Сообщники поневоле - Алёна Снатёнкова

- Марусь, может, после пар в кафе сходим?

Мы еще до универа не успели дойти, а Смирнова уже думает, что будет делать после него.

- Ага. И за один вечер прожрать все деньги? Нет уж. Давай по старинке: с чипсами на лавочке.

- Ну-у-у, Марусь, опять у тебя все в деньги упирается. Давай хотя бы на один день забудем, что у нас их мало. Тем более сейчас это не так.

- В смысле? – Через плечо смотрю на Настю, рукой в разные стороны размахиваю, чтоб меня маршрутчик увидел и остановился. – Продала почку? Или ты продала всего Обашкина?

- Ни то и ни другое. Скажешь тоже.

- Тогда с чего это ты решила швыряться деньгами?

- Не швыряться, – отмахивается и первая запрыгивает в маршрутку, занимая мне свободное место. – Просто Слава считает, что у меня вчера не получилось как следует отметить последний день лета. И он настаивает, чтобы мы с тобой сходили куда-нибудь. Я сначала была против его подарка, но Слава настоял.

- Обашкин твой так и сказал: возьми с собой Марусю? Или он сказал: возьми с собой любую, хоть из психушки, но только не Марусю?

- Вообще-то он знает, что кроме тебя у меня нет больше подруг. И я тебя очень прошу, пожалуйста, подружись с ним. Он ведь самый хороший.

- Мне так мама говорила, когда я хомяка отказывалась кормить, который меня кусал постоянно. Мол, доченька, подружись с ним, он хороший, и пофиг, что чуть палец тебе не оттяпал.

- Слава же не хомяк.

Это еще не доказанный факт.

Проверить надо.

Причем тщательно.

- Насть, я ничего не имею против Обашкина. Твоя жизнь. – Правдоподобно получилось? Во-о-от, могу, стало быть. Чего тогда перед Довлатовым постоянно лажаю?

- Значит, решено? После универа сразу же в кафе?

Халяву я люблю, конечно, но не до такой степени.

- Не, не получится.

- Почему? Я ведь все объяснила.

- Потому что не могу. Планы у меня на этот вечер.

Отмахиваюсь и, замечая в окне знакомую остановку, встаю и двигаю в сторону двери. Впереди меня ждет скучный первый учебный день, преподы, которые только из отпусков вернулись загорелыми, и еще спящие студенты. Сказка? Ага. Но вот сзади Смирнова плетется с вопросами своими.

Бр-р-р.

- Какие планы? Марусь, ну расскажи. Мне интересно стало.

- Ничего особенного. – Закидывая сумку на плечо, гусиным шагом иду к родименькому универу.

- Как это - ничего особенного? Мы с тобой целый год из дома толком не выходили. Планов, кроме учебы и похода в магазин, не было. А тут я тебя в кафе приглашаю, а ты занята. Кто он?

- Баба Валя. И она – ОНА.

- А-а-а-а.

Это что сейчас было? Разочарование?

Нет уж, только я имею право так протяжно «акать».

- Особый случай. Я буду в платье.

У Смирновой опять глаза загорелись и рот открылся для нового вопроса, но в толпе студентов идти рядом и разговаривать было крайне сложно, поэтому спросить она ничего не смогла, а я воспользовалась моментом и слиняла по-быстрому от нее. Недалеко, правда, но хватило, чтобы она забыла обо всем и переключилась на учебу.

Мне же лучше.

Есть время подумать о предстоящем скучном вечере. Судя по всему, баба Валя и правда решила выйти из дома при полном параде. Эх, точно придется платье отпаривать.

- Ох, Маруська, наконец-то ты вернулась. Посмотри, я выгляжу на сорок лет?

- Так вам же…

- Я ВЫГЛЯЖУ НА СОРОК? – немного зловеще переспрашивает хозяйка квартиры, крутясь перед зеркалом в платье в огромный горошек.

- На восемнадцать, баб Валь, - осторожненько так отвечаю ей и по стеночке сваливаю в свою комнату, пока женщина не додумалась попросить меня сфоткать ее.

Обычно перед тем, как обновить фотку в соцсетях, мама именно с этого и начинала. А я терпеть не могу кого-то фотографировать. Сплошной мрак. И скучно. Особенно когда из миллиона фотографий одну-единственную выбрать не могут. Ну, на фиг. Свалила, пока нервы на месте и меня никто из квартиры не выгнал с вещами за бурчание себе под нос.

Вроде вовремя ушла.

По крайней мере, баба Валя всего лишь несколько раз ко мне заходила, но только чтобы проверить, собираюсь ли я.

А я собиралась. Не скажу, что тщательно, но как могла.

Сначала платье отгладила и чуть дырку на нем не оставила, задумавшись о Филе, который, гад, даже не расстроился из-за моего отказа. Потом я долго не могла найти босоножки и решила в сандалиях идти, но нарядная пенсионерка поставила ультиматум: либо подходящая обувь, либо из еды только хлеб с хреном. Понятное дело, босоножки нашлись через две секунды. Я даже удивилась, как могла их под кроватью не заметить?

- Маруська, ты, главное, рядом всегда будь.

- Куда я денусь-то? – успокаиваю женщину, а сама думаю, может, перед Довлатовым извиниться?

- Я молодежь знаю. В телефоне своем засядешь - и все, считай, ушла и пропала.

- Когда я пропадала-то? Так, баб Валь, выдыхайте, это всего лишь ваша сестра. Чего волнуетесь, будто к королеве на прием собираетесь?

- К ней и собираюсь.

Я чуть слюной не поперхнулась. В смысле? Нет, хозяйка рассказывала, что ее сестра вышла замуж за богача какого-то. Но королева. Серьезно?

- У нее не дом, а дворец самый настоящий. Их как-то по телевизору показывали. Не скажу, что мне интересно смотреть было, но под мытье полов – подошло.