Я бросаю тебе вызов - Лайла Джеймс

Ее лицо ожесточилось, и она сердито жевала попкорн. 

— Он мудак.

— Мудак, который помог тебе, — напомнила я ей.

Колтон не был плохим парнем, но он был слишком большим засранцем. Райли едва терпела его, а он еще больше усугублял ситуацию тем, что половину времени говорил всякую чушь. Почему он не мог хоть раз сказать что-нибудь хорошее?

Я покачала головой. В конце концов, он дружил с Мэддоксом. С этими двумя было абсолютно невозможно иметь дело.

Я собираюсь ухаживать за тобой. Романтика с добавлением члена.

Ладно, может Мэддокс был не так уж плох. У него неплохо получались романтические отношения... и он, конечно же, умело обращался со своим эээ... мужским придатком.

Я ущипнула себя за ногу, оторвавшись от мечтаний. Именно поэтому мне пришлось уйти от Мэддокса. Я не могла перестать думать о том, как хорошо он чувствовал себя между моими бедрами, на мне сверху, и как идеально чувствовались его губы рядом с моими.

— Кого волнует Колтон, — Райли сделала паузу, прежде чем повернуться на бок ко мне лицом. — Мне нужно знать, что произошло в Париже.

Конечно, я ждала этого вопроса. Неизвестность, вероятно, убивала ее, как если бы я была на ее месте.

Я откашлялась, проводя ногтями по бедрам. Выжидательный взгляд на ее лице заставлял меня нервничать. 

— Париж был… чем-то другим.

— Ты чертовски хорошо знаешь, что я говорю не о городе. Что произошло между тобой и Мэддоксом?

— Он… ну, мы поддались напряжению между нами. Это как бы само собой произошло, а мы даже не осознали этого. Но тогда было слишком поздно.

Я тихо вздохнула и закрыла глаза, откинувшись на спинку дивана. 

— Я хотела его; он хотел меня. Мы оба взрослые люди, которые, я думаю, не могли оторвать рук друг от друга.

Райли помолчала минуту, впитывая мои слова. Она переместилась рядом со мной, и я приоткрыла один глаз, когда она приблизилась ко мне. 

— А сейчас?

Сейчас?

Мое сердце стукнуло о грудную клетку и… забудьте о бабочках, у меня в животе порхал весь чертов зоопарк. 

— Я так понимаю, мы встречаемся?

Ее глаза сузились. 

— Это был вопрос или утверждение?

Я сглотнула, чувствуя ком в основании горла. Я бросаю тебе вызов быть моей девушкой, маленький дракон.

— Я его девушка, — наконец призналась я вслух.

Блядь! Я. Девушка. Мэддокса. Коултера. Любимая девушка.

Осознание наконец поразило меня, как стрела прямо в сердце. У меня закружилась голова, комната стала размытой, а мир накренился, лишив меня равновесия.

— Лила? Лила! — Райли схватила меня за локоть, и я поняла, что она трясет меня. — Ты выглядишь так, будто вот-вот потеряешь сознание.

— Мэддокс — мой парень, — выдавила я.

— О. Похоже, до тебя наконец-то дошло, — невозмутимо сказала она с оттенком юмора.

— Я проиграла, — пробормотала я.

— Хм?

— Помнишь, когда я впервые столкнулась с ним в Беркшире? Я говорила тебе, что не поддамся на его чары. Так что, по сути, я проиграла. — Моя голова упала на руки, и я судорожно вздохнула.

Четыре года спустя… я сильно влюбилась в Мэддокса Коултера. Звездный защитник, безрассудный плохой мальчик, печально известный плейбой. Кто когда-то был моим врагом, но теперь мой лучший друг.

Райли откинулась на спинку дивана, заливаясь смехом. Слезы текли по ее щекам, когда она давилась своим маниакальным смехом, когда я сердито смотрела на нее. 

— Да заткнись!

— Прости, — прохрипела она. — Но это на самом деле забавно. Я помню, какой упрямой ты была. Ты была так полна решимости не влюбиться в него. Помнишь те дни? Ах, старые добрые времена.

Я ткнула ей в лицо средним пальцем, и она рассмеялась еще громче. Закатив глаза, я толкнула ее локтем в ребра.

Она ахнула, а потом ухмыльнулась. В ее широких серых глазах мелькнуло озорство. «Как секс? Пожалуйста, скажи мне, что его игра с членом настолько хороша, насколько ее раскручивают».

Я покраснела, чувствуя, как жар поднимается по моей шее и лицу.

 — Лучше, чем шумиха, — хрипло признала я, скривив губы в грустной улыбке.

Секс был… умопомрачительным.

Но это была близость, от которой мое сердце сжималось, а желудок трепетал, как у глупой девочки-подростка с новым увлечением.

С Мэддоксом это было не просто физическое; это был не просто секс – нет – это было нечто большее. Мэддокс не торопился, чтобы узнать, как мне нравится, когда ко мне прикасаются, и узнать мои чувствительные места.

Я была обнажена, уязвима и открыта для него, тело, шрамы и все такое, но он заставил меня почувствовать себя самой красивой, самой желанной женщиной на всей чертовой планете. Близость между нами превышала физическую… все дело было в ощущениях.

Это сделало секс умопомрачительным.

Это и его… очень толстый, очень длинный, очень толстый… отвлекающий член.

Мое тело сжалось от этого напоминания, и я сжала бедра вместе, чувствуя пульсирующую потребность внизу живота.

— Ну, по крайней мере, ты получишь немного, — сказала Райли, снова потянувшись за попкорном. Она поставила миску на колени и запихнула горсть в рот. — Моя вагина сухая, как пустыня Сахара.

— Может быть, Колтон поможет с этим. — Я послала ей дерьмовую ухмылку, прекрасно понимая, что это будет действовать ей на нервы.

Райли была явно возмущена моим предложением:

— Колтон будет держать эту штуку у себя между ног при себе. — Ее ноздри раздулись, и она раздраженно застонала. — Если он приблизит свой северный полюс к моему южному полюсу, ему, возможно, придется попрощаться со своей няней.

— Северный полюс?

— Да, потому что он указывает вверх, — объяснила она, как будто я была немой.

Я пошевелила бровями. 

— Я бы с удовольствием прочитала твою развратную сцену.

Райли откашлялась, расправила плечи и начала своим лучшим повествовательным голосом:

— Когда его северный полюс приблизился к моему южному полюсу, мой центр наполнился теплой сливочной жидкостью. Наше совокупление было потным и жестким. Мои ритмичные вопли были слышны по всему городу, а влажное трение нашего секса становилось все громче. Его луковичный жезл прыгнул в мой священный туннель, когда он нашел свое освобождение.

Я закричала.

— Фу, нет, остановись!

Райли подмигнула, прежде чем разразиться смехом. 

— Думаю, я так сильно кричала, что мое лицо дергалось.

Я кивнула в знак согласия. Это было совершенно ужасно. 

— Неважно. Я не хочу читать твои непристойные сцены.

Она похлопала меня по коленке, прежде чем вернуться к телевизору. 

— Итак, что ты собираешься делать?

— С Мэддоксом? — спросила я, хотя уже знала, о чем она спрашивает. — Я хочу дать нам шанс. Может быть, он прав; может быть, нам было бы хорошо вместе.

— Две души не находят друг друга по простой случайности, — пробормотала Райли. — Вам двоим суждено