Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

Я кивнула.

– Ты тоже заполняешь анкету?

– Нет, сидеть в пыльных подвалах не для меня. Меня приняли в кафе «Le Petit» в южном кампусе. – Она произнесла название по-французски слишком утрированно. – Ты его знаешь?

– Да, я уже была там.

Я посетила кафе, после того как обнаружила на доске объявление о вакантной должности. Однако мысль устроиться там на работу сразу отбросила. Столы в помещении стояли так близко друг к другу, что невозможно было пройти между ними без телесного контакта с посетителями. Кроме того, нагрузка была неясная, а владелец вызывал страх своими широкими плечами и замкнутым лицом.

– Меня зовут Апрель, – представилась девушка.

Ее русые волосы ниспадали на плечи нежными волнами и подчеркивали узкое лицо. Я поняла, что она – первый человек моего возраста, с которым я говорила со времени прибытия в Мелвью.

– Сага.

– Рада познакомиться с тобой! – Апрель положила блокнот в книгу и закрыла ее. – Ты учишься на первом семестре?

Я кивнула:

– Да, ты тоже?

– Да. Я приехала две недели назад и зубрю вводные курсы. Разве недостаточно мучиться во время семестра? – Она вздохнула.

Я сочувственно улыбнулась ей.

– Откуда ты?

– Бринзон. Маленький городок на другой стороне озера, примерно в ста милях отсюда. – Мелвью расположен вблизи озера Тахо, и лишь леса отделяют город и колледж от озера, окруженного многочисленными заповедниками. – А ты родилась здесь?

Я покачала головой:

– Нет, я из Мэна.

– Ого! Ты очень далеко от дома.

Я пожала плечами и посмотрела на анкету. Если бы это зависело от меня, расстояние могло бы быть еще больше. Идиотизм, конечно. Три тысячи миль более чем достаточно, однако мне нравилось представлять между мной и прошлым океан.

– Я хотела попасть на запад США, – сказала я уклончиво.

– А почему не Калифорния?

– В Калифорнийский университет меня не приняли.

– Жаль. Но послушай, теперь ты здесь и мы познакомились. Нет причины печалиться. – Апрель улыбнулась мне. В этот момент завибрировал мобильный телефон, лежавший возле нее на столе. Ее улыбка исчезла, и она со вздохом открыла полученное сообщение.

– Мне надо заехать за братом. Когда он наконец сдаст на водительские права? – Она сложила бумаги и спрятала в черный рюкзак. – Сага, было приятно познакомиться с тобой. Дашь мне номер своего мобильного?

– С удовольствием.

Мы обменялись номерами, и Апрель пожелала мне успехов в устройстве на работу.

Я провожала ее взглядом, пока она не скрылась за стеллажом. Бросив взгляд в сторону юношей, я убедилась, что они все еще погружены в работу, и начала заполнять анкету.

За пять минут до закрытия библиотеки я сдала свою анкету. Я положила ее на стойку, чтобы избежать возможного прикосновения к библиотекарю. Он прочитал анкету, удовлетворенно кивнул и сказал, что я узнаю решение в ближайшие дни. Я попыталась изобразить улыбку, которая, надеюсь, выглядела не слишком страдальческой, и покинула старое здание.

Первоначально университет Мелвью был частной школой с библиотекой в качестве ядра заведения, как можно было узнать на веб-сайте университета. Лишь в пятидесятые годы школа была преобразована в университет, и с тех пор кампус постоянно расширялся, что привело к интересной архитектурной смеси. Некоторые директора хотели сохранить старый стиль, напоминавший Гарвард и другие университеты Лиги плюща. Другие, наоборот, стремились к модернизации, и поэтому здесь были не только здания из камня, но и новые строения с четкими линиями, большим количеством стекла и металла.

Мне нравилось это слияние старого и нового. Я еще раз обернулась к библиотеке, когда шла по пустому кампусу в направлении автостоянки. Солнце почти зашло, но ночи в Неваде в это время года очень мягкие. В Мэне термометр редко показывал 30 °С, и у меня было больше свитеров и курток, чем могло понадобиться здесь. Однако у меня не было денег, чтобы подобрать соответствующий гардероб. Мне нужна работа в библиотеке. Срочно. Независимо от гардероба моя учеба быстро закончится без денег. Я едва ли могла позволить себе университет, после того как осталась без стипендии и без финансовой поддержки семьи. Вероятно, я получила бы деньги от семьи, если бы попросила, но я этого не сделаю.

С одалживанием денег появились бы обязательства, которые я не готова была брать на себя по отношению к своей семье. Я лучше буду жить под мостом, чем сделаю хоть шаг в сторону Мэна.

Я дошла до парковки, где стоял старый фольксваген «транспортер», принадлежавший мне уже три месяца. Красная краска поцарапана и кое-где заметны пятна ржавчины, звук двигателя неприятно громкий, а сиденья просижены. Любому другому машина показалась бы развалюхой; я любила ее. Я ничего не смыслила в механике и тому подобном, но этот VW принес мне свободу и к тому же уже неделю давал крышу над головой.

Я отодвинула большую дверь и влезла в машину. Сразу включила три карманных фонарика, которые закрепила на потолке с помощью веревочек, скотча и проволоки. Они осветили салон, который в настоящее время был моим домом. С одной стороны лежал спальный мешок, под него я подложила циновки, чтобы было удобнее на металлическом полу. У меня была одна подушка и старое лоскутное одеяло из розовых и фиолетовых лоскутов, которое мне сшила на день рождения бабушка, когда была еще жива. Оно было не очень большое и довольно выцветшее, с торчащими нитками и маленькими дырами. Но я так и не смогла заставить себя выбросить его, так как в определенном смысле оно было моей самой дорогой ценностью. Одеяло напоминало мне о времени, когда все еще было в порядке, и если я глубоко вдыхала, мне иногда казалось, что оно пахнет домом бабушки. Печеньем, травами и безопасностью.

Рядом с моей временной постелью стояли друг на друге две картонные коробки с одеждой. Оставшееся место занимали пластиковые контейнеры, в них я хранила фурнитуру для украшений, которые делала и продавала на Etsy.

Я села на спальный мешок, закуталась в лоскутное одеяло и прочитала эсэмэс, которое мне отправила мама уже час назад.

Я пыталась звонить тебе, но не дозвонилась. К сожалению, сейчас мне надо идти на работу. Я позвоню еще во время перерыва, если будет не слишком поздно. Люблю тебя. Мама.

Я прочитала сообщение второй раз в надежде, что слова что-то вызовут во мне. Тоску. Ностальгию. Чувство принадлежности к семье. Но ничего не было; лишь воспоминания, которые я хотела забыть. Я тяжело сглотнула и, чтобы не вызвать подозрений, отправила матери сообщение, в котором желала ей спокойно провести ночь в больнице. Она не имела никакого представления о том, что произошло.

Чтобы не уйти в негативные мысли, я взяла одну из коробок с украшениями, в которой хранила начатые цепочки, и принялась за работу.