Дочь морского бога - Дэлия Мор

“Папа!” — сразу же догадалась я, разворачивая послание.

Действительно. Лорд Риган Нейшвиль называл меня своей маленькой девочкой и просил поторопиться.

Неужели, из путешествия отец сразу поехал в академию? Так соскучился? Или хочет узнать подробности моей работы с господином Примом? Точно! Его ведь обрадовало, что моими исследованиями заинтересовались в тайной канцелярии.

"Ох, папа, если всё получится, ты будешь мною гордиться, — мысленно обещала я, почти срываясь на бег. — Твою фамилию будут печатать в учебниках. Вот как я отплачу тебе за отцовскую заботу и любовь. Не позором, а славой для рода".

Я тоже соскучилась. Хотелось обнять лорда Нейшвиля, прижаться к его груди и хотя бы на пару минут забыть об опасности. Рядом с папой не страшно. Рядом с папой никто не посягнëт на мои секреты.

Комнатой для свиданий называли мраморную беседку в парке. Множество колонн, увитых плющом, и ажурный купол. Под ним на полу в солнечный день расцветали замысловатые узоры. Я запыхалась и перешла на спокойный шаг. Настоящей леди нельзя быть похожей на загнанную лошадь. Стоп, а кто там рядом с отцом?

Тёмно-зелёное платье тётушки Маргри я узнала сразу. Какая муха укусила мою родственницу, что она покинула поместье и приехала повидаться с племянницей? Я бы уж как-нибудь обошлась без такой чести. Пережила. И кем был ещё один мужчина? Его лицо мне казалось смутно знакомым.

— Каролина, дорогая, — тётушка раскинула руки в приветственном объятии. — Ты всё учишься, моя умница, а мы уже заждались.

Всё. Лекари сообщили моей семье, что я смертельно больна. Или пророки вещали о надвигающемся конце света. Иных причин для такой внезапной любви леди Маргри к “проклятой старой деве” и “позору для рода” я не могла придумать. Да она впервые приехала меня навестить, обычно даже письма не писала!

— Какая неожиданная встреча, тётя, — клюнув её в щёку вежливым поцелуем, произнесла я. — Как ваше здоровье?

“Не потеряли ли вы случайно память?”

А что? Шла леди по саду, и вдруг ей на голову не упало яблоко. Рассудок и помутился. Забыла тётушка, что терпеть меня не может и считает главным разочарованием. Незамужняя Нейшвиль! Какой ужас!

— Годы уже не те, — скромно опустила взгляд самая здоровая женщина на свете. — Но молитвами близких ещё держусь как-то. Мне лишь бы дети были счастливы. Племянница единственная.

— Молюсь за вас денно и нощно, тётушка, — поддержала я спектакль. Если и молилась, то только о том, чтобы подольше сестру отца не видеть. — Что же вас привело в академию?

— Ой, да я что? — всплеснула она руками. — Пусть лучше Риган скажет.

“Ох, русалочьим хвостом чувствую, леди Маргри задумала какую-то гадость”.

Я перевела взгляд на папу и забыла о своих страхах. Улыбнулась и обняла, как давно хотела, прижимаясь носом к груди и вдыхая знакомый с запах.

— Соскучилась, — шепнула я. — Надеюсь, ты никуда не уедешь до следующих каникул?

Папа рассмеялся, ласково перебирая мои волосы.

— Хотел бы, но отпуск между экспедициями короткий. Ты же знаешь хиашимцев. Проще плюнуть на исследования, чем разобраться, где они прячут свои записи.

— И почему они такие туманные, — поддержала я шутку. — Но хотя бы сегодня останешься на чай?

— Да, конечно, — он выпустил меня из объятий и повернулся к незнакомцу. — Лорд Грост, позвольте представить вам мою дочь. Каролина, познакомься, лорд-канцлер нашего королевства. Достопочтенный Гвидо Грост.

Лорд-канцлер выглядел гораздо моложе своих лет. Сильный маг, искусный некромант. Пару раз я слышала, как Артур шутил над Нейтаном, что тому придётся попотеть, чтобы переплюнуть отца.

“И потратить много времени на полигоне”, — присвистнул внутренний голос.

В отличие от тонкокостного и худого сына, Гвидо Грост был широкоплечим и могучим мужчиной с развитой мускулатурой. Трупы перекладывал со стола на стол или специально тренировался?

Только две вещи выдавали возраст главы парламента — цепкий взгляд и лёгкая седина.

— Ох, — я отошла от папы на пару шагов и присела в реверансе. Надо же, не все правила приличий ещё забыла, хоть в академии с ними гораздо проще. — Знакомство с вами, лорд Грост, большая честь для меня.

— Взаимно, леди Нейшвиль, — он коснулся моей руки в высшей степени деликатным поцелуем. — И простите, что вклиниваюсь в чисто семейную встречу. Но у меня к вам разговор. Вернее, предложение. Присядем за стол?

Столы в беседке накрывали редко, и в основном тем, что можно было подать к чаю. Я окинула белую скатерть мимолётным взглядом. Отметила эклеры, корзиночки с ягодами, и уже пришла моя очередь садиться на стул с ажурной спинкой. Слуга из поместья по знаку тётушки начал разливать чай. Папа медленно разглаживал салфетку на коленях и выглядел напряжённым, а я терялась в догадках. Нейтан предложил отцу проспонсировать наше исследование? Но зачем? Материалов нам хватало, испытания вышли на финишную прямую. Он не шутил о будущих продажах? Хотел выпустить БДСМ на рынок магических артефактов? Но почему не предупредил?

— Я с вашего позволения начну, — лорд-канцлер вытащил из папки с документами белоснежный лист и протянул мне. — Здесь письменно изложено то, что я расскажу словами. У некромантов много славных традиций. Большая часть из них выросла из суровой необходимости. Вы ведь слышали о нюансах передачи дара?

— Д-да, — запинаясь. ответила я. Буквы расплывались перед глазами, я никак не могла уловить суть.

— Прекрасно, — улыбнулся отец Нейтана. — Тогда вас не шокирует мысль, что невинность невесты — одно из главных условий для заключения брака. Её собственный магический дар в момент весьма деликатного процесса превращения из девушки в женщину запечатлевает частицу дара жениха. Если оба сильны и магически одарены так, что боги завидуют, то и дитя родится, взяв лучшее от папы и мамы.

— Любопытная теория, — отозвалась я, молясь, чтобы он предложил мне грант на исследования, а не что-то другое.

Но всё моё везение последних дней резко закончилось, будто кто-то из некромантов ритуальным ножом обрубил.

— Необходимость, от которой никуда не деться, — встряла в разговор тётушка Маргри, назидательно подняв палец.

Отец её остановил.

— Знаю, что она звучит старомодно, — лорд-канцлер аккуратно отодвинул папку с документами подальше от себя и развернулся на стуле так, чтобы полностью меня видеть. — Каких только сказок не придумали предки, лишь бы запретить пылким влюблённым познать друг друга до свадебной церемонии. Я был молод и считал именно так. Увы, теория оказалась правдой. Мой старший сын родился с даром намного слабее нашего с женой. Я думаю, вы достаточно умны, чтобы догадаться о причине, поэтому не буду