На условиях любви - Сьюзен Стивенс

Он легко мог поцеловать ее – стоило только немного опустить голову и…

– Мне кажется, холодная вода освежит нас обоих, – объяснил Ги, становясь на колени.

Потом, вскочив на ноги, скинул сапоги и закричал:

– Давай, Кейт, наперегонки!

У Кейт появилось ощущение, что у нее вместо костей желе, и горит она так, что если полезет в воду, то та закипит. Но у нее не было выбора, и Кейт побежала вниз по берегу, по пути потеряла опору и приземлилась бы прямо на гальку, проскочив мимо Ги, если бы он вовремя не удержал ее.

– Ты всегда принимала вызов, – заметил он и, подхватив Кейт на руки, решительно вошел в воду.

– Пусти меня! – яростно отбиваясь, потребовала Кейт.

И Ги, сделав еще несколько шагов, выполнил ее просьбу. Он разжал руки, и Кейт на секунду оказалась под водой.

– Негодяй! – завопила она, вынырнув и бросаясь на Ги. Ей повезло – она сбила его с ног, и они оба упали в воду. Ги поднялся первым и, вытащив Кейт, со смехом поставил ее перед собой.

– В былые времена я бы запер тебя в подземелье за такую проделку, – сообщил он. – Или выпорол бы…

– Ты не посмел бы! – выпалила Кейт.

Мгновение они стояли друг против друга, разгоряченные, и воздух между ними раскалился добела. Одежда Кейт, промокнув насквозь, мало что скрывала, а Ги, с его влажными густыми черными волосами, прилипшими к щекам, обнаженный до пояса, был похож скорее на цыганского барона, чем на французского аристократа. Потом, с воинственным кличем, Кейт толкнула его, снова окунув в воду, и громко взвизгнула, когда он ринулся за ней в погоню.

Сначала Ги позволил ей опередить его впрочем, как и всегда, но постепенно нагнал, и наконец они оказались на ее любимой поляне тенистом тихом месте, где она пряталась ребенком. Деревья здесь образовывали сомкнутый круг, так что легко можно было поверить, что ты очутился в сказочной стране, куда нет ходу никому другому. Здесь даже пение птиц звучало приглушенно, а солнечный свет сочился сквозь листву золотисто-зеленоватым мерцающим потоком… На этих лучах, должно быть, катаются феи, думала в детстве Кейт…

Ги подхватил ее на руки и понес на середину поляны.

– Ну и что мне теперь с тобой делать? спросил он, опуская Кейт на зеленый мох.

– Отпустить, – пробормотала Кейт.

– У меня есть идея получше, – возразил Ги, опускаясь на колени рядом с ней.

– И какая же? – спросила Кейт, отбрасывая с лица спутавшиеся пряди золотых волос.

– Вот такая, – ответил Ги, привлекая ее к себе.

Кейт все еще переполняло возбуждение от погони, так что хватило небольшого толчка, чтобы перенаправить эту энергию в другое русло. Прикосновения твердой груди Ги к ее телу, едва прикрытому прозрачной тканью, было достаточно. С негромким возгласом Кейт обвила шею Ги в попытке прекратить эту муку. Почему бы не поцеловать его и не заставить ответить на поцелуй? Но Ги схватил Кейт за запястья и отстранил от себя, пока она не оказалась лежащей на земле, едва переводящей дух, изнемогающей.

– И ты думала, что тебе удастся взять надо мной верх? – поинтересовался Ги дразнящим тоном.

Он был так близко, что Кейт разглядела аквамариновые крапинки в его потрясающих серых глазах. Их дыхания смешались в одно.

– Взять над тобой верх! – выдохнула Кейт, зная, что не в силах пошевелиться и Ги может делать с ней все что угодно. – Пусти, пусти меня! – воскликнула она, тщетно пытаясь отвести взгляд от его губ.

– Но как же я могу отпустить тебя? – спросил Ги. – Диких кошек следует приручать.

Кейт издала глухой возглас бессильной злости и замерла, поймав его взгляд. И когда его глаза потемнели, Кейт поняла причину. Он наконец увидел в ней не девочку-подростка, но женщину. Это стало для него открытием. Он взял ее лицо в ладони. Тишина вокруг стала абсолютной, словно вся природа замерла. Ги склонил голову, и его твердые губы коснулись полуоткрытых губ Кейт.

Более сильного и чувственного ощущения Кейт еще не испытывала.

– Ты этого хотела? – негромко спросил Ги, поднимая голову. – Или, возможно, этого?.. Его руки скользнули по ее шее в легчайшей ласке, и Кейт резко вздохнула, но Ги уже очерчивал изгибы ее обнаженных плеч. И все это время он наблюдал за тем, как тщетно Кейт пытается скрыть конвульсивные, красноречивые движения своего тела. – А возможно, и нет, – добавил он, переводя взгляд на ее напрягшиеся под легкой тканью блузки соски.

Несмотря на возбуждение, Кейт поняла, что Ги тоже находится в ее власти. Игра еще не окончена. Собрав всю свою волю, она умудрилась сесть. В глазах ее сверкал откровенный вызов, и она с торжеством отметила, что Ги не сразу удалось сфокусировать взгляд на ее лице – он неизменно возвращался к рубиновым кружкам, проступающим под влажной тканью. Но едва Кейт начала поздравлять себя с победой, как Ги откинул голову и издал негромкий смешок.

– Ты бы этого хотела, сладкая Кейт, не так ли? – промурлыкал он, сохраняя мучительно большую дистанцию между ними.

– О чем ты? Я тебя не понимаю.

– Тогда позволь просветить тебя, – пробормотал Ги, наматывая на палец влажную прядь ее волос. – Мне кажется, ты очень хочешь увидеть, как я потеряю контроль… подчинюсь тебе… потеряю голову.

– Нет!

Какое восхитительное предложение!

Ги взял Кейт за подбородок.

– Не согласен, – низким, хриплым голосом ответил он. – Мне кажется, что ты хочешь именно этого. Однако, – он с притворным сожалением покачал головой, – этого не будет.

Потом, не отводя от Кейт взгляда, поцеловал ее и продолжил эту сладкую пытку. – Так лучше, Кейт? – спросил он наконец, подняв голову. – Или ты хочешь еще?

– Мне кажется, ты и сам знаешь ответ, хрипло ответила Кейт.

Но в тот момент, когда его руки принялись сдвигать ее юбку, Кейт сказала «Нет!» и отпрянула в сторону.

– Нет? – тихо переспросил Ги, услышав панику в ее голосе.

– Нет, я не могу… просто не могу. – Покачав головой, Кейт отстранилась от него. Она села в нескольких шагах от Ги, подтянула колени к подбородку, обхватила их руками и спрятала в них лицо.

– Что случилось? – спросил Ги, обнимая ее плечи. – Скажи мне. В чем дело?

– Просто не могу, и все, – пробормотала она.

– Посмотри на меня, Кейт, – тихо велел Ги. Посмотри на меня, не отворачивайся. Что-то расстроило тебя, и я должен знать, что именно.

Так и не подняв голову, Кейт все же пробормотала так, чтобы Ги смог услышать:

– Моя сломанная нога… она уродливая.

Несколько секунд Ги сидел абсолютно неподвижно, а потом мягко развернул Кейт лицом к себе.

– Кейт, Кейт… храбрая Кейт, – нежно произнес он, – позволь уверить тебя, что ни одну часть твоего тела я не нахожу уродливой.