От ненависти до любви - Рэчел Линдсей

— Мне лучше пива, детка.

Усмехнувшись, Лора прошла в небольшую, но хорошо оборудованную кухню, и вернулась с банкой пива. Пока она наливала его в стакан, отец успел раскурить трубку и теперь сидел, попыхивая с довольным видом.

— Пиво, — вздохнула она, — право, папа, надо бы выпить шампанского. Руководить новым предприятием — это же здорово. Не могу поверить!

— Я буду руководить не предприятием, — поправил он, — только технической стороной проекта.

— Но это еще престижнее.

— Да, это так, — согласился он, — не стану отрицать. И это даст мне возможность воплотить на практике несколько своих старых и новых идей. Здесь, в уже отлаженном, давно запущенном процессе, это сделать очень трудно. А новый йоркширский завод будет одним из самых модернизированных в Европе и…

— Йоркшир! — воскликнула Лора. — Они что, посылают тебя туда?

— У тебя такой вид, как будто меня отправляют в Сибирь!

— Это почти то же самое. Ты ведь не хочешь уехать опять в глухомань, не так ли?

— Я там родился.

— Но ты долгие годы живешь в Лондоне! Разве ты стремишься уехать?

— Ты меня спрашиваешь или утверждаешь? — последовал спокойный вопрос.

— Мне казалось, что это факт, не вызывающий сомнения. — Лора тоже заговорила спокойнее. — Или я не права?

— Ты права и не права, дорогая, все вместе. — Отец наклонился вперед, зажав в кулаке трубку. — Мне всегда было безразлично, где жить. Моя жена, моя семья и моя работа — вот что было важно. Когда умерла твоя мать, я сконцентрировался на работе. Поэтому готов ехать, куда меня пошлют.

— Но Тим и я, мы с тобой. По крайней мере я, а брат скоро вернется в Лондон. Он будет счастлив только здесь.

— Лора, Лора, — вздохнул Джон, — ты считаешь, что, если все время повторять слова, они станут правдой? Он не вернется, а если вернется, то очень нескоро, и даже в этом случае едва ли станет жить вместе с нами.

— Но у тебя есть я, — быстро сказала она. — Я понимаю, что не могу заменить маму, но…

— И не надо. Ты и так уделяешь мне слишком много своего времени. Тебе следует больше общаться с молодыми людьми твоего возраста.

— У меня просто куча друзей, и, если я не ухожу каждый вечер, это потому, что сама предпочитаю побыть дома.

— Но так не должно быть. Следует проводить время с молодым человеком, а не со стариком отцом.

— Но я не нашла пока мужчину, равного тебе по привлекательности, — пошутила она.

— Возможно, встретишь в Эддлстоуне.

— В Эддлстоуне?

— Ну да, там находится мой завод. Недалеко от Манчестера, так что ты сможешь встречаться с Тимом по уик-эндам.

— В жизни не слышала о таком городе.

— Услышишь, и довольно скоро, — пообещал отец с улыбкой. — Он появится на карте благодаря новому заводу «Грэнтли». Но я не позволю тебе ехать со мной. Это было бы несправедливо. Оставайся здесь, по крайней мере, у тебя появится шанс пожить собственной жизнью, как и у Тима.

Предложение ее взволновало, даже боязно было подумать об этом. После гибели матери она дала себе клятву, что никогда не покинет отца и всегда будет о нем заботиться. Гнала прочь мысли о возможной свободе, как и грусть о том, что она обрекла себя на одиночество.

— Я не смогу быть счастливой, если мы станем жить отдельно друг от друга, буду волноваться за тебя.

— Я вполне способен сам о себе позаботиться.

— Да? Тогда как же получается, что ты варишь яйцо в течение целого часа и еще удивляешься, что оно не всмятку?

Джон Уинтерс захохотал, но потом вновь стал серьезным.

— Я знаю, что говорю, Лора. Лондон — твой дом, и я не вправе тебя увозить отсюда. Я найду кого-нибудь, кто позаботится о моем быте. Без этого не обойтись, ведь будет собственный дом.

И опять Лора испытала легкий шок.

— Какой дом?

— Тот, что мне дают вместе с работой. И прибавка к жалованью тоже приличная. Не будет проблем с деньгами. Я смогу все устроить.

— Нет, я поеду с тобой, — повторила она и быстро добавила: — К тому же я буду там поближе к Тиму.

Кажется, последние слова убедили отца больше, чем все остальное, сказанное ранее.

— Ты и твой брат, — хмыкнул он, — ты его будешь нянчить до старости. — Он снова затянулся трубкой. — Я с удовольствием покажу тебе тамошние торфяники, поросшие вереском. И как только ты узнаешь Йоркшир так, как знаю его я, забудешь Лондон.

Она с улыбкой кивнула. Ей бы такую уверенность. Может быть, у йоркширских болот, покрытых вереском, и есть свои прелести, но ничто не сможет заставить ее забыть Лондон! Концерты в Фестиваль-Холле, балет и оперу в «Ковент-Гарден», кинотеатры, театры, галереи…