Шикарный мужчина. Инструкция по эксплуатации - Мария Сергеевна Коваленко

– М-да... Все хуже, чем я думала. Застряла ты, моя дорогая, основательно.

– Не трави душу. Скажи лучше, что делать?

– Слушай, если не помогает плач, то вариантов немного. Напиться. Помолиться. Или...

– Клин клином? – угадываю.

– Мой любимый, да. Клин. Клином. Желательно с хорошим прессом, опытными руками, без в.п. и желательно с в.о. Для самооценки!

– Ага. То есть снова в омут с головой, чтобы потом опять вытаскивать себя за волосы?

– Слышь, Мюнхгаузен, может, ты просто вечно лезешь не в те омуты? – спокойно замечает Сима.

Я замираю. Мысль про омуты царапает что-то внутри. Резонирует!

– Что? – усмехается сестра.

– А как понять, что мне нужно? У меня даже вместо списка для магазина получается «что-нибудь вкусненькое».

– Так это как раз просто! Есть упражнение. Рабочее, между прочим. Я с его помощью уже пятерых замуж выдала и троих женила. Слушай внимательно.

– Ага... – Хватаю со столика ручку и блокнот.

– Берёшь бумагу и пишешь портрет нужного тебе мужика. Внешность, возраст, профессию, взгляды на то и на сё, увлечения, уровень дохода и прочие особенности.

– Сантиметры тоже писать? – нервно хихикаю в трубку.

– Их самыми первыми! И обведи! Три раза!

– Поняла.

Быстро строчу на бумаге: «Восемнадцать. Метр девяносто. Карие глаза. Темные волосы. Ямочки на щеках. Бывший спортсмен. Сейчас бизнесмен. Не был женат. Возраст – тридцать девять».

– И всё? – спрашиваю, глядя на свой список.

– Сейчас! Какое всё? Теперь каждый день хоть пятнадцать минут в день представляй себя с этим идеальным. Разговаривай с ним, присматривайся.

– Меня в психушку не отвезут?

– И не надейся! Если бы из-за такой херни госпитализировали, половина популярных блогеров вещала бы в смирительных рубашках.

– Успокоила.

– Пиши давай! Есть большой шанс, что через неделю такой визуализации портрет начнет меняться. Ты поймёшь, что черновик – совсем не для жизни, и нужно переписать.

– А потом?

Что-то это упражнение уже перестает мне нравиться.

– Будешь работать честно, где-то через месяц встретишь того самого.

– Сим, ты сейчас говоришь как таролог, который хочет продать мне свечи с афродизиаком и курс «Как надышать вагиной на трешку в центре».

– Спасибо. Это лучший комплимент за неделю. Делай упражнение, Настя. Или я сама напишу за тебя – и ты потом пожалеешь. Потому что мой идеальный мужчина – это Джейсон Момоа, который умеет готовить, как Джейми Оливер, зарабатывает, как Безос, и молчит как рыба, когда я в ПМС.

Глава 3. Введение в эксплуатацию

Гордей

Месяц спустя

– Это проверка?

Повернувшись в сторону главных ворот моего автосалона, окидываю взглядом брюнетистую худощавую девицу в очках и в костюме училки.

– Это подарок тебе от Романа нашего Исааковича, – ухмыляется Костя, мой зам. – Чтобы было приятно смотреть, на что бабки спустил.

– Я бы и на новый движок для своего Скайлайна полюбовался, – вытираю грязные руки о штанины комбинезона. Тот тоже весь в мазуте, так что грязнее уже не станет. – Сдох, падла. А мастера не могут понять, в чем причина.

– Движок заключение не нарисует. А без этого заключения... сам знаешь, тендера и земли в центре города нам не видать.

– Ты еще меня поучи... – Хочу добавить «дела делать», но девица поворачивается в нашу сторону, и я слегка подвисаю.

Нет, я, конечно, встречал смазливых бухгалтерш, юристок и прочих офисных дамочек... Некоторых даже активно мял! И все же эта выделяется!

С первого взгляда – синий чулок, а если присмотреться – красивая. Без тюнинга и силиконовых бортов. С длинными ножками, фигуркой «песочные часы», хвостом до талии, который так и хочется намотать на кулак. И с симпатичной мордашкой.

Встреть я ее на улице, и не подумал бы, что аудиторша. Так, чья-то постельная кукла, которая отбилась от папика и забыла нанести боевую раскраску.

– Извините... – Пока я пялюсь, рыбка сама подплывает к рыбаку. – Добрый день. Я Анастасия Невская. Аудиторская компания «Гранд-Аудит».

Красотка останавливается в паре метров от нас. Аккуратно поправляет очки на переносице. Мажет по мне рассеянным взглядом и поворачивается к Косте.

– Приятно познакомиться. – Костя не тушуется. Перехватывает нежную женскую ладошку и лобызает ее, как пижон из девятнадцатого века.

– Мне нужен кто-то из руководства, – смелеет Настенька. – Кто сможет показать рабочее место, документы, дать доступ к 1С, кадровой базе и бухгалтерии.

Костян вопросительно косится в мою сторону, однако я не отсвечиваю. Уверенно изображаю памятник колхознику и пытаюсь понять, могу ли я рассчитывать не только на аудит, но и на что-нибудь приятное. Бонус, так сказать, за переплату.

– Конечно, – вежливо кивает Костя. – Я Константин, заместитель Гордея Николаевича. На втором этаже вас уже ждут. И все организовали.

– Замечательно.

Девица оборачивается к двери. Там на полу стоят небольшой чемодан с отломанным колесиком и вместительная женская сумочка.

– Ваше? – скалится на все тридцать два Костя.

– Да. Внутри два ноутбука и так, по мелочи... Можете отнести? – спрашивает у меня.

– Я? – мы с Костяном переглядываемся.

Голливудская улыбка зама мгновенно меркнет.

– Пожалуйста, аккуратно. Там и так небольшая поломка, – тяжело вздыхает красавица.

– Понял. – Решаю пока остаться при своей роли.

– Спасибо, – Настенька оказывается не только красивой, но и вежливой.

К счастью, Костя больше не активничает. Как и другие работники автосалона, он, разинув рот, наблюдает за тем, как я подхватываю на руки чемодан и верным осликом следую за своей госпожой на второй этаж.

Выгляжу, наверное, эпически. Маскарад, мать его! Только смеяться что-то не хочется. Не дают покоя тяжесть этого чемодана и слишком уж деловитая походка моей аудиторши.

Теоретически все должно было пройти без сучка, без задоринки – для галочки. С меня бабки, в два раза больше стандартной таксы. С конторы – заключение. Красивое и складное.

Однако картинка не вяжется.

– А вы сразу работать? – решаю поиграть немного в Штирлица. – У нас тут внизу кафе есть. Там капучино, сэндвичи. Нормальные. Без отравы.

– Спасибо, – Настенька отрицательно мотает головой. – Нет.

– Если на диете, то там салат можно заказать... с травой какой-нибудь.

Морщусь, представив эту излюбленную женскую ботву.

– И все равно нет. Работы много. А времени