Весна в душе - Татьяна Фомина

Про свою разбитую любовь я не вспоминала. Было некогда. Хотя пару раз встречала Арсения на улице и в магазине. От Симонова ничего не было слышно. Парень пропал. И, наверное, это к лучшему. Все равно ничего хорошего из этого бы не вышло. Планеты разные.

А еще после работы в пришкольном лагере, я поняла, что мне нравится работать с детьми. Наверное, именно тогда я и определила, куда хочу поступать.

Каникулы закончились на неделю раньше. Позвонила Вероника Евгеньевна. Нужно было подготовить линейку к первому сентября. А так как мы в этом году выпускники, то и линейка была особая. Варя, Оксана и Дима окончили школу в прошлом году, и состав совета сильно изменился. К моему удивлению в нем оказался Арсений. Раньше я как-то не замечала у него особого рвения к участию в общешкольных мероприятиях. Следом за ним появилась и Лиза. Вот уж точно, кого я не хотела лицезреть еще и после уроков! Но она вела себя совсем по-другому, стала более мягкой что ли. Что у них произошло с Максимовым, я не знала, и знать не хотела, но было видно, что они уже не так проводят много времени вместе. И Лиза теперь просто скользила тенью за Арсением. Возможно, именно поэтому она и пришла в школьный совет.

Белые банты были обязательным атрибутом на это первое сентября. Это было классно! Ощущать себя еще ребенком. Белые гольфы, больше похожие на чулки смотрелись потрясающе. А почувствовать себя снова первоклашкой было волнительно до бабочек в животе. Лиза прекрасно вела линейку. А первоклассница, сидевшая на плече у Арсения и дававшая звонок, волновалась ничуть не меньше, чем мы десять лет назад. Звонок, звучавший в абсолютной тишине, доставал до самой глубины души. На лицах многих родителей были слезы. А мне хотелось плакать от обиды, что мои родители не смогли прийти в такой важный для меня день. Папа был на работе, а мама решила, что в сентябре должна отдохнуть на море. И вчера улетела. А я пошла одна на свою последнюю линейку в школе.

В класс я не попала, впрочем, как и Арсений, и Лиза. Мы отвели еще две линейки. Уже который год для разных параллелей проводилась своя линейка. И это, на мой взгляд, было лучше, чем одна для всех.

Саше пришлось дожидаться меня. И мы вместе пошли домой. Я молчала, все еще обиженная на маму, что оставила меня в такой важный для меня момент. Первой начала говорить Саша.

— Кир, не переживай ты так. У взрослых свои понятия о важности!

— Ага! А на мою свадьбу она тоже решит, что ей нужно отдохнуть?! — не могла скрыть обиду.

— Моя вон даже про мой день рождения не вспоминает. И я привыкла.

— Саша, но ведь так нельзя! Понимаешь! Я всегда считала, что родители это не только поддержка! Они должны радоваться и гордиться детьми!

— Но и о себе они тоже должны думать.

Сашке было сложнее. Она росла в строгости отца. А я? Да мама была рядом, но она перестала интересоваться моими успехами уже давно. Я всегда гордилась тем, что моя мама успешный экономист, но я никогда не думала, что ее работа будет важнее, чем я. Звучит эгоистично. Я знаю. Но все равно очень обидно.

— Что говорила классная? — я решила сменить тему.

— Что это важный год в нашей жизни, что мы должны бросить все силы на покорение вершин всех предметов, не забывать о серьезности в выборе будущей профессии и бла-бла-бла, — Сашка попыталась изобразить мимику и жесты Елены Валерьевны, нашего классного руководителя. И у нее это получилось. Классную мало кто любил. Она была хороший педагог, но как человек, она мне не нравилась. И не только мне.

— Ясно. Все как всегда. Что еще нового?

— Ангелина обесцветила волосы, и Елена Валерьевна похвалила ее, сказав, что ей очень идет!

— Еще бы. Лебедева всегда была ее любимицей, — усмехнулась я.

— А Ванька подсел к Дашке. Вот!

— И теперь мне ничего не будет видно из-за его широкой спины, — пробубнила я.

— Давай пересядем, — предложила Саша.

— Да, ладно.

— А еще я видела у Ольги Васильевны на руке колечко!

— Ух, ты! Вот это здорово! Как ты думаешь, она уйдет в декрет? Жаль будет, если не успеет нас выпустить.

— Не знаю, но по фигурке не видно, что изменилась. Будем надеяться, что она нас доучит, а потом пойдет в декрет!

Ольгу Васильевну любили многие. И Саша тоже была в их числе. Но как оказалось, это были не все новости. И я даже не представляла, что такое может быть.

* * *

— Кира! Тебе это не понравится! — Саша чуть не сбила меня с ног, стоило мне только войти в школу.

— Привет, Саша.

Что может случиться на второй день учебы?

— Ты давно? — Майская замолчала на полуслове.

— Что? — переспросила я подругу.

— Ничего, — вздохнула Саша, взглядом показывая на нашу классную.

Я ничего не понимала. Елена Валерьевна начала задавать вопросы и теперь от нее просто так не отвяжешься. Пришлось идти вместе. Все равно первый — русский.

Я видела, что Саша пыхтела как ежик, но ничего не могла поделать. И мы вошли в класс. Елена Валерьевна задержалась на входе.

— Кир, — позвала Саша и кивнула в сторону класса.

Я посмотрела туда, куда показывала она и обомлела. За четвертой партой среднего ряда сидел Симонов, прямо за Майской.

* * *

— ТЫ?! — это все что я смогла вымолвить.

— Привет, — улыбнулся Володя, как ни в чем не бывало.

— Ты что здесь делаешь?

— Сижу.

Может это какая-то ошибка? Или он просто издевается? Я посмотрела на Майскую. Она пожала плечами. Мол, я тебе говорила….

Я поставила сумку. Увидеть Симонова рядом с Максимовым это уже чересчур!

— Может, объяснишь, почему ты именно здесь сидишь? — я сверлила его взглядом, совсем не обращая внимания, что на нас смотрят.

— Я спросил, мне сказали, что здесь свободно. Хотел сесть вперед, но Саша мне чуть глаза не выцарапала, — ответил Симонов.

— Я не поняла, у тебя что, урока нет?

— Почему, нет? Русский по расписанию.

— Так какого лешего ты здесь, а не на своем русском?! — вспылила я.

— Иванова, остынь! Не пугай новенького! — хихикнула Лиза.

— ЧТО?!

Прозвенел звонок. Я села на свое место. Но в моей голове ничего не укладывалось. Почему?

Сашка подвинула листочек, на котором было написано: «Ты не знала?»

«Откуда?!» — написала в ответ.

Елена Валерьевна щебетала, что в наш класс пришел такой замечательный мальчик, что она так рада, и бла-бла-бла. Что его отец, который работает в администрации города, столько много сделала для нашей школы….

— Вот с этого и надо было начинать, — проворчала Сашка.