Помолвка в прямом эфире - Анна Ченгери

К Марку и Юльке подошел Борис Катрич, режиссер и оператор в одном лице. На его плечах висели три тяжелые камеры. У него были черная с проседью шевелюра, кустистая борода, на руках и предплечьях многочисленные тату и округлый животик, который уютно устроился между майкой и джинсами.

— У нас проблема, — возвестил он.

— Я об этом твержу добрых десять минут, — шепотом сообщила ему Юлька.

Грозный взгляд Виленского призвал их к молчанию.

— Здесь только четырнадцать девушек. Стоп… А где же Дикая Роза?

— У нее напасть, — начала Юля. Оба воззрились на нее в недоумении. — С грудью. Она только что звонила. Кажется, осложнения после операции по увеличению груди.

— Какие еще осложнения? — завопил Марк.

— Они увеличились не по плану. На три размера больше, чем планировалось. Ее спина не выдержала, и нашей Розе надо лежать на спине недели три.

— Три недели?!

— Вот это да! — присвистнул Катрич. — Похоже, у нее теперь футбольные мячи!

Марк тут же угомонился.

— Ну и ладно, будем работать с четырнадцатью!

— А вот это не пойдет, — в раздумье протянул режиссер, он же оператор. — Шоу рассчитано на пятнадцать девушек. Камеры, мебель и прочее. Если в кадре будет только четырнадцать, вся задумка пропадет.

— Вот черт! Это же только шоу, а не высокохудожественный фильм!

— Пятнадцать есть пятнадцать! Я перфекционист.

— Через десять минут у нас прямой эфир. Через десять! Я не в силах за десять минут приволочь сюда другую Дикую Розу. Юльчик, скажи ему, что это невозможно.

— Все Розы уже разобраны, Борис! — За покашливанием она скрыла смех, не желая попусту сердить шефа. Конечно, время от времени ей доставляло огромное удовольствие выводить его из себя, но сегодня явно не тот случай.

— Хорошо, если ты настаиваешь! Но в любом случае это будет странно выглядеть!

— Что будет странно выглядеть? — Бдительный Миша или Гриша уже стоял около них.

Юля с восхищением наблюдала за игрой чувств на лице Марка. Только что шеф был в истерике, а теперь — вполне вменяемый бизнесмен. Она не знала другого такого человека, кто умел бы так же быстро мимикрировать.

— Нет, ничего. Все в полном порядке.

Присоединившийся близнец вопросительно посмотрел на Катрича:

— Что тут выглядит странно? За странности мы платить не хотим. Все должно быть классно.

— Так и будет, — уверил братьев Марк.

— Но не с четырнадцатью девушками, — пробормотал себе под нос Катрич.

Шеф в бешенстве уставился на него.

— Будет тебе пятнадцатая девушка!

Глаза Старосельских и Бориса в тревожном ожидании устремились на него.

— Я обеспечу тебя девушкой, — веско повторил Марк, и Катрич побрел восвояси. Братцы потянулись за ним.

— Что это он тут устраивает? Ишь, еще один Висконти выискался.

— Тебе ведь надо лучшее, — напомнила Юля.

— Послушай, мне нужна твоя поддержка, а не…

Она фыркнула:

— Такого пункта нет в списке моих должностных обязанностей.

— Достань девушку!

Она громко расхохоталась:

— Интересно, где я за десять минут найду тебе ненормальную, которая захочет знакомиться с будущим мужем в живом эфире?

— Да ведь это не обычный муж, ФФ — предмет мечтаний всех женщин нашей страны. Ты разве не видела его в «День за днем»?

— Ну и что? Разве его не выперли оттуда?

— Всего пару недель назад. Рейтинг его пока не упал, потому-то мы его и взяли. Посуди сама: настоящая звезда, красив как бог и готов жениться. Нужна только еще одна! — Вдруг Марк обвел ее заинтересованным взглядом.

Юля занервничала. Она хорошо знала этот взгляд.

«Да, конечно, с Розой ее не сравнить, она не блондинка, нет ни длинных волос, ни голубых глаз, даже настоящих округлостей — и тех нет». Юлька всегда напоминала ему современное издание Одри Хепберн. И фигура так себе. Золотисто-карие глаза были, пожалуй, самым привлекательным в ней. Но она скрывала их под темными очками, закрывающими пол-лица. А ее бледность на экране приобретет оттенок сыра… Но у него нет выбора! С макияжем все будет не так уж плохо!

— Почему ты уставился на меня, как будто я сочный кусочек мяса, а ты век не ел?

— Ты же не замужем.

— И слушать не желаю! Только не я!

— Послушай, мы в безвыходном положении! И тебе это известно! Ты нужна мне!

— Если воображаешь, что я буду участвовать в каком-то дурацком шоу, то ты… ты просто спятил! Знаешь ведь, как я ненавижу все это…

— Но речь о нашем будущем, Юльчик!

О нашем будущем! Сердце упало в пятку. Она не поняла почему.

— Не-е-ет!

— Ладно. Значит, нет? Тебе нравится работа ассистентки? Она вполне отвечает твоим амбициям? Не хочешь быть вице-президентом нашего агентства?

Заманчивое предложение не проняло Карскую. Она и ухом не повела.

— Ладно. Но ради меня, ради Катрича, ради Миши и Гриши можешь всего часик посидеть на стуле, не сводя влюбленных глаз с ФФ? Это единственное, о чем я прошу! — Марк набрал воздуха в грудь и закончил: — Ведь второй тур тебе не светит!

Она не поняла, почему это ее оскорбило, но губы надула.

— Отчего же нет?

— Посмотри на себя, а потом взгляни на всех этих девушек.

Юля молча обозрела девушек.

— Да, понимаю, — пробормотала она, — я не Дженнифер Лопес, но вдруг он очаруется моей внутренней красотой.

Виленский положил ей руку на плечо:

— Посмотри на этого человека.

ФФ оглядывал себя в серебряном кувшине, который стоял на мраморном столике в вестибюле. Интересно, кривое зеркало тоже льстит его тщеславию?

— Слушай, посмотри: в зубах ничего не застряло? — попросил Адонис оператора.

— Ну, умоляю тебя, Юльчик! Ради нашего будущего! Ты камеру даже не заметишь. Только посидишь на стульчике и скажешь ФФ «привет» или «пока». Ему нужно отобрать восемь девиц, вряд ли ты будешь одной из них, и через час ты вернешься к работе.

— Вот радость-то! — скептически фыркнула Юльчик. — Ты считаешь, что после публичного унижения я так просто вернусь к тебе?

— Но ведь наше шоу будет транслироваться по незначительному каналу!

Она скрестила руки на груди и язвительно улыбнулась:

— Хочешь, в ногах поваляюсь?

Она ненавидела, когда он так унижался. Устоять перед его просьбами она никогда не могла.