Нежный огонь любви - Джейн Энн Кренц

Она ответила укоризненным взглядом:

— Типичный хитрец волк! Если я сделаю для вас то, что вам нужно, мы будем более чем квиты. Вы сами сказали, какова стоимость такого программирования. Я не знаю ваших почтовых тарифов, но чувствую, что то, что вам нужно, на открытом рынке стоит гораздо больше, чем цена билета до Ренассанса.

— Угу, но рынок-то не открытый, правильно? Ты сказала, что хочешь отработать дорогу. А мне нужна система программ. Другого варианта я сейчас предложить не могу. Хочешь — соглашайся, не хочешь — отказывайся.

Она гордо подняла голову:

— Я, конечно, соглашаюсь. Я сделаю все, что смогу, Расчет. Даю вам слово.

— Слово голубя — все равно что деньги, — вслух подумал Расчет. — Но ведь ты все-таки не совсем голубь, правильно?

Зельда с трудом подавила гнев. Она всю жизнь училась сдерживать свои чувства и сейчас не допустит, чтобы этот волк вывел ее из равновесия, которого она добилась с таким трудом.

— Да, отан Расчет. Я не совсем голубка. И пока ею не стану, вам придется мне верить.

— Ты многого просишь, — протянул он. — Я взял за правило никому не доверять полностью.

— Я знаю, что среди волков доверие всегда сопряжено с серьезным риском.

— Полагаю, ты доверяешь своему Мерсеру из архивов?

— Он — голубь, — спокойно напомнила ему Зельда. — Я полностью ему доверяю.

— Но тебе и в голову не придет так же довериться волку, правильно?

Похоже, Расчет специально пытался вывести ее из себя! Зельда повернулась к компьютеру.

— Как и вам. Если вы хотите, чтобы я спроектировала основы нужной вам системы, то позвольте мне начать работу. Двух недель для такого рода задания очень мало.

— Работай прилежно, Зельда. Я хочу окупить свои затраты.

Зельда с трудом сдержалась, чтобы не ответить Расчету резкостью. Призвав на помощь воспитанное в ней голубиной системой образования умение сосредоточиваться, она погрузилась в работу, порученную ей Расчетом. На то, чтобы выполнить ее целиком, понадобится не две недели, — но она была полна решимости сделать как можно больше. Недопустимо, чтобы волк говорил, будто она не держит своего слова!

Расчет работал вместе с ней, подробно объясняя все, что ему может понадобиться, и рассказывая об особенностях конфигурации «Консак 410». Их разговор стал деловым и информативным, и к моменту долгожданного перерыва на еду Зельда смотрела на Расчета по-новому. У Тэйга Расчета есть цель — и он готов на все, чтобы ее добиться. Это было ей понятно: у нее тоже есть цель. Однако Зельда не могла не задуматься над тем, каким станет Расчет к тому времени, когда ему удастся осуществить свою мечту. Его честолюбие могло выпустить на волю самые жесткие и боевые инстинкты волков. Миры Девятой Строфы характеризовались атмосферой свободного предпринимательства и неограниченной изобретательности, в которой такие люди, как Расчет, чувствовали себя как рыба в воде. Однако ничем не сдерживаемый волк — существо опасное.

Только после окончания того, что надо было считать вечерней трапезой, Расчет снова вспомнил о своей идее научить Зельду играть в «Свободный рынок». Она втайне надеялась, что ее спутник больше об этом не заговорит. Игры редко вызывали у нее интерес, однако она заставила себя согласиться. Возможно, благодаря ее сговорчивости у него будет сохраняться ровное настроение. В течение их недолгого знакомства бывали моменты, когда Зельда сомневалась относительно устойчивости его темперамента.

Расчет был с ней ласков, пока она приходила в себя после воздействия вопленника, но ему, похоже, нравилось дразнить ее, вызывая чувства, которые Зельда считала недопустимыми. Она плохо его понимала — чему, впрочем, удивляться не приходилось. Те, кто рос на Клеменции, не могли предугадать реакцию волков. Волки не объясняли, что ими движет. Однако Зельда чувствовала в Расчете какую-то напряженность, которая сильно ее тревожила. Ей следовало избегать ситуаций, в которых он может сорваться.

Так что она хоть и неохотно, но согласилась научиться игре в «Свободный рынок».

Прежде всего Расчет налил две огромные кружки эля «Роза Ренессанса», который, похоже, ему так нравился. Потом он разложил фишки, сардитовые жетоны и трехмерное поле, необходимые для игры. Зельда наблюдала за ним с тревожным любопытством. Она ощутила в Расчете тщательно сдерживаемое предвкушение. Похоже, ее учитель не будет придерживаться отстраненного и терпеливого метода, к которому она привыкла.

— Рассматривай это как пополнение твоего образования, — весело предложил Расчет, удобно усаживаясь напротив Зельды. Он рассеянно тряс в руке несколько игральных кубариков. — Голуби ведь все время ратуют за то, чтобы образование было как можно более всесторонним, не так ли?

— Да. — Зельда смотрела, как он бросает кубарики на верхний уровень игрового поля. — Но игры, как правило, нас… их… не интересуют.

Он улыбнулся, сверкнув белыми зубами:

— Наверное, потому, что не признают азарта.

— Дело не в том, что они его не признают. Просто он не представляется ни особо интересным, ни приятным.

— Зельда, милая моя кандидатка в голубки, ты в жизни кое-что упустила! — Он подался вперед. — А

Теперь слушай внимательно. Мне не хотелось бы повторять объяснения по несколько раз. — Он передвинул половину сардитовых жетонов на ее сторону стола. — Задача игры — отобрать у противника все его сардиты до последнего.

Она взяла в руку один из тускло-зеленых жетонов:

— Не понимаю зачем. Сардит не особенно красив и практически бесполезен. И встречается почти везде.

— Не прикидывайся невинной святошей! В настоящей игре каждый жетон олицетворяет то, что ставит твой противник, — и ты это прекрасно знаешь. Ну-ка, пересчитай кубарики и проверь на каждом цифры.

— Зачем?

Но Зельда послушно собрала кубарики с поля и пересчитала их. Потом она сложила цифры, написанные на каждом.

— Потому что только так можно быть уверенной, что твой противник не пытается тебя надуть.

— Надо полагать, это важное соображение, когда играют волки.

Расчет зажал в кулаке кубарики, которые она только что пересчитала:

— Очень важное.

— Я не стану вас обманывать, Расчет, — пообещала Зельда, обиженная тем, что он, в свою очередь, демонстративно их пересчитывает.

Он даже на нее не взглянул, продолжая проверять каждый кубарик.

— Да, не советую. — Он бросил кубарики обратно на верхний уровень игрового поля. — Ладно, начнем.

Двадцать минут спустя Зельда пришла к выводу, что в одном Расчет ее не обманул: он действительно ничего не объяснял дважды. Ей повезло, что у нее хорошая память, поскольку ее наставник терпением не отличался. Зельда решила, что это связано с тем, что он слишком много времени проводит один, внутри почтового корабля, и, кроме того, не имеет ни малейшего представления о правилах поведения и этикете.