вы пожили у нас подольше. А сейчас пора ложиться спать.

Хоуп легла на нижнюю полку, Ферн забралась на верхнюю, и через несколько минут в купе воцарилась тишина.

Ферн лежала, прислушиваясь к стуку колес. Казалось, прошло совсем мало времени с тех пор, как она приняла импульсивное решение уехать из Англии. И вот она здесь, без средств, без документов, зависит от чужих людей. Молодая женщина размышляла о странных перипетиях своей судьбы в последнее время, однако мерное покачивание вагона убаюкало ее, и она уснула.

Проснувшись, Ферн обнаружила, что ужасно хочет пить, и припомнила, что бар, кажется, работает всю ночь. Она быстро спустилась вниз и нашарила в темноте халат. Трех евро должно хватить. Затаив дыхание и стараясь не разбудить Хоуп, Ферн тихонько вышла в коридор и направилась к вагону-ресторану.

Ей повезло. Бар был открыт, а бармен клевал носом.

— Бутылку минеральной воды, пожалуйста, — с облегчением сказала она. — О бог мой, четыре евро! А маленькой у вас нет?

— Боюсь, последняя маленькая бутылка продана, — извиняющимся тоном проговорил бармен.

— О нет! — Это походило на возглас отчаяния.

— Я готов помочь, — послышался голос позади нее.

Ферн повернулась и увидела Данте.

— Я выклянчиваю деньги, — простонала она. — Опять! Просто умираю от жажды.

— Тогда позвольте мне купить вам шампанского.

— Нет, спасибо, только минералку.

— Шампанское лучше. — Это был тон мужчины, нацелившегося на флирт.

— Вода лучше, когда хочется пить. — Ферн твердо стояла на своем.

— Значит, мне не удастся переубедить вас?

— Нет, — отрезала она, начиная злиться. — Спокойной ночи.

— Прошу прощения, — тут же извинился Данте. — Не сердитесь на меня, я, как всегда, шучу. — Обращаясь к бармену, он добавил: — Дайте даме все, что она захочет, а мне виски.