Прости за любовь - Анна Джолос

«Смотрите мне! *кулак*»

«Нашла в себе силы поздравить бабушку с днём рождения?»

Поля Филатова: «Да»

«Поговорили?»

Поля Филатова: «С ней невозможно разговаривать. Невыносимая, прости Боже!»

«Опять поругались?»

Поля Филатова: «Естественно»

«Она так и не одобрила твою идею с переездом?»

Полина Филатова: «Нет. Она хочет, чтобы я продолжила учёбу в магистратуре или вернулась в Красоморск и устроилась там на работу»

«Ясно. Включаю авиарежим. Уже катимся»

Полина Филатова: «Ок. Хорошего полёта! До встречи в Пулково!!! *поцелуй*»

«До встречи»

Убираю телефон в сумку и поворачиваюсь к иллюминатору.

Дело в том, что Полина, не так давно получившая диплом, приняла решение уехать в столицу.

Правда пока она до этой самой столицы не добралась, поскольку мне удалось уговорить её сперва приехать в Петербург. Очень захотелось увидеться, ведь за прошедшие четыре года мы ни разу не встречались воочию, регулярно общаясь исключительно по телефону.

Честно говоря, я очень соскучилась. Филатова осталась буквально единственным человеком из прошлого, с которым я до сих пор поддерживаю связь.

Любопытно, кстати, что у Полины сложилась ровно такая же ситуация, ведь ни с кем из бывших одноклассников, за исключением меня и Мозгалина, она не контактирует.

Ну да ладно.

Мы не вспоминаем то, что произошло когда-то в Красоморске и не обсуждаем людей, связанных с теми событиями.

К счастью, тем для разговоров хватает и без этого. Слишком много воды утекло с тех пор…

Подкладываю под голову подушку.

Самолёт выкатывается на взлётную полосу и, грозно загудев, устремляется вперёд.

Ощущаю в моменте странное волнение и беспокойство, захватившее тело.

Не верится, что я лечу в Россию.

Наверное, только сейчас, когда железная птица оказывается в небе, приходит осознание того, что это происходит на самом деле…

Глава 11

Петербург традиционно встречает серым небом, затянутым графитовыми тучами, и проливным дождём, бьющим по асфальту. Однако, даже эта непогода отзывается в сердце каким-то нереальным чувством трепета.

Я рада оказаться здесь. Люблю Питер также сильно, как Москву. Есть в этом городе нечто совершенно особенное…

— Привет! — улыбаясь, шагаю к делегации, выстроившейся меня встречать.

Все здесь, кроме Маши. Полина, бабушка Алиса, Даня, Лёха и мама.

— Дочка…

Сперва именно с ней обнимаемся.

Она, как всегда, в аэропорту плачет. Причём абсолютно неважно, провожает она меня или встречает.

— Милая…

Бабушка крепко сжимает меня в объятиях и целует в лоб.

— Соскучилась ужасно.

— Уже? — удивлённо выгибаю бровь. — Так быстро?

— Конечно.

Мы с ней виделись относительно недавно. Она старается регулярно прилетать ко мне в Барселону. Всё корит себя за то, что ей пришлось уехать оттуда четыре года назад вследствие произошедших с дедом обстоятельств.

— Лёха…

— Салют, спортсменка!

— Ого, — не могу скрыть свою реакцию. — Ты стал ещё выше.

— Это баскетбол, — невозмутимо пожимает плечом.

Он так вырос… Прямо возмужал. Хотя чему удивляться? Ему ведь недавно исполнилось восемнадцать.

— Ты такой взрослый…

— Мы с тобой два года не виделись.

— Я в шоке, — качаю головой, а он смеётся.

Одно осталось неизменным. У Лёши при общении со мной всё также мило краснеют скулы.

— Филатова…

Когда ко мне подходит ревущая Полинка, даже не сразу соображаю, что сказать.

Молчим какое-то время, а потом одновременно резко подаёмся навстречу друг другу, чтобы обняться.

— Не верится, — произносит она тихо, продолжая плакать.

— Я так рада, что ты здесь, — отвечаю, прикрывая глаза. — Безумно рада.

— Нормально долетела? — отклоняется назад, шмыгая носом.

— Да.

Кивает, сжимая мою ледяную ладонь в своей.

— Красивая такая, — улыбается.

— Кто бы говорил! — отвечаю, внимательно её разглядывая.

Невозможно не заметить произошедшие с ней перемены. Поля похудела. Начала пользоваться косметикой. Сменила стиль одежды.

Честно говоря, Филя очень похорошела, но к счастью, передо мной всё та же скромная девчонка из провинциального Красоморска. Я это чувствую.

— Я без тебя по Питеру не гуляла, как и обещала.

— Отлично. Наверстаем.

— Девчонки, надо выдвигаться. Здравствуй, Тата.

— Привет, Дань.

— Готовы ехать домой? — забирает мой чемодан.

— Да.

— Тогда погнали, пока нашу машину не забрал эвакуатор.

— Пришлось оставить её с включённой аварийкой, — поясняет мама по пути к выходу из терминала.

— А где Маша?

— У них сегодня важное занятие. Не получилось договориться прогулять. Не обижаешься?

— Да что за глупости…

Маха у нас девочка серьёзная. Балетом занимается. Задалась целью. Хочет стать примой театра, как мама.

— Залезайте скорее, льёт как из ведра, — Даня нажимает на кнопку брелока, открывает нам дверь, а сам направляется к багажнику для того, чтобы положить туда мой чемодан.

Занимаем места в большом внедорожнике. Климовы приобрели его недавно, решив, что семье нужна машина побольше.

— Как дед? — спрашиваю, поворачиваясь к бабушке.

— Плохо, дорогая. Почти не ест. Рассудок потерял совсем. Не узнаёт нас. Думаю, Эдуард вот-вот оставит этот мир, — тяжко вздыхает она.

— Ясно. Увидеть его можно?

Откровенно сказать, не то, чтобы очень этого хочу, но понимаю, что надо.

— Съездим в центр завтра утром, — отзывается с переднего сиденья мама. — Ты к нам надолго, надеюсь?

— Неделя-две.

— Всего-то? — судя по голосу, расстраивается.

— Скоро US Open. Не могу пропустить тренировки, которые будут накануне.

— Жаль. Я думала, ты хотя бы месяц побудешь.

— Нет, мам. Не получится.

— Мне пацаны не верят. Я им рассказал, что у меня сеструха входит в топ-100 лучших теннисисток мира и на Уимблдонском турнире играет, — подключается к беседе Лёша.

— А они что?

— Говорят, мол, брешу, но при этом просят познакомить тебя с ними.

Смеюсь.

— Скажи, что я занята.

— Как дела с Бланко? — продолжает разговор мама.

— Хорошо. Он проводил меня в аэропорт.

— Тренер твой?

— Один из.

— Это с ним ты начала встречаться?

— Лёха, не борзей, — Даня выразительно смотрит на него в зеркало заднего вида.

— А чё такого я спросил, па?

— Всё нормально. Да, мы с февраля вместе.

— Вы с твоим парнем на каком языке общаетесь? — снова проявляет любопытство брат.

— Парнем, — фыркает бабушка. — Ему тридцать три года.

— Раньше на английском разговаривали, — игнорирую её колючий комментарий. — Сейчас я хорошо знаю испанский. Проблем в общении нет.

— Тебе не нравится их разница в возрасте, ба?

— Мне этот носатый Хосе в принципе не нравится.

— Его зовут Хавьер, — терпеливо поправляю.

Она молча закатывает глаза.

Иногда как ребёнок себя ведёт, ей-богу!

— И чё ты на него так взъелась? — хмурится Лёха, вместе с Полиной внимательно отслеживая её реакцию.

— Да потому что. Измором нашу девочку взял. Все эти годы вокруг неё коршуном кружится.

— Мам, перестань, ну хорошо ведь, что рядом с Татой всё это время был человек, на которого можно положиться.

— Она бы и без его навязчивых ухаживаний справилась.

— Давайте на этом остановимся, — объявляю