Не. Прикасайся ко мне - Лаура Кнайдль

С пятнадцати лет я делала браслеты, цепочки и серьги. Сначала создание украшений было лишь развлечением. Нанизывание бусин и поклейка сережек помогали мне не думать о моей ситуации, однако со временем работа руками стала бегством от серости будней. Когда я сидела здесь, в своем фургоне, со своим одеялом и бисером, мой мир был в порядке. На какое-то время, казалось, реальность исчезала, и я могла мечтать о жизни, в которой не было страхов. И чем больше украшений я мастерила, тем ближе становилась эта мечта.

Моя подруга Меган уговорила меня продавать цепочки и серьги через Интернет. Я не питала особых надежд, но, к моему удивлению, украшения быстро нашли первых покупателей. Состояния я на этом не заработала, но без накладного золота, серебра и кожаных лент я бы никогда не смогла совершить побег из Мэна.

На самом деле я не должна была быть здесь. Лишь студенты, проживающие в общежитиях, могли входить в здание. Но у меня не было другого выхода: мне надо было принять душ.

Я ждала времени обеда, когда люди выходят из общежитий, чтобы пойти в столовую. Я затаилась перед дверью и делала вид, что занята мобильным телефоном, пока две девушки не вышли из здания. Они были так углублены в беседу, что вообще не заметили меня. Я не мешкала и задержала дверь, прежде чем она закрылась, затем проскользнула внутрь и распрямила плечи, чтобы иметь уверенный вид.

Коридоры были пусты и наполнены таинственной тишиной, которая закончится с официальным началом семестра. Редко можно было услышать звуки из комнат. С полотенцем под мышкой я бегом поднялась по лестнице. На каждом этаже была душевая, но несколько дней назад я увидела, что на втором этаже установлены новые душевые сетки, и мне хотелось позволить себе немного роскоши. Табличку с надписью «Душевая» было видно уже с лестницы, я ускорила шаги.

Вдруг открылась дверь одной из комнат. Я вздрогнула, уговаривая себя идти дальше, чтобы не бросаться в глаза. Но я не ожидала, что из комнаты выйдет мужчина.

Я замерла. Парень, стоявший сейчас напротив меня, показался мне олицетворением всех моих страхов. Он был большой, просто великан в сравнении с моим ростом метр шестьдесят пять. Через всю правую руку тянулась татуировка, на указательном пальце тоже было темное пятно. Оно направило мое внимание к кистям рук. Его свободным кистям рук, которыми он в любой момент мог схватить меня и прижать к стене. Мне сразу стало так холодно, словно по венам вместо крови потекла ледяная вода, а конечности онемели.

Когда его взгляд встретился с моим, я сделала резкий вдох. Его глаза были как дождливый день – туманные, холодные и серые; вокруг лица вились русые кудри. Кривая ухмылка, которая не могла бы быть более двусмысленной, играла на его губах. Он медленно закрыл дверь.

Я не боюсь.

Страх не настоящий.

Мое заклинание не помогло. В этот момент страх был настоящим. Он был мне как старый знакомый, и я снова не могла его контролировать.

Этот тип намеренно направился ко мне. Я хотела убежать, но стала пленницей собственного тела. Чем ближе он подходил, тем больше деталей я замечала. Татуировка на руке состояла исключительно из геометрических фигур, которые сплетались в симметричный узор. Темное пятно на его пальце было молнией. Маленькая горбинка, слишком пропорциональная, чтобы быть следствием перелома, украшала его нос, а на шее красовался фиолетовый синяк.

Этот парень смотрел только на меня, и во мне росло стремление позвать на помощь. Однако, даже если бы захотела, я была не в состоянии издать ни звука.

Тем временем этот светловолосый тип находился на расстоянии вытянутой руки. Он посмотрел мне в глаза. Сейчас в его взгляде было что-то хищное. Я ему понравилась?

– Ты меня не видела, – прошептал он с угрозой в голосе.

Я механически кивнула.

Его улыбка стала шире, и он прошел мимо меня к лестнице.

Я оставалась неподвижной, пока не перестала слышать его шаги. Потом закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Руки сильно дрожали, а мышцы расслаблялись очень медленно. Я неуверенно, постоянно оглядываясь, пошла дальше в направлении душевой. Тип не вернулся, и я поспешно прошмыгнула в душ.

Через минуту я стояла под одной из новых душевых сеток, и на меня лился дождь теплой воды. Душ не оказал расслабляющего действия, на что я надеялась, но, по крайней мере, прошла паника. Остались лишь отголоски неприятных ощущений, не дававшие мне забыть парня. Кем он был? Что делал в женском общежитии? Ответ, конечно, был очевидным: засос на его шее был хорошей подсказкой. Возможно, я была параноиком, но определенно не наивной глупышкой. Не все восемнадцатилетние имели такие нездоровые отношения с противоположным полом, как я.

Я знала, что моя реакция нелогична и я, наверно, сумасшедшая. Было неправильно стричь всех мужчин под одну гребенку и сравнивать с ним. Библиотекарь, вероятно, был совершенно нормальным отцом семейства, который занимался с детьми обычными вещами. Он был безобидным на вид, и мое логическое «я» осознавало это. Но то, что вызывало страх, не было связано с логикой. Это был инстинкт, защитный механизм, который возникал, как только рядом появлялось существо мужского пола, физически превосходившее меня.

За несколько месяцев до того, как сдала экзамены средней школы, я часто встречалась со школьным психологом. Я хотела узнать, что скрывает в себе мой страх, чтобы лучше понять его. Мы пытались анализировать проблему, что нам в определенной степени удалось. Доктор Пэкэт постоянно подчеркивала, что помочь мне можно лишь в том случае, если я все ей расскажу. Я не была к этому готова, вследствие чего наши встречи становились все более редкими, пока совсем не закончились.

Я выключила воду и выдавила в ладонь большую порцию шампуня, пахнущего манго. Он был куплен мной в магазине «Все по 99 центов». Шампунь хорошо пенился, что мне нравилось, и, если бы добавить радио, момент был бы совершенным. Подставив лицо под струю воды и закрыв глаза, я смывала пену с волос. В этот момент зазвонил телефон. Он не играл песню из музыкальных хит-парадов, а просто пищал. Я быстро обмоталась приготовленным полотенцем, выскочила из душа и поспешила к стопке своей одежды. Выудила мокрыми пальцами из кармана брюк мобильный.

– Алло?

– Мисс Дертинг? – спросил мужской голос.

– Да? – Было облегчением знать, что страх, по крайней мере, не мешал говорить с мужчинами по телефону.

– Это мистер Штрассе из библиотеки. Вы претендовали на временную работу в книгохранилище. Я хочу сообщить, что вы получили место и… – Его следующие слова я не услышала, так как волна облегчения нахлынула на меня. Я возбужденно подпрыгнула, подавив визг.

У меня есть работа!

У меня есть работа!

У меня есть работа!

Работа!

Работа, на которой я заработаю деньги! Возможно, у меня скоро будет настоящая постель.

– Приходите в библиотеку в понедельник после последней лекции, там я расскажу вам все остальное. Вас устраивает это?