Замуж за Темнейшего, или Попаданка в беде - Вера Дельвейс

Мне мерещились светящиеся во мраке фигуры — они выныривали мне навстречу, улыбались, протягивали руки или, наоборот, осуждающе качали головами. Спустя какое-то время мне показалось, что я стою вот так, в углу, целую вечность, а мимо проносятся эпохи, города, чьи-то одухотворённые или надменные лица…

— Госпожа Тэн! — растворился вдали зов стражника, а затем Живая Библиотека заговорила множеством голосов. Одни из них напоминали детское щебетанье Ани, другие — старческое бормотанье Тэн-Арелани, третьи, злые и на низких тонах, были вовсе мне незнакомы… Я слушала, прислонившись к стене, и мечтала только о том, чтобы забыться. А в какофонию звуков вплёлся, неожиданно ясно и чётко зазвучал голос Каэма:

— Моя благородная невеста, что с вами?

Я отбежала в сторону и спряталась за тёмным шкафом, скрипнувшим от неудовольствия. Проклятая Библиотека, такие плотные, качественные иллюзии для меня создаёт! Да ещё и свечи на столе опять зажглись.

— Выйдите, — уговаривал меня Каэм, — или я сам буду вынужден вытащить вас оттуда. Как бы и шкаф на вас не рухнул, он старый и видел ещё расцвет моего рода…

— Не выйду, — упёрлась я, осознав, что звенящие голоса куда-то исчезли, иллюзии тоже, и осталась только одна — самая назойливая. — Мне и тут хорошо. Откуда я знаю, что вы — настоящий?

— Вы можете подойти ко мне ближе и убедиться в этом, — терпеливо ответил дракон. В его голосе просочились насмешливые интонации: — Или боитесь?

Вспышкой мелькнула мысль, что благородная Шиилит, урождённая Тэн, не должна бояться ничего и никого. Я выпрямилась, расправила плечи, отряхнула платье, и в пять шагов очутилась лицом к лицу с Каэмом. Дотронулась до его руки, посмотрела в глаза. Да, это усилившееся ощущение тревоги не спутаешь ни с чем.

— Настоящий, — прошептала я, оглянулась на дверной проём, в котором просматривался силуэт стражника, и глубоко вздохнула, приходя в себя. Страшная комната снова обрела вид самой обычной библиотеки, на полу валялись книги, оставшиеся стеллажи застыли на своих местах. Как будто ничего и не случилось.

— Надеюсь, теперь-то вы уж точно не испугаетесь, — Каэм взял мои руки в свои тёплые ладони, и вспомнилось, как было удобно сворачиваться на них ящерицей. Говорил он вежливо и вроде бы с участием, но мне всё чудилась насмешка.

— Я не привыкла к таким взбалмошным библиотекам… — И тут я запнулась, сообразив, что в замке Тэн комната с книгами наверняка была не лучше.

Каэм приподнял брови:

— Вот как? Я имел удовольствие посетить вашу собственную библиотеку. Ваш благородный дед не предупредил о зубастых книгах, а между тем, одна из них чуть не откусила мне палец.

— Вы, должно быть, с ней дурно обращались, — это было всё, что я сумела сказать.

— Я всего лишь захлопнул её, — слегка улыбнулся чёрный дракон, отпуская меня, — а не попросил закрыться. А вы поздоровались с нашей библиотекой? Попросили у неё разрешения поискать книгу с символикой эхмере? Думаю, нет.

Мои щёки стали горячими, и, радуясь, что в полумраке не видно румянца, я надменным тоном изрекла:

— Шиилит из рода Тэн не привыкла просить! А привыкла отдавать приказы.

— Что ж, — Каэм поманил к себе какую-то растрёпанную книгу, и та послушным зверьком прыгнула со стеллажа к нему в руки, — придётся отвыкать. Живая Библиотека не терпит — как вы сами только что сказали? — дурного обращения.

Я помолчала, отведя от него взгляд, и вспомнила кое о чём ещё.

— Только Аню не ругайте. Я не говорила ей, куда иду, а она была занята, иначе обязательно предупредила бы меня!

— Надо же, как вы успели сдружиться, — Каэм вручил мне книгу. — Никогда бы не подумал… Но я этому рад. Спокойной ночи, Шиилит.

Я оглянулась, прежде чем уйти, и прижала к себе книгу. Его глаза блестели, а при слабом желтоватом свете, исходившем от канделябра со свечами, лицо дракона показалось мне задумчивым.

— Спокойной ночи, Каэм.

Потом я спрашивала себя, как он так быстро очутился в библиотеке и что вообще делал в коридоре, но тогда не хотелось ни о чём спрашивать. Мне виделось, что между нами — несмотря на ледяной узел тревоги и подшучивание дракона над моими страхами — протянулась тоненькая ниточка, призрачная, едва заметная. Но если сделать её крепче… быть может, однажды и бояться Каэма не придётся.

XVII

— «…А у благородной Нейи из рода Ари, супруги альгахри Иэрэма из рода Каль, пропало родовое кольцо, оно же сильный магический артефакт. Родовые кольца и перстни носят старшие, напомню тебе, Шиилит, а то всё ты дулась и требовала, чтобы я тебе на руку такие надел. Не бывать этому, пока жив твой дедушка! Ну, а я готов кряхтеть ещё сто лет, но умирать не намерен…»

Пергамент покачивался передо мной и голосом Тэн-Арелани то рассказывал мне о новостях при дворе Каль-Иэрэма, то пускался в столь же ценные воспоминания. Я заглатывала информацию с куда большим аппетитом, чем еду на стоявшей передо мной тарелке. Тарелку надо было опустошить ровно наполовину: раз уж я сказалась больной и отказалась спускаться к утренней трапезе, значит, так тому и быть.

— «А с родовым кольцом вышло так: достойная Ари-Нейя разрешила любимой служанке им полюбоваться, а та его куда-то дела. Клялась, что случайно потеряла, а только это ей не помогло: казнили. От расстройства Ари-Нейя слегла…»

— Вот что её огорчило, а не поведение Хаарвена! — усмехнулась я, отставляя тарелку вбок, на кровать. — Бедная служанка… глупая, наверное, если решилась у драконов воровать!

Пергамент стал рассказывать по второму кругу всё то же самое — видимо, дед Шиилит забыл, что он говорил, а что нет, и для верности решил повторить. А я задумалась: сама была не умней покойницы, если решилась дракона обманывать!

Напрасно я не смыкала ночью глаз, зубря символику эхмере: та упрямо выскальзывала из памяти. Ответ мне подсказала Аня, утром заглянувшая в спальню, и он оказался нерадостным. Только чёрные драконы могли удержать в памяти эхмере, и, поручая мне выучить символы, Каэм мог доподлинно узнать, Шиилит я или всё-таки искусно — всеми силами врагов — сотворённая обманка.

— Ну и что мне теперь делать? — выслушав Аню, я обескураженно потёрла лоб.

— Скажи Райле и Лиане, что у тебя нестерпимо болит голова и ты не можешь спуститься. У драконов такое очень редко бывает, но я подслушала, как брат говорил с Хааром: головная боль — это побочный эффект зелья, с помощью которого тебе вернули истинный облик. Может продлиться несколько дней, — важно сообщила Аня.

Похоже, что подслушивать она любила, но упрекнуть девочку