Несносная девчонка моего сына - Джулия Ромуш

На всякий случай я делаю шаг назад и увеличиваю между нами расстояние. Сейчас я не могу с уверенностью утверждать, что эта тетка не набросится на меня как бешеная собака. - Нет, Кристофер не говорил, что должен кто-то прийти. Но я могу ему позвонить и сообщить о вашем приходе.Заставляю себя сдвинуться с безопасного места. Оглядываюсь по сторонам в поиске телефона. Его нигде нет. Где же я его оставила? - Вижу о том, что он женат он тебя тоже не предупредил? - ее слова летят мне в спину как раз в тот момент, когда я направляюсь в сторону коридора. Кажется, я забыла достать телефон из сумки. Я застываю на месте. Каменею. - Что? - все что могу произнести. Даже не поворачиваюсь, просто на это нет сил. Перевариваю услышанное и не могу в это поверить. Ответом мне служит нервный смех. - Значит не сказал. - А с какой стати я должна вам верить? - беру себя в руки и разворачиваюсь к ней лицом, - вы не тянете на ту, кто был бы в его вкусе. - Хочешь доказательств? Меня смущает то, как она себя ведет. Никаких истерик. Угроз. Мне кажется, что в какой-то момент женщине становится даже скучно. - А они есть? - я сама боюсь узнать ответ на этот вопрос. Женщина лишь сильнее сжимает губы, и тут же, сорвавшись с места, несется в коридор, я следую за ней. Мне нужно найти свой телефон. Нужно набрать Кристофера и спросить, что все это значит. Да, в это момент я все еще думаю о том, что это все какая-то ошибка. Надеюсь на это. Очень хочу в это верить. Такая ерунда не могла же произойти со мной. Подобное происходит с глупыми героинями фильмов, но я-то умная. Я не попадаюсь на удочку женатикам, которые веселятся пока их вторая половинка в командировке. Но все рушится в ту же секунду, когда женщина, подойдя к комоду, наклоняется и открыв нижний ящик достает из него фото... Мне становится тошно. В эту же секунду. Тошнота подкатывает к горлу. Мне даже брать в руки фото не нужно, чтобы увидеть на нем его. Кристофера в костюме, который обнимает женщину в свадебном платье. Ту самую женщину, которая сейчас прожигает меня своим взглядом. Они там совсем молодые, но узнаю каждого из них без проблем. Она достала это фото с того самого комода, на котором он меня чуть не.... Я отворачиваюсь, пытаюсь перевести дыхание. Тошнота подбирается выше. Мне становится противно от самой себя. Тошно. - Собирай свои вещи и проваливай из моего дома. И в следующий раз, когда захочешь запрыгнуть в койку к мужику, поинтересуйся его семейным положением. Я совершенно точно помню, что на его пальце не было кольца. Но обычно лгуны их и снимают, чтобы не попасться. Блин, какая же я непроходимая дура. Я тут же бросаюсь к своей обуви. Более унизительной ситуации и представить нельзя. Мне стыдно. До ужаса. Обидно. До крика. Но больше всего противно. От себя. От него. Я чуть не стала... любовницей? Разлучницей? Фу, мерзость какая. Меня в грязь чуть не окунули без ведома и согласия. Я бы на такое никогда не подписалась, если заранее знала, что этот негодной женат. И если бы кто-то узнал, то осуждали бы меня. Дескать обманула и захомутала, хотела из семьи увести. Никто, наверное, не подумает, что я банально стала жертвой хитрого обмана. - Твои старания не пропадут даром, - она стоит над душой, прожигает взглядом и издевается, я поднимаю взгляд и смотрю ей в глаза. Вижу, как сильно она сейчас меня ненавидит, - я об ужине, он не пропадет. - Приятного аппетита, - цежу сквозь зубы и бросаюсь к двери. Выбегаю на лестничную клетку, бегу по лестнице, пробегаю несколько этажей. А после меня накрывает истерика. Я останавливаюсь, прижимаюсь спиной к стене, медленно сползаю вниз. Слезы катятся по щекам, все тело дрожит, зубы впиваюсь в нижнюю губу до крови. Как он мог со мной так поступить?

Глава 9

В груди печет настолько, что не могу сделать вдох. С каждой новой попыткой кажется, что легкие обжигает. Пальцы впиваются в холодный пол, перед глазами все плывет, слезы застилают глаза. Меня как будто растоптали и в душу плюнули. Никогда не чувствовала себя на самом дне, как сейчас. Это крах надежд о светлых чувствах и разбившиеся иллюзии несостоявшихся отношений. Внутри, возле самого сердца нетерпимо печет и тлеет. Я не знаю сколько времени провожу в таком состоянии на полу у чей-то двери. Понятия не имею сколько часов или минут прошло. Знаю одно, мне не стало лучше. Совершенно. В какой-то момент заставляю себя подняться на ноги. Мне нужно идти, уходить отсюда, убегать. Нет сил тут больше находится. Кажется, что уже и воздух на меня давит. Я не хочу никого видеть. Не хочу встретиться больше ни с ним, ни тем более с ней. Больше унижения в моей жизни не было. Она смотрела на меня как на грязную девку. Как на грязь под ее ногами. Ей было противно находится со мной в одном помещении, и я ее понимаю. Переставляю ноги, спускаюсь по лестнице. Мне кажется, что проходит целая вечность до того, как я оказываюсь на первом этаже. Вытираю ладонями слезы, но делаю только хуже. Размазываю потекшую тушь по лицу. Единственное, что я сейчас хочу – это уехать. Не встретиться с ним на улице. Каких-то полчаса назад я мечтала, чтобы Кристофер быстрее освободился, а теперь я хочу, чтобы он по дороге сюда встретил все красные светофоры. Мне нужна возможность просто уехать. Впервые в жизни я хочу забраться под одеяло и заскулить. Настолько сильно меня подкашивает произошедшие. Настолько шокирует и ломает. Толкаю дверь и выхожу на улицу. Холодный воздух ударяет в лицо. На улице идет дождь. Не сильный. Моросит. И это сейчас меня радует. Приводит в чувства. Отрезвляет. И очень соответствует тому, что творится у меня внутри. Немного пройдя вперед, я начинаю крутить головой по сторонам. Я понятия не имею как отсюда выйти и куда идти. Начинаю нервничать, потому что вижу вдалеке мерцание фар. Какая-то машина заезжает на территорию дома. Сердце резко падает в пятки. Замирает. Пропускает удар. А после начинает колотиться с такой силой, что сжимается болезненным спазмом. Машина приближается все