Подкидыши для майора - Регина Янтарная

Виталина

Ванька с утра долго возится. Пыхтит, складывая новые учебники и тетрадки в ранец.

– Тебе помочь? – кричу я из кухни, готовя незамысловатый завтрак.

Овсяная каша на молоке. Наливаю побольше масла. Нет, я так жирно не ем с утра. Но Иван неизвестно когда ещё сможет перекусить.

Кто знает, какие там распорядки в той школе. Хотя деньги за питание я уже перевела онлайн. И за обучение тоже.

В государственную школу сунуться не решилась. Отсутствие документов вызвало бы слишком много вопросов. Вместо школы наверняка бы оказались в полицейском участке. Я загремлю в камеру за похищение чужого ребенка. А Ванька снова в детский дом.

Слышу, пацан недовольно сопит, но стоит на своем.

– Нее, я сам!

С директором частной школы договорился мой юрист Фёдор Петренко, за что была ему безмерно благодарна.

Документов у нас нет никаких. От слова абсолютно. Да и учебный год уже начался.

Ванька грустит. Да что же он так учиться – то не хочет? Еще и боится… странно это.

Но в школе будет безопасно.

Там охрана повсюду. И мне спокойней.

Глаза у ребёнка засветились лишь однажды за утро, когда мы приблизились к парковке.

– Это твоя? – смотрит восхищенно на Бентли.

Сдержанно киваю.

Плюхаемся в машину, и выруливаем на проспект.

Спустя тридцать минут мы на месте.

Старинное здание, утопающее в желто – красной листве деревьев. Парк подступает со всех сторон. Красивое зрелище.

Ворота ползут в сторону, пропуская нас на территорию частной школы.

На входе строго допрашивают, просят документы, куда – то звонят. Затем суровость слетает с лица охранника, и он пропускает внутрь.

В кабинете директора нас пытливо осматривает с головы до ног Пал Палыч Семёнов, директор гимназии.

Под его прицельным взглядом мы с Ванькой съёживаемся и жмемся друг к другу ближе, устроившись на самом краешке кожаного дивана.

Неужели передумал? Сердце колотится в груди.

Руки положила на колени, будто сама школьница. Но старый педагог умеет держать паузу и вгонять в тоску.

Ловлю себя на мысли, что готова убежать отсюда. Теперь я даже немного понимаю Ваньку, который так не хочет в школу.

Здесь дисциплина.

А в этой элитной гимназии, похоже, и того хлеще.

Ваньке уже сочувствую, но альтернативы нет.

– Так…, – тянет Пал Палыч почти угрожающе.

Вздрагиваю и невольно втягиваю голову в плечи.

Сейчас начнётся!

– Мальчик ваш? – разносится по кабинету хриплый голос директора.

Впился в хищным взглядом, под которым меня пробирает дрожь.

– Он сын моей…

Я растеряна, потому что не подготовилась к его допросу с пристрастием. По наивности рассчитывая на Петренко.

Ну, да. И на деньги, которые закинула не только в счет «благодарности» за услугу лично Пал Палычу, но еще и на нужды школы в качестве благотворительности.

Думала, вопрос исчерпан.

Ошиблась.

Неплохо бы в той записке, в которую он всё время косится, приписать цифру «один» с множеством нулей. Ну, так, чтобы не забывал на всякий случай про мою щедрость.

Ерзаю на диване.

Комок застрял в горле, прокашливаюсь.

– …приятельницы, – неуверенно добавляю.

Семёнов хмыкает, качает головой.

Не поверил? Я бы тоже не поверила.

Врать надо нагло и смело, тогда сойдёт за правду.

– У них случился пожар в доме, – выпаливаю первое, что приходит в голову. – Документы сгорели… Все сгорело!

– А мама… Баженова Ивана? – смотрит в записку перед собой. – Тоже того…

Косится на Ваньку.

– Нет, конечно! – поспешно выпаливаю, бросая быстрый взгляд на мальца.

Тот сидит, округляет свои глазёнки, ничегошеньки не понимая в разговоре взрослых.

Ну, я так думаю. Вид у него взъерошенный и растерянный.

– Она в больнице… без сознания, – отчаянно вру я.

– А-а! – понимающе выдаёт Пал Палыч.

Атмосфера немного рассеивается. Но всё равно дискомфортно.

– Хорошо, – наконец, Семёнов что- то для себя решил.

Затаив дыхание, жду его вердикта.

– Тогда вы госпожа, Андреева, свободны. Я сам провожу Ваню в пятый «А».

Радостно подскакиваю с места.

– Ну, все, Вань, – бросаю взгляд на часы.

Чёрт! Опаздываю – то как!

– Вечером заберу, – беру двумя руками за голову Ивана, смотрю в его перепуганные глаза, одобряюще киваю и чмокаю в макушку.

Пулей вылетаю из кабинета директора.

***

В рабочий кабинет врываюсь как цунами. Ещё бы, опоздала на целых пятнадцать минут.

– Привет! – бросаю на ходу.

Нестройный хор мужских голосов лениво откликается в ответ.

Бегло оцениваю обстановку.

Что не дружно-то так? Может, раньше я, то есть Полина, по-другому их приветствовала?

Все почему-то одаривают меня красноречивыми взглядами. Непроизвольно одёргиваю подол.

Что не так?

Плохо, конечно, никого не знаю, кроме Васюты. Тот в отличие от ребят смотрит на меня с нескрываемым обожанием.

Напоминает мне взгляд Виски, когда тот хочет получить от меня лакомый кусочек.

Фыркаю и, выпрямив спину, дефилирую к своему столу.

В звенящей тишине слышно лишь цоканье моих каблуков. Чувствую на себе прожигающие мужские взгляды.

Веду плечами. Как – то не очень… для коллег.

Падаю на свое рабочее место, включаю комп, жду, когда он загрузится.

И только тут до меня доходит, что в спешке с первым учебным днем Вани сегодня утром я забыла подколоть волосы так, как это делает Поля. А еще я в своих туфлях на шпильке. Возможно, что – то еще не так.