Сообщники поневоле - Алёна Снатёнкова

Мне показалось или во взгляде парня вина промелькнула?

- Марусь, успокойся. Никто тебя дурой не считает. Вредной, да. Колючей, немного. Но… Слушай, в конце концов, я бросил родителей в больнице и забрал тебя.

- Ага. Чтобы дать пинка под зад через несколько остановок. И если бы твоя голова не придумала тот идиотский план, то ты так и продолжал бы из окна смотреть и от смеха давиться.

- Да не ржал я, – возмущается он, ключи от тачки в руках перебирая. – Пока шел к машине, отец разогнал всех зевак.

Теперь мне стало стыдно, что я не попрощалась с веселым дядечкой.

- Ладно, просто отвези меня домой.

И не спрашивая никакого разрешения, открываю дверь и усаживаюсь.

Конечно, хотела не проколоться, чтобы парень не учуял развода, но нет же, загордилась собой, не сдержалась и заулыбалась.

- Черт. Развела, как малолетку. Опять! – зарычал он, но все-таки потопал в сторону своей двери.

И нет, меня не накрыли муки совести, и на голову не посыпался пепел. Я домой еду в комфортных условиях, какие могут быть мучения?

Пробок не было, и мы стремительно ехали по нужному адресу не разговаривая. Только вот проблема, молчать я совершенно не умела. Уже минут через пять начинала превращаться в шар, который мог бы в любую секунду лопнуть.

- А давай ты скажешь Смирновой, что Обашкин в детстве зассанцем был и это у них в семье по наследству передается. Типа, детишки до выпускного в памперсах ходить будут. Оно ей надо?

- Это и есть твой гениальный план?

Аллилуйя. Филимон разговаривает.

Счастье-то какое.

Я уж думала, все, от злости язык откусил, проглотил и переварил.

- Я разминаюсь перед тем, как выдать наикрутейшую идею, которая тебе и не снилась.

- Разминка растянется на года, – бурчит в ответ и останавливается около того самого места, где мы встретились в первый раз.

- Воспоминания, да?

- Скорее, кошмары. – Отстегивает ремень и наклоняется ко мне. – Так, Сажина, пока у нас есть общее дело, ты…

- Общее? Вообще-то, я еще не дала своего согласия. Особой выгоды в сотрудничестве не вижу.

- Выгоды? – Он так и обомлел. Бедный, но смешной. – Ты сама не хочешь, чтобы подруга портила себе жизнь.

- Может быть. Но, судя по твоим действия, у тебя есть своя цель. А это значит, что моя помощь тебе больше нужна.

- Бред.

- Раз бред, то я пошла. Спасибо, что подвез, мелочи на чаевые у меня не осталось, за шаурму твою платила, между прочим. Не серчай. Как-нибудь увидимся еще.

- Ладно, что ты хочешь?

Вот, это уже другой разговор.

- Твою машину, – невинно хлопая глазками, отвечаю ему.

- Чего? Оборзела? Ты хоть знаешь, сколько она стоит? Не дождешься.

- Попытка не пытка, – пожимаю плечами, мол, попробовать-то стоило. За спрос уши не отрывают. – Хочу… Ой, сложно. Тут думать надо, чтобы не просчитаться. Потом скажу.

Эй, он испугался, что ли?

- Завтра в шесть встречаемся на этом месте.

- В шесть не могу, не спрашивай почему, сама не знаю. Я девочка, поэтому имею права немного повыпендриваться.

- Я с тобой с ума сойду!

- Главное, чтобы не от любви. А то потом будешь с высунутым языком за мной бегать, руки и ногу предлагая.

- Если подумать, то я и сам могу с Обашкиным пообщаться. Несколько слов и поездок - и парень в себя придет. Зачем мне ты, собственно?

Так, я не поняла, чего это он обижаться вздумал и заднюю давать?

Нет уж.

Меня никто не может за борт выкинуть, даже если мы еще не отчалили от берега на деревянной шлюпке.

Не-а.

Вот я сначала сяду в нее, а потом сама и выпрыгну.

- Ладно, уговорил. Так уж и быть, помогу.

- Наверно, не надо. Сам справлюсь.

- Так, Филимон, не беси. Сказала, помогу, значит, помогу.

И пока он не начал спорить, выпрыгнула из машины.

- Сажина! – кричит он мне в спину, чуть приоткрыв окно. Я поворачиваюсь, смотрю на его кривую физиономию и понимаю одну вещь: я наступила на свои же грабли. Этот гад меня развел моей же схемой.

- Не скалься. В следующий раз у тебя ничего не получится.

- Вот завтра в шесть и узнаем.

Что завтра-то будет?

Ой, кажется, зря я в это влезла.

Блин, Маруся, вот почему тебе дома не сидится? Думаешь, приключения тебя там не найдут и расстроятся? Найдут. Не обязательно самой их искать. Об этом я и думала всю дорогу, пока в квартиру не поднялась. Открывала дверь своим ключом, а за ней хозяйка квартиры с вещами бегает, туфли из рук не выпуская.

- Баб Валь, вы чего? Пенсию прибавили, и вы решили бросить все и уехать на Кубу? Или на свидание собираетесь? М? Колитесь, кто он?

Разгребаю диван от завала и сажусь на краешек, с интересом смотря на происходящее вокруг.

- Какое еще свидание в моем возрасте? Скажешь тоже, – бурчит, вытягивая из комода брюки непонятного цвета и непонятного года пошива. – Сестра звонила. Хочет завтра встретиться.

- Ого. Так это же круто. Чего волнуетесь?

Хозяйка как-то рассказывала мне, что у нее есть сводная сестра, с которой они никогда не общались. Разница в возрасте, моя бабуля старше, разные интересы сделали свое дело. Тем более сестры они по отцу, которого и отцом-то назвать язык не повернется. Но это не моя история. Молчу.

- Не волнуюсь я, – спорит, ногой топая. – Чего мне волноваться? Не дождутся. Ты пойдешь со мной.

Угу. Совсем не волнуется. Я так и поняла.

- Зачем?

- А о чем мне с ней разговаривать? Всю жизнь не знались, даже по праздникам друг друга не поздравляли, а тут здрасти-мордасти: Валюшенька, давай увидимся.

- И на сколько запланировано сие знаменательное событие?

- Ну, я ж знаю, что у тебя завтра учеба, поэтому и сказала, что после пяти смогу, не раньше. Она, вообще, про утро говорила, значит, мы к шести подъедем.

Я зависла. На шесть-то я с Довлатовым договорилась. Не скажу, что жажду встречи, но все равно не привыкла обещаниями разбрасываться.

- Пораньше никак?

- И чтобы Лилька подумала, что я по первому ее зову прибегу? Нет уж. Ой, Марусь, я и не спросила, может, у тебя планы какие были, а тут я со своими проблемами.

Так-с, разберем, что важнее, встреча с Филом или поход с хозяйкой?

Баба Валя для меня готовит. Решено. Иду с ней.

И вот опять же, Довлатов сам виноват, что я его кину. Готовил бы мне, может, я бы и подумала еще.