Заложница - Барбара Картленд

– Позвольте мне продолжить, Маргарет, – сказал он. – Мы с Мериданом отправились от Брукса в Олмак. Это близко, и мы пошли пешком. Когда мы уже подходили к зданию, подъехал принц Уэльский. Увидев Меридана, он недовольно протянул: «Я ждал вас в Кларенс-хаусе». «Простите меня, сир, – ответил Меридан, – но я был лишен этой чести, потому что меня задержали довольно важные дела». Я услышал, как кто-то из окружения принца хихикнул: «Обдирали еще одного простака, милорд?» Вы можете представить, каково мне было это слушать!

– О, бедный папа, – воскликнула Люсинда. – Услышать это, да еще после такого проигрыша! Это был удар ниже пояса.

Леди Белвиль сердито посмотрела на младшую дочь. Но Люсинда, опершись локтями на стол и подперев голову ладонями, восторженно глядела на отца.

– Продолжайте, Эдвард, – сухо произнесла леди Белвиль.

– Ну вот, мы все пошли в Олмак, – сказал он.

– Олмак? Это что, клуб? – поинтересовалась Люсинда.

– Нет, это собрание, – поправил ее сэр Эдвард, – и одно из наиболее престижных. Во главе его стоит Дамский учредительный комитет, который решает, кто достоин, а кто не достоин быть допущенным в святая святых.

– Люсинда, не приставай к отцу со своими неуместными вопросами, – сказала леди Белвиль. – Умоляю, продолжайте, Эдвард, только без лишних подробностей.

– К сожалению, они вовсе не излишни, – ответил сэр Эдвард с несчастным видом. – Ну так вот. Естественно, принц и его приближенные прошли вперед, а мы с Мериданом последовали за ними. В вестибюле к Меридану подошел распорядитель и сказал: «Если ваша светлость соблаговолит подождать немного, графиня Джерси желала бы поговорить с вами». Меридан удивленно приподнял брови, однако ему пришлось подождать, пока распорядитель разыскивал графиню.

– О чем вы с ним говорили? – спросила Люсинда.

– Да вроде ни о чем. По правде говоря, я даже не помню. Ожидание явно испортило Меридану настроение. Он небрежно облокотился на мраморный столик и, вынув из кармана усыпанную бриллиантами табакерку, принялся мерно постукивать по ней. Если бы я не был так озабочен своими проблемами, я бы подумал, что он чем-то встревожен.

– Встревожен? – как эхо повторила леди Белвиль. – Но почему, Эдвард?

– Все вскоре стало ясно, – ответил он. – Через несколько минут появилась леди Джерси, вся сверкая бриллиантами и с эгретом в волосах, который, наверное, стоит целое состояние. Она чертовски красива, неудивительно, что принц…

– Эдвард! – резко оборвала его леди Белвиль, взглядом показав ему на другой конец стола. – Пожалуйста, не при девочках!

– Простите, дорогая, – пробормотал он.

Сэр Эдвард глубоко вздохнул и продолжил. Его волнение еще не улеглось, и рассказ получился настолько живой, что его жена и дочери, боясь пропустить какую-либо мелочь, смотрели на него как зачарованные.

Он стал рассказывать, как леди Джерси, глядя на Меридана своими огромными темными глазами, обратилась к нему, и звук ее голоса эхом разнесся по всему вестибюлю:

– Я удивляюсь, лорд Меридан, как у вас хватило наглости прийти сюда!

Лорд Меридан приподнял брови, на его лице появилась усмешка, подобная той, какой он поддразнивал меня в клубе.

– Я чем-то обидел вашу светлость? – поинтересовался он.

– Это слишком мягко сказано, лорд Меридан, – ответила леди Джерси. – Ваше поведение было возмутительным, и, если бы не личное вмешательство его высочества, Комитет Олмака немедленно исключил бы вас из своих членов и вы бы уже никогда не переступили порог этого клуба.

– Но послушайте, – ответил лорд Меридан, – мое преступление не настолько велико, чтобы заслуживать столь суровое наказание. Я держал пари, а вашей светлости прекрасно известно, что от пари отказаться невозможно.

– Если пари нарушает все приличия, – холодно заметила леди Джерси, – оно не может быть предметом развлечения.

– Делайте со мной, что хотите, – воскликнул Меридан, – но вы уж слишком сгущаете краски. Я поспорил на тысячу гиней, что приведу в собрание особу, которая безо всяких рекомендаций будет с одобрением принята вашей светлостью…

– При чем тут рекомендации?! – резко оборвала его леди Джерси. – Вы представили эту актрисочку как принцессу Лихтенштейнскую, которая гостит у нас в стране. Вы зашли еще дальше, убеждая всех нас, что она остановилась в вашем доме в качестве гостьи.

Лицо Меридана расплылось в улыбке.

– Но она действительно остановилась у меня, – сказал он мягко.

Леди Джерси топнула ножкой.

– Вы неисправимы! – воскликнула она. – Но на этот раз вы переполнили чашу нашего терпения. Как я вам уже сообщила, первым нашим решением было навсегда исключить вас.

– Вы не можете быть так жестоки! – запротестовал Меридан. – Подумайте, какая тут будет скука без меня, и о ком вы будете злословить все триста шестьдесят пять дней в году!

На секунду воцарилась тишина, и Меридан совсем уже другим голосом произнес:

– Вы же знаете, что будете скучать без меня.

На мгновение показалось, что леди Джерси смягчилась. Затем, тщетно пытаясь заставить свой голос звучать твердо, она сказала:

– Мы приняли решение. Олмак закрыт для вас, милорд, до тех пор, пока вы не представите даму, которую мы сможем принять, – вашу жену.

– Мою жену? Бог мой! Но у меня ее нет! – воскликнул Меридан.

– Именно так, – сказала леди Джерси. – И до тех пор, пока она у вас не появится, все попытки вашей светлости проникнуть в Олмак будут напрасны.

– Проклятие! Вы это серьезно? – попытался было уговаривать Меридан.

– Уверяю вас, что я еще никогда не была столь серьезна, – ответила леди Джерси. – Это решение Комитета. В данном случае мы были единодушны.

– Это нелепо, – промолвил Меридан. – Вам известно, что я всегда сопровождаю принца, а ему нравится заезжать сюда два-три раза в неделю.

– Принц согласился с нами, что вам надо преподать урок, – заявила леди Джерси.

Лицо Меридана потемнело.

– Это ваших рук дело, – сказал он.

Леди Джерси покачала головой.

– Отнюдь. Будь моя воля, я бы исключила вас навсегда.

– Но Боже милостивый! Где мне взять жену? – спросил Меридан. – У меня нет знакомых девушек. Вам хорошо известно, что я их не выношу.

– Тогда вам придется начать знакомиться с ними, – холодно заметила леди Джерси.

Сэр Эдвард сделал драматическую паузу. Он достал платок и высморкался.

Женщины за столом даже не шевельнулись. Затаив дыхание, они ждали продолжения.

– Леди Джерси собралась было уходить, – продолжал сэр Эдвард, – но вдруг увидела меня. Я стоял, разинув рот, и, наверное, вид у меня был довольно глупый.