Опасный человек - Сандра Мартон

Сев в постели, Эддисон подняла одеяло до подбородка.

Джейк повернулся и улыбнулся, увидев ее.

– Привет, – мягко сказал он.

Откинув с лица волосы, она спросила хриплым голосом:

– Сколько сейчас времени?

Джейк посмотрел на часы:

– Почти пять.

Ее глаза расширились.

– Пять?

Он выпрямился, и при виде его мужественной красоты у нее перехватило дыхание. Такая мускулатура, как у него, безусловно, является результатом тяжелого физического труда, а не тренировок в спортзале. Пуговица на его джинсах была расстегнута, и ее взгляд скользнул по дорожке из темных волосков, исчезающей под молнией.

– Только не говори, что у тебя свидание с банкой краски, – сказал он, подойдя к ней.

Эддисон рассмеялась:

– Ты все еще чувствуешь запах?

– Да. – Сев на кровать, он наклонился к ней и приник к ее губам в долгом поцелуе. – Ты сама покрасила эту комнату?

– Я специалист по малярным работам. Ты хоть представляешь, сколько в Нью-Йорке маляры требуют за свою работу?

– Ты бережливая женщина.

– Бедная женщина. Мне пришлось брать ссуды, чтобы оплатить учебу и приобрести жилье.

– Калеб говорит, что юристы люди богатые.

– Я только во второй год своей работы в «Калич, Калич энд Калич» закончила выплачивать долги.

Джейк улыбнулся:

– Оригинальное название для юридической фирмы.

– Особенно учитывая тот факт, что последний Калич покинул эту контору двадцать лет назад.

Джейк рассмеялся и поцеловал ее снова.

– Итак, – произнес он затем, положив ладонь ей на щеку, – ты пошла в хозяйственный магазин…

– …и купила краску, мастику и еще кучу разных вещей.

Он покачал головой:

– Старик Чеймберс пришел бы в ужас.

– Из-за того, что я очистила эти авгиевы конюшни? – возмутилась она.

Видя ее искреннее негодование, Джейк сдержал смех.

– Содержать это место в беспорядке было для него делом принципа. Когда я работал здесь с лошадьми во время летних каникул, я неоднократно предлагал ему помочь сделать ремонт в доме, но он всякий раз прожигал меня взглядом и говорил, чтобы я не лез не в свое дело. – Он пожал плечами. – Несмотря на его небрежное отношение, я не думал, что за время моего отсутствия здесь все придет в такой упадок.

Отсутствие.

Эддисон удивленно посмотрела на него. Разве можно одним словом описать весь тот ад, через который ему пришлось пройти?

– Как долго ты отсутствовал? – мягко спросила она.

На его щеке дернулся мускул.

– Слишком долго, – ответил он после продолжительной паузы. – А может, недостаточно долго.

Он отвернулся, и у нее защемило сердце при виде багровых шрамов на его правом плече. Не подумав, она протянула руку и легонько коснулась их.

Резко отстранившись, Джейк поднял с пола свою рубашку и быстро ее надел.

– О, Джейк, прости. Я сделала тебе…

– Я в порядке.

– Я не собиралась…

– Я просто не хочу об этом говорить, – отрезал он, поднимаясь. – Пойду сварю кофе.

– Джейкоб, подожди.

– Я же сказал, что не хочу об этом говорить. Тебе это ясно? Давай одевайся.

Еще несколько минут назад он казался ей таким близким, а сейчас…

Эддисон схватила одеяло и натянула его до подбородка.

Она была полностью обнажена. Она впустила этого мужчину не только в свое тело, но также в свое сердце и душу. Меньше чем за двадцать четыре часа она стала ранимой, чего избегала всю свою жизнь.

Должно быть, она издала какой-то жалобный звук, раз Джейк повернулся и подошел к ней.

– Проклятие, – пробормотал он. – Дорогая, прости.

Она покачала головой, не глядя на него:

– Нет, все в порядке. Я просто… просто…

Снова выругавшись, Джейк сел рядом с ней и крепко ее обнял.

– Дело не в тебе, а во мне. Я не говорю о том, что произошло. Ни с кем.

Она кивнула:

– Я понимаю.

Джейк едва не рассмеялся.

Она не понимает. Не может понять. Черт побери, он и сам не понимает и живет с этим.

– Я пилотировал «блэкхоки», – сказал он. – Ты знаешь, что это такое?

– Вертолеты?

– Да, большие черные птицы. Они могут доставить в зону конфликта все, что угодно. Войска. Оружие. Обмундирование. Все. – Его тон стал более грубым. – Также они могут обеспечивать прикрытие и перевозить раненых в безопасное место.

– Джейкоб, не надо. – Она приложила кончики пальцев к его губам. – Тебе не нужно…

– Иногда мне везло, и все получалось. Иногда нет. – Его губы дернулись. – Через некоторое время начинаешь вести счет. Двух спас. Двух потерял. Двое врагов уничтожены. И все в таком духе.

– Должно быть, ужасно терять людей. Не знать, что произойдет дальше.

– Да. Но, как я уже сказал, я вел счет. И пока ты его не теряешь, ты остаешься в здравом уме. – Немного помедлив, он тихо добавил: – И вот однажды… – Он содрогнулся. – Нет, я не могу об этом говорить. Давай закроем тему.

– Как хочешь, – мягко ответила Эддисон.

Джейк какое-то время изучал ее лицо, затем застонал и заключил ее в объятия.

Они долго сидели обнявшись и молчали. За это время дрова в камине превратились в угли. Наконец Джейк тяжело вздохнул и произнес:

– Я рассказал тебе больше, чем кому-либо до сих пор.

На самом деле он почти ничего ей не рассказал, но она знала, что он имел в виду. Он позволил ей увидеть его боль.

– Итак, – добавил Джейк притворно легким тоном, чтобы разрядить обстановку, – одно признание должно неминуемо повлечь за собой другое.

Эддисон решила ему подыграть и улыбнулась:

– Думаешь?

– Знаю, – напряженно улыбнулся он в ответ. – Уже поздно. Мы целый день ничего не ели. Поэтому я поведаю тебе еще один секрет Уайлдов.

Эддисон притворно вытаращила на него глаза:

– Ты по ночам превращаешься в волка?

Джейк рассмеялся:

– Я умею готовить.

Она положила ладонь на грудь.

– Я восхищена.

– Просто скажи мне, что ты хочешь на обед, точнее, на ужин, и я спущусь на кухню и приготовлю для тебя это.

– Гм. Как насчет оладий?

– Как насчет моей фирменной яичницы с луком? Или моих фирменных сэндвичей с сыром? Признаюсь, мои кулинарные способности ограничиваются только этими двумя вещами.