Соблазненная принцем - Кристина Додд

Тяжело дыша, Виктория добежала до большой, скудно освещенной комнаты и заглянула туда.

Кухня. Зачем ее загнали в эту подозрительно пустую кухню? И где повара, судомойки? Где слуги?

Выглянув в темный коридор, она не увидела ничего, но в темноте мог скрываться кто угодно. Заметив открытую дверь, она торопливо выбежала в маленький, обнесенный заборчиком огород и почувствовала ароматы розмарина, лаванды, тимьяна, базилика и шалфея. Здесь выращивались различные пряности.

Калитка была открыта. Виктория торопливо подбежала к ней и остановилась, прислушиваясь. Наконец она услышала где-то вдали крики мужчин и женский визг. Но здесь было тихо. Она осторожно выглянула за калитку.

Перед ней расстилалась широкая грязная дорога, окаймленная с обеих сторон полуразвалившимися лачугами. Для чего бы ни предназначались эти лачуги, ими явно не дорожили. Через четверть мили дорога заканчивалась каким-то высоким сельскохозяйственным строением. Виктория направилась к нему, все еще напрягая слух в надежде услышать какие-нибудь звуки.

От зловещей тишины у нее мороз пробегал по коже. Или это ее пугало ощущение, что за ней незаметно следят чьи-то глаза?

Дойдя до деревянной стены, Виктория приложила к ней руку и стала продвигаться вперед, пока не дошла до двери. Виктория осторожно толкнула ее, и та беззвучно открылась.

Заглянув внутрь, Виктория увидела возле дальней стены на крюке фонарь. При его тусклом свете она разглядела лошадей в стойлах и услышала мягкий звук лошадиного дыхания. Конюшня.

Но где же слуги? Хотя бы какой-нибудь младший конюх…

Виктория осторожно шагнула внутрь.

— Здесь есть кто-нибудь? — тихо спросила она.

Лошади навострили уши, но никто ей не ответил.

Виктория с облегчением вздохнула. Она в безопасности.

Если не считать того, что… чувство долга призывало ее вернуться в отель. Но нельзя возвращаться невооруженной. Надо посмотреть, не найдется ли здесь какого-нибудь оружия.

Она окинула взглядом стены, на которых был развешан всякий ручной инструмент.

Топор.

Слишком тяжелый.

Вилы.

Слишком длинные и громоздкие.

Железный крюк. Достаточно маленький, чтобы можно было спрятать его в складках юбки, но достаточно тяжелый, чтобы защититься от нападающего.

То, что надо.

На цыпочках подойдя к выбранному оружию, Виктория подняла руку, чтобы снять его со стены, но кто-то схватил ее за запястье и произнес:

— Не надо. Боюсь, это совсем не подойдет.

Виктория подняла голову и увидела человека в маске: в прорезях лишь блестели темные глаза.

Виктория собралась закричать, но ей на голову накинули мешок, затем подняли на руки и куда-то понесли. Потом Викторию забросили, словно мешок картофеля, на спину высокой лошади, похититель уселся в седло, и они поскакали в ночную тьму.

Мешок на голове Виктории был из тонкой ткани, что позволяло ей дышать и давало возможность почувствовать холод, когда они выехали из конюшни. Мешок закрывал ее до колен, но когда она попыталась проделать в нем отверстие, ткань оказалась достаточно прочной. Высокая лошадь шла гладким аллюром и быстро преодолевала расстояние. Они ехали через лес: Виктория ощущала запах сосновой хвои и суглинистой почвы.

Но зачем ей нужны все эти сведения? Об этой стране она знала лишь то, что в ней имеется отель и что в нем сейчас творится хаос. Этот человек, который схватил ее… Она проглотила ком, образовавшийся в горле от страха. Как ни абсурдно это звучит, но этот человек умышленно устроил ей западню… он хотел отрезать ее от остальной массы гостей, чтобы увезти ее… куда?.. и зачем?., чтобы изнасиловать? Убить? Подвергнуть пыткам?

Почувствовав сильный прилив крови к голове, Виктория попыталась приподняться. Лошадь замедлила аллюр и перешла на шаг.

Мужчина, кем бы он ни был, обхватив ее за талию, посадил вертикально перед собой, и лошадь снова пошла быстрее.

Голова у Виктории кружилась, но она удерживала равновесие.

— Что вы хотите? — спросила она.

Звук ее голоса был приглушенным, но она знала, что похититель слышал ее вопрос.