Её Итальянец - Марина Кистяева

Сначала она даже не услышала вопроса, обращенного к ней.

– Что, Макс?

Он продолжал вести автомобиль, уверенно выруливая на проселочную дорогу.

– Вкус ревности.

– Не понимаю о чем ты, Ферри.

Нина выпрямила спину и снова посмотрела в окно.

На восхитительные луга, проносящиеся мимо.

– Всё ты понимаешь, Нина. Ты изменилась, стоило Пелагее появиться на горизонте. А вот теперь представь, что я испытываю последние дни. Недели, вернее.

Нина всё же не выдержала. Резко обернулась к нему, не замечая, как сжимает руки в кулаки.

– Недели? Ты?

– Я, Нина, я. Я прилетаю в Москву, рассчитывая снова увидеть свою покладистую сексуальную девочку, по которой схожу с ума. А вместо этого наталкиваюсь на холодную стену равнодушия. Да ещё мне заявляют, что между нами всё кончено. И, как вариант, на горизонте маячит другой мужик. Что, весело, ничего не скажешь.

У Нины медленно округлялись глаза.

Он сказал, что сходит по ней с ума?

Стоп… Секундочку.

– Не говори глупостей, Макс. Никого у меня, кроме тебя, нет. Просто…

Она резко оборвала речь, едва не выдав себя.

– Что просто? – немного агрессивнее, чем того требовали обстоятельства, бросил мужчина.

Нина не заметила, как напряглись вены на его виске, как нервно дернулся кадык.

– А то! – и Нина не выдержала. – Сколько можно, Макс? Мы с тобой вместе год, и в тоже время не в месте! Мы с тобой трахаемся, при этом… при этом каждый по себе! Скрываемся, ничего не говорим никому и…Ай!

Макс неожиданно ударил по тормозам, резко вывернув руль влево. Нину бросило в его сторону, удержал ремень безопасности.

– Ты сумасшедший…

– Значит, это по моей вине мы не афишируем отношения?! – взорвался мужчина, глуша двигатель и вынимая ключи. – А кто мне сразу же сказал, что не желает, чтобы о нашей связи кто-то знал? Что мы должны соблюдать инкогнито? И единственное, что нас связывает – это секс! Ну-ка, напомни мне, девочка! Или мне тебе напомнить?

– Не ори на меня, – ошарашенная его напором, Нина расстегнула ремень и, чувствуя, как ей не хватает воздуха в машине, распахнула дверь и вышла на улицу.

Тотчас услышала, как хлопнула и водительская дверь.

А дальше Нина совершила ошибку.

Так ей на тот момент казалось.

Она, испугавшись неумолимо приближающихся разборок, перешла через дорогу и устремилась в поле, благо спуск был не крутым. Зачем она шла…Куда. Она не знала. Её вели инстинкты.

Но инстинкты проснулись не только у неё.

Сначала она услышала шаги, преследующие её.

По сути это логично…

Макс пошёл за ней.

Что-то всколыхнуло в груди.

Нина обернулась. Макс шел за ней с решительным лицом.

И Нина сорвалась на бег. Если бы её спросили, зачем она это сделала, для чего, какие цели преследовала, – она бы не ответила.

Просто побежала. Сердце билось о ребра, отзываясь шумом в ушах. Адреналин хлестал в крови, подгоняя её. Ноги утопали в траве, сминая луговые цветы, пахнущие летом и счастьем.

Естественно, Макс догнал её очень быстро. Схватил за предплечье, рванул назад, на себя. И сразу же повалил на траву.

Нина ахнула, задохнувшись. Хотела возразить, закричать, но не успела на долю секунды.

Сухие мужские губы накрыли её.

– Ты мне все нервы измотала, женщина! Вместо того, чтобы спокойно работать и строить отношения, ты выносишь мне мозг! Отказаться от тебя не могу! И не хочу… – он говорил, а сам губами вел по лицу. Трогал щеки, нос, лоб. Чтобы снова вернуться к губам. Прикоснуться к ним легко и, между тем, властно. – Я хочу услышать ответ на свой вопрос.

– Какой?

Нина хотела было вырваться. Хотела оттолкнуть.

Вместо этого обняла.

Она истосковалась за эти дни по тяжести Макса на себе. По силе его руб. По горячему дыханию на её коже.

– Ты приревновала меня?

– Да.

– Значит, всё-таки что-то чувствуешь… – удовлетворенно простонал Макс, накрывая грудь ладонью.

Нина неожиданно всхлипнула.

– Чувствую. И…мне больно. Неприятно, что ты с ней кокетничал. На моих глазах…

– Нина, у нас был роман…много лет назад. Он быстро закончился, и вскоре она вышла замуж за нашего общего знакомого. К сожалению, брак у неё не сложился, и они развелись. Между нами остались дружеские отношения, но страсть угасла раз и навсегда. Я пылаю страстью к другой женщине. К тебе, Нина.

Ей отчаянно хотелось поверить его словам…Она зажмурилась, откинув голову назад.

– Ты же…ты же постоянно отталкивала меня, хотя, видит Бог, я до сих пор не могу понять, почему! Ты точно сознательно не подпускала меня к себе! Не станешь же ты отрицать, что я едва не насильно каждый раз навязывал тебе наши встречи?

– Не буду, – её голос прозвучал тихо, зато сердце с каждым его словом стучало всё громче.

– Между нами с первой встречи что-то пронеслось. Поверь, девочка, я не каждой делаю куни на веранде ресторана.

Нина задрожала сильнее, не замечая, как впивается ногтями в плечи Макса. Как тот разводит в сторону её ноги, задирая платье.

– Причем тут наши отношения, Пелагея и моя ревность?

– При том. Ты ещё не поняла?

Она покачала головой.

– Нет.

– Всё очень просто. До неприличия. Я буду откровенен. На приеме у Елены и Луиджи у меня не было намерения спать с тобой. Уже тогда я понимал, что тебе нужен некий толчок, хорошая встряска, чтобы ты поняла, что мы не безразличны друг другу! Я специально привел на вечер Жанну, но ты напилась. И не стоит отрицать! Ты напилась.

– Я взрослая женщина, имею право, – буркнула она в своё оправдание.

– С этим никто не спорит. Но алкоголь расслабил тебя, и ты снова стала моей маленькой девочкой! – от его последних слов, а точнее, от интонации, с которой он их произнёс, у Нины оборвалось сердце. По телу пробежала едва ощутимая дрожь, неся с собой приятную сладость. – Когда нас застукала Елена, я разозлился, но потом понял, что это прекрасный шанс. И самым наглым образом объявил о нашей помолвке, хотя и понимал, что ты будешь сопротивляться до конца. Тогда я придумал поездку в Италию. Я надеялся, что под жарким солнцем Тосканы ты смягчишься, и у меня почти получилось, но я до конца не был уверен. И решил пойти ва-банк. Первое – воздержание. Полное. Чтобы понять. Нужен я тебе или нет. Нужен… И не смей отрицать. Я видел, какими глазами ты на меня смотрела. Встречала. Слышал, как ты ворочалась по ночам, ожидая меня. Я всё знал! Видел. И выжидал. Хотел, чтобы ты сама… Но, черт, я забыл, какая ты упрямая. Второе. Я позвонил Пелагее.