Венера для Милосского - Инга Максимовская

– Передумали? Или поторгуемся? – хмыкаю я. Алчность все же всегда побеждает порядочность.

– Я дам вам шанс, Милосский. Если вы мне объясните, зачем вам этот идиотизм. То я даже не стану торговаться. Деньги мне не нужны, я хорошо зарабатываю.

– Так чего ж тогда ты передумала? – нагло перехожу на ты.

– А я пока не согласилась. Мне просто стало интересно, – дергает она плечом. – Если мне понравится, то что я услышу…

– Я хочу расстроить свадьбу твоей коллеги, – рычу я.

– Зачем?

Ситуация идиотская. Дурее некуда. Зачем, блин? Откуда я знаю, на хера мне эта тупость?

– Потому что ей этот черт волосатый изменил.

– И что, тебе то какое дело? – насмешливый взгляд Яны Владимировны, кажется, до меченок пробирает. Вопросы у нее конечно бомбические.

– Я ненавижу несправедливость, – боже. Я в более глупой ситуации еще не бывал. Чувствую себя клоуном в блядском цирке. – А еще… Эта Венера меня использовала. Хочу отомстить.

– Нет, что-то не иннтересно мне. Идти на преступление ради того, чтобы вы отомстили нашему венерологу за какие-то свои обиды большого мальчика. Простите.

– Черт, стой. Я ее…

– Ну? – улыбочка какая у нее поганая.

– Я не хочу счтобы Венера сделала ошибку. Потому что она мне нравится. Нравится, сука. Ясно? Зови своего гребаного психиатра.

– Венера врач. Она вас раскусит в два счета, – хмурит брови Яна Владимировна.

– Это значит да? – черт, она что согласилась? Твою мать. Есть же еще возможность дать заднюю?

– У вас амнезия, – перекрывает мне все пути к отступлению доктор Орлова. – Но если что, я скажу, что вы меня заставили.

– Деньги получишь завтра. А сейчас мне нужен телефон. Я должен сделать пару звонков.

– Телефон принесу. А деньги… Засунь себе знаешь куда? Тоже мне, СиСи Кепфел, блин, коматозный. Чуть выжил, а все баблом трясет. Иди в пень.

– Вы тут все что ли такие? – бубню я, провожая взглядом стройную женскую фигурку в белом.

Телефон я получаю через пять минут. Времени не так много.

Лида откликается сразу, и опять я ее разбудил. Но мне плевать.

– Слушай меня внимательно, – хриплю я. Горло дерет и саднит, чертову трубку вынули, но видимо что-то повредили мне. Отдаю приказы коротко, борясь с душащим меня кашлем и раздирающей болью в ребрах. Лида слушает молча, но судя по пыхтению, она считает так же как и доктор Яна, мне пора к психиатру. В общем эти бвбы не так далекии от истины.

– Я лучше пришлю вертолет, прям вот сейчас. Почему сразу не сообщили об аварии. С клиникой договорюсь. Лучшего врача зап вами снаряжу.

– Ты тупая? – я аж слепну от злости. – Вполняй приказ. И кризисника не присылай пока. Я хочу сам разобраться тут.

– А, поняла. Вы там решили все таки завод этот…

– Лида, много будешь знать, плохо будешь спать. Я в порядке. Скоро выйду из больницы. Никаких врачей. Никого. Ясно?

– Я и так плохо сплю. Вы звоните мне всегда по ночам. Моджет все таки вертолет и Айболита?

– Убью.

– Простите, шеф. Я все поняла. Сделаю, как приказано. Еще что-то?

– Номер директора завода. Срочно. Прямо сейчас мне нужен.

Отключаюсь. Через секунду телефон опоыещает об СМС сообщении.

Через полчаса разговоров, я счувствую себя биндюжгником разгрузившим вагон моркови. Проваливаюсь в сон. А утром…

– Это же невозможно. Ну ты и гад, Милоосский, ну ты и… – раздраженный голос Венеры, кажется мне райской музыкой. Раздраженно удивленный. И глаза такие… Черт, я точно сошел с ума. Но, твою мать, как же я хорош. Поиграем, Ведьмера.

Глава 18

Венера

– Я вам еще раз повторяю. Матвей Дионисович улетел отдыхать. Он вне зоны доступа. Там, где он сейчас нет связи. И беспокоить его запрещено.

– Он в больнице лежит. И ему нужна помощь, – как попугай повторяю я уже наверное в сотый раз.

– Девушка, он улетел на острова. Я вообще не должна вам давать никакой информации о перемещениях господина Милосского.

– Но послушайте…

– Еще раз позвоните, служба безопасности отследит ваш номер и, поверьте, вам не понравится то, что будет дальше, – ровным голосом выплевывает моя собеседница и бросает трубку. В сотый раз за последний час. Я слепну от злости и бессилия. Откидываю телефон и хватаюсь пальцами за ломящие виски. Это что, я попала в какую-то идиотскую комедию положений? Тогда она капец не смешная.

– Венера Карловна, пациент… – подает голос Наташа. Черт, я совсем забыла про мужика, изнывающего в ожидании за ширмой.

– Зонд мне дай, – выдыхаю я. Мигрень терзает мой несчастный мозг с такой силой, что кажется хочет совсем выболеть из нее остатки разума. Господи, куда же мне… Твою мать, как же я забыла. Дядя Боря, он точно должен знать какие-то контакты. Нашел же он как то этого черта Милосского и приволок его высочество в город на беду мне.

– Ну, что тут у вас? – бездумно спрашиваю лысеющего пузатого дядьку, мнущегося передо мной в семейных трусах, цвета взбесившегося поросенка. Рассматривать сейчас его «проблему» у меня нет ни желания ни времени. И без зонда ясно, что бедолага хватанул неприятность на свою мужскую гордость.

– Один разик всего и решился то, – вздыхает дядька, краснея лысиной. – Зойка меня убьет. Убьет же? А я дурак ей сковороду недавно подарил чугунную. Эх.

– Я б убила. Но сковородой то не эстетично, я бы вам оторвала ваш «разик». Кстати, Зойку то тоже сюда гоните. Похоже кроме сковороды вы ей еще подарочек притаранили. Хотя, я бы, наверное, еще на этапе чугунного подарка вас порешила, дорогой товарищ. Кто же женщине дарит кухонную утварь?

– Я ведь как лучше хотел. А сковородку она сама захотела. Клянчила полгода.

– А вышло как всегда. Жена клянчит сковородку, а не брильянты, муж развлекается с бабами срамными. Вы же взрослый мужчина, неужели не понимаете, что адюльтеры чреваты?

– Может не надо Зину к вам?

– Не приведете сам, придется вызывать ее через почту, – вру я, надо же как то воздействовать на мужика. – Все узнают, вам оно надо?

Краснота на лице дядьки сменяется мертвенной бледностью. Но мне уже пофигу. Почта… В голове крутится мысль, которую я никак не могу ухватить. Не посылкой же отправлять домой обезумевшего олигарха. Ничего так бандеролька получится.

Едва за Казановой плешивым закрывается дверь, хватаю сумку и бегу к шкафу. Дядю Борю надо ловить сейчас и пытать вживую. По телефону он будет молчать как камбоджийский партизан. а так есть шанс его расколоть. Только он Милосского то не жалует. И захочет ли помочь захватчику, большой вопрос.

– Венера Карловна, а как же прием? Пациентам, что сказать? И Вазген Арменакович…

– Что я заболела, умерла. Не знаю. Скажи, что я улетела с попутным ветром. А Арменакычу горячий привет передавай и наилучшие пожелания. И вообще, я за платьем свадебным мчу на крыльях любви. Фату еще куплю тюлевую в пол. Ему нравятся такие фердипопели.

– Господи, вы…

– О да, я такая вся загадошная.

Вываливаюсь в коридор, похожая на взмыленную кобыло. Главное сейчас не встретить жониха, который совсем рехнулся. Мотается за мной как привязанный, и выносит мне мозг, тот что и без него достаточно вытрахан постоянными какими-то потрясениями.

– О, хорошо что я тебя встретила, – Яна ловит меня, когда мой побег уже входит в завершающую стадия. И я бы подумала, что она меня ждала, если бы это был конец дня. Но знать, что я смоюсь с работы Орлова не могла. Если только кто-то ее не предупредил. Да ну. Это уж совсем из области параноидального бреда. Кто? – Венер, тут дело такое. Завтра пациента велено выписать. Я и так его задержала лишний день. Вень, ты нашла его родню. Его заберут?

– Черт. Черт, черт, черт. Ты же обещала три дня. Орлова, мне надо еще совсем чуть-чуть времени. Ну