Имя твоё давно забыто - Глебов

— Ты чего? Боишься его, что ли? — с насмешкой говорила Паймон, наблюдая всю эту картину.

— Я-я?? Да ни за что, просто… ну..

— Только не говори, что он тебе..

— Якса, ты здесь? — через страх и стыд она снова произнесла эти слова.

Впервые она начала мысленно молиться, чтобы он просто был занят на празднике.

Разум сильно мутнел, по спине бежали колючие мурашки, что с холодным потоком спускались к ступням.

Хотя, учитывая тот факт, что он не явился после случайного произношения, значит ли это..

— Нужна помощь?

Девушка застыла в миг.

Холод прошёлся по её бледному телу, а руки незнакомо задрожали.

— О! Привет, мы тебя звали, чтобы ты помог нам очистить тот лагерь от похитителей сокровищ, — не стесняясь громко произнёс компаньон, махая маленькой ручкой.

— П-привет…

Ей было так стыдно смотреть на него, всё получилось именно так, как она и думала. Сожаление рвалось наружу, разрывая лёгкие на части, отчего дышать становилось невыносимо трудно.

Он посмотрел своими ромбовидными янтарными глазами на путешественницу, и она затаила дыхание.

— Чего стоишь? Пойдём.

Люмин не понимала… он говорил с обидой? Или это его обычный тон? Та уже теряла голову.

— Хах, да-а, идём, — звучало глупо.

Разговоры тут были не к месту, поэтому Адепту пришлось хорошо поработать со своим копьём, ведь он не убивает людей. По крайней мере в этом состоянии.

Когда один из этих отбросов подкрадывался за спиной девушки, срываясь на подлый прыжок с ножом в руке, пока та доставала свой меч из тела его приятеля — Якса был готов на мгновение надеть маску.

Его удар был настолько силён, что рука похитителя без труда оказалась на траве, а тот хрипло и громко взвыл во всё горло.

Она долго стояла в ступоре, хотя удивляться тому, что её спас Якса… было очень странным.

От них остался лишь потухший костёр, в котором слабо горели дрова, испуская тихий дым.

— Это всё? — сухо спросил юноша.

Он выглядел несколько обеспокоенно, словно раздумывал над чем-то.

От этого ей становилось только хуже, не зная, что и гадать.

Его взгляд был тяжёлым, тут мог бы любой догадаться почему.

Но путешественница просто не хотела в это верить, до тех пор, пока он сам не скажет.

А скажет ли?

— Ну, раз ты молчишь, тогда я смею предположить, что на этом всё. Пока.

Адепт развернулся и хотел испариться вновь, но..

Она схватила область своей груди, нахмуривая брови.

— Стой! Не уходи!

Слёзы с трудом удерживались на печальных глазах, а волнение стало больным и остро режущим.

— Что-то ещё?

— Давай поговорим..

Якса отвернулся и долго молчал, он хотел знать истины, хотел узнать правду и ответ на единственный вопрос. Но нужно ли ему это? Он метался из стороны в сторону.

— Люмин… — летающая подруга действительно не понимала в чём дело.

— Я хочу задать лишь один вопрос.

Его брови стали нахмурены, а взгляд смотрел на землю, будто пытался осмыслить свои слова.

— Д-да, давай! Я отвечу на всё.

Ей казалось, что, может быть, всё не так уж и плохо.

И он посмотрел на неё.

— Что такое поцелуй? Что это означает?

Её разум был готов испариться.

Всё тело начало предательски дрожать, а пульс участился, казалось, в тысячу раз.

Она опустила глаза.

— Ч-что… — компаньон был в самом настоящем шоке, неужели Люмин скрывала что-то от неё?

— Это означает… я-я… хмх… — говорить стало трудно, — обычно, это делает пара..

— Пара? Тогда почему ты хотела поцеловать меня? И, получается, ты вместе с предвестником? Я, действительно, не понимаю.

Было так больно всё это осознавать и слушать такие резкие слова.

Паймон ещё никогда не смотрела с такой злобой на путешественницу, её глаза словно горели недопониманием.

— Это была случайность, мне правда очень..

— Люмин, ты не сможешь скрыть от меня ложь. Хотя, наверное, это всё, что я хотел услышать. Прощай, меня ждут дела.

Когда он начал разворачиваться, та не сдержалась, и побежала к нему, срываясь на хриплый крик.

— Стой! Ты не так всё понял! Подожди, дай мне сказать!

Она прыгнула ему вслед, пытаясь ухватиться за его спину.

Но оказалась на пыльной земле, обнимая зелёную дымку в руках.

— Люмин! — Паймон ринулась к девушке, — Чт… что это сейчас было?? Ты целовалась с Т-тартальей?! И… с Адептом?…

Стало так трудно дышать… она и в самом деле начала задыхаться от накопившейся боли в груди, сжимая это место всеми силами.

Тяжесть сдавливала грудь.

С трудом присаживаясь на землю, она пустыми глазами смотрела на потёртые колени. Капли из глаз с блеском падали ей на платье, оставляя за собой мокрые пятна.

Так стыдно говорить и признавать всё это.

— Что я натворила… — это единственное, что она смогла вымолвить.

В миг она потеряла дорогого человека, о котором в мечтах видела счастливую жизнь.

Когда он только начал ей доверять, когда он начал ей открываться и давать малейшие, еле заметные шаги..

Всё рассыпалось на части.

— Кажется… я снова потеряла дорогого человека… — голос был тихим и пустым.

— Почему ничего не рассказала мне? Я же твоя..

— Потому что мне было стыдно!! — закричала она, перебивая Паймон. — Я попробовала вино и… — руки сильно задрожали, а тело начало больно щекотать, — я совершенно не соображала, не давала отчета своим поступкам… и сама того не понимая, зачем-то поцеловала его..

У неё больше не было сил терпеть эту жгучую боль, её колени больно врезались в землю, а сама она согнулась, пачкая светлые волосы о сырую землю. Она закрыла лицо руками и почувствовала, как горячие слёзы бегут по щекам.

Паймон ощущала печаль, наблюдая это со стороны, и в то же время она пыталась как-то успокоить и утешить подругу. Хоть она и понимала, насколько это невозможно на данный момент.

* * *

Путешественница не смогла сомкнуть глаз в эту ночь, не обращая внимания на невыносимую усталость от трудного дня и… ужасной ночи в последнем задании.

Она лежала на спине и смотрела в потолок. Он казался таким… пустым, серым и одиноким.

Слёзы уже с трудом наполняли печальные и тусклые глаза.

Так хотелось вернуться в ту ночь и просто отказаться куда-то с ним идти, не сидеть на той проклятой крыше и не пробовать вино. От осознания того, что она ничего не может сделать — всё её тело больно сжималось.

Хотя…

Вдруг пришло озарение.

Чжун ли, что так и не договорил.

Пока Паймон сладко дремала в своей постели, она решила попробовать последний шанс,