Смертельная игра - Айрис Джоансен

– Я не хочу оставлять Еву одну.

– Чарли! – крикнул Спайро куда-то в темноту, и через несколько секунд из оврага поднялся на вершину еще один мужчина с фонарем.

– Это Джо Куинн и мисс Ева Дункан, – быстро представил их Спайро. – А это агент Чарльз Кэтер. Он побудет с вами, пока мы с Джо пройдемся по окрестностям. Чарли, отведи мисс Дункан к машине и оставайся с ней, пока Куинн не вернется.

Чарльз Кэтер кивнул.

– Хорошо. Идемте со мной, мисс Дункан.

– Я недолго, – пообещал Джо и повернулся к Спайро. – Если хочешь поговорить, то лучше всего сделать это в вашем штабе.

– Пожалуй, – согласился Спайро и, повернувшись, двинулся обратно вдоль гребня холма. Джо последовал за ним, а Ева почувствовала себя лишней. Ей ужасно хотелось пойти с ними, но Чарли тронул ее за локоть.

– Идемте, мисс Дункан, в машине вам будет удобнее. И теплее, – сказал он вежливо. – По-моему, вы уже замерзли.

Прежде чем тронуться с места, Ева снова посмотрела на разрытую могилу. Да, она действительно замерзла. Кроме того, она чувствовала себя бесконечно усталой и пустой внутри. При виде этой ямы с оплывшими краями, на дне которой угадывались комья стылой земли, у нее начинало ныть сердце, и Ева подумала, что ей необходимо дать себе передышку. Да и Джо наверняка сдержит слово и постарается вернуться как можно скорее. А когда он вернется, то все ей расскажет.

– Идемте, Чарли, – кивнула она, начиная спускаться с холма по той же тропинке, по которой они поднимались. – У нас в машине есть горячий кофе…

* * *

– Можно мне еще кофе? – спросил Чарли Кэтер, откидываясь на спинку пассажирского сиденья. – Признаться, я не подозревал, как здорово я замерз. Спайро говорит, что мне надо закаляться, но мне кажется, что человек, который всю жизнь прожил в Южной Джорджии, никогда не привыкнет к холодам.

Ева налила ему кофе в пластмассовый стаканчик.

– А где в Южной Джорджии?

– В Вальдосте. Вы знаете, где это?

– Никогда там не была, но мне приходилось слышать о местном университете. А в Пенсаколе вы бывали? Я возила туда свою дочь на каникулы.

– Конечно. Я стараюсь ездить туда каждую весну. Там отличный пляж.

– А сам агент Спайро откуда?

– Кажется, откуда-то из Нью-Джерси. Он вообще-то не очень разговорчив. – Чарли поморщился. – Впрочем, я, возможно, чего-то не знаю. Я в ФБР новичок, а Спайро проработал в нем уже много лет.

– Мне показалось, Джо его уважает.

– Вообще-то не только он. Многие уважают Роберта, в том числе и я…

– Но вам он, похоже, не очень нравится?

– Я этого не говорил… – Чарли немного поколебался, потом добавил:

– Видите ли, Спайро занимается психологическим профилированием уже больше десяти лет. Эта работа… Понимаете, она включает в себя составление психологическго портрета разыскиваемого преступника по тому, что он сделал. Приходится также встречаться и с уже пойманными серийными убийцами и маньяками, разговаривать с ними, анализировать их поведение, чтобы постараться понять, что движет такими типами. И это, естественно, не могло не отразиться на Спайро. Если бы он был чистым оперативником, тогда ему, наверное, было бы легче.

– А как именно эта работа отразилась на Спайро?

– Ну… у него внутри все как будто выжжено. Разве может быть иначе, когда каждый день имеешь дело с чудовищами? Впрочем, я могу ошибаться: те, кто занимается психомоделированием, предпочитают общаться только друг с другом.

– А вы разве не занимаетесь расследованиями?

Чарли покачал головой:

– Пока нет. Меня только недавно взяли в это подразделение, и я пока прохожу курс начальной подготовки. Фигурально выражаясь, я только ношу за Спайро клюшки и мячи и стараюсь чему-то научиться. – Он отпил глоток кофе и неожиданно сказал:

– Я видел ваше фото в газете.

– Вот как?

– Да. И, поверьте, я вам очень сочувствую. Ведь это вашу девочку нашли здесь?

Ева покачала головой.

– Не надо меня жалеть, Чарли, я давно знала, что моя дочь мертва. И мне хотелось только одного: разыскать ее останки, чтобы она покоилась в мире.

Чарли кивнул.

– Я понимаю, о чем вы. Мой отец пропал без вести во Вьетнаме. Тело так и не нашли, и, пока я был маленьким, я очень переживал по этому поводу. Это казалось мне… не правильным, что ли…

Ева отвернулась к окну.

– То была война, Чарли, – сказала она тихо. – А моя дочь погибла не на войне…

– Не знаю, – вздохнул он. – Иногда мне кажется, что на улицах наших городов идет самая настоящая война. Многие родители боятся даже отпускать детей в школу – ведь никогда не знаешь, кто и когда явится в класс с автоматом или принесет бомбу. Кто-то должен остановить это… Вот почему я поступил на работу в ФБР.

Ева невольно улыбнулась.

– Мне кажется, Чарли, вы из тех, кого называют хорошими парнями…

– Возможно, я говорю слишком очевидные и правильные вещи, но я действительно так думаю. Впрочем, извините, если мои слова показались вам банальными. По сравнению с тем же Спайро я, конечно, еще зеленый юнец. Иногда мне кажется, что мое место в начальной школе или даже в детском саду. Приходится утешаться тем, что опыт – дело наживное.

Ева согласно кивнула. На такой работе, подумала она, сам не заметишь, как состаришься и станешь таким же, как агент Спайро.

– Скажите, Чарли, вы женаты?

– Да. Мою жену зовут Марта Энн. Мы поженились в прошлом году и сейчас ждем первенца… – Он улыбнулся светло и радостно.

– Поздравляю.

– Я понимаю, что нам, наверное, не следовало торопиться, – сказал Чарли. – Но нам обоим хотелось иметь детей. Ничего, как-нибудь справимся…

– Конечно, – подбодрила его Ева, которая при этом известии тоже почувствовала себя значительно лучше. Слова Чарли означали, что жизнь не остановилась, что жизнь продолжается и что в ней есть не только могилы и звери в человеческом обличье, но есть и такие люди, как Чарли, Марта Энн и их еще не родившийся ребенок.

– Хочешь еще кофе? – спросила она, без стеснения переходя на «ты». Все-таки Чарли был намного моложе ее.

– Спасибо, но я, пожалуй, лучше откажусь. Я и так выпил почти весь ваш…

– Открой-ка окно… – Ева увидела за стеклом приблизившегося Джо.

– Они нашли их, – сказал Джо, склонившись к окну. – По крайней мере нашли какие-то кости. Сейчас их доставят в штабную палатку.

Ева проворно выбралась из джипа.

– Это детские кости? – спросила она.