Прости за любовь - Анна Джолос

— Я в другой стране, ясно, что он переживает. Это естественно.

— Ну не знаю…

— Филатова, выключай психолога, — встаю и направляюсь к раковине.

— Извини, молчу. Так, наблюдениями со стороны поделилась.

Мою кружку и ставлю её на полку сохнуть.

— Я что-то очень устала сегодня. Идём спать? Завтра рано вставать.

*********

Посещение учреждений, подобных этому, — дело не из приятных.

Помню свой первый визит. Что чувствовала, что ощущала. В каком шоке тогда была.

Сейчас я куда спокойнее. Действия сотрудников тюрьмы уже не вызывают вопросов, потому что я в курсе: у них здесь есть свой определённый порядок. Досмотр и так далее.

Тут имеются жёсткие правила, которые необходимо чётко соблюдать. Касается это не только заключённых, но и тех, кто приходит их навещать…

Горько осознавать, но отец, оказавшись за решёткой, обозлился лишь сильнее, ведь именно меня, предательницу, он винит в произошедшем. Считает, что его ареста не случилось бы, если бы я вышла замуж за Горозию четыре года назад.

Смешно.

Люди, возжелавшие воткнуть нож в спину, рано или поздно перешли бы от мыслей к действиям. Нашли бы повод. А учитывая тот факт, что они хотели заполучить бизнес отца, так тем более.

— Зачем пришла? — присаживаясь напротив, интересуется он холодно.

— Навестить тебя, — отвечаю я тихо.

Внимательно друг друга рассматриваем.

— Ты плохо выглядишь, пап.

Ещё сильнее похудел. Зарос.

— Зато ты цветёшь и пахнешь. Зачем так наряжаться в тюрьму? — хмуро оценивает мой внешний вид.

К слову, я не наряжалась. На мне обыкновенное летнее платье.

— Всё больше на мать похожа. Такая же, — выплёвывает с презрением, вкладывая в это определение все возможные оскорбления.

— У тебя что-то болит?

Меня тревожит его кашель.

— Не твоего ума дело. Что там с Зарецким? Не отправился ещё старый козёл в мир иной?

— Нет, но ему стало хуже. Лежит. Почти не ест. Никого не узнаёт. Толком ничего не помнит.

— Как удобно, когда у тебя херова тонна грехов за спиной, — скалится.

— Я привезла тебе кое-что. Обещали после осмотра передать.

— Мне ничего от тебя не нужно, — бросает сердито.

Обиженно поджимаю губы, но всё же сдерживаюсь и не позволяю себе дать слабину.

— Не веди себя так со мной, пожалуйста.

— Чего ты ждала? Пустила мою жизнь под откос, а теперь сидишь изображаешь сострадание?

— В том, что ты здесь, нет моей вины, — решительно озвучиваю вслух.

— Да ты что? — прищуривается, не по-доброму усмехнувшись.

— Не я вела чёрную бухгалтерию. Не я слепо доверяла своему бизнеспартнёру! — вырывается непроизвольно.

— Связала мне руки своей непроходимой тупостью! Будь ты умнее и хитрее, я бы не оказался здесь! Не потерял бы свой бизнес! — орёт, хлопнув ладонью по столу.

Вздрагиваю.

— А ну тихо, — делает замечание конвоир, присутствующий при нашей встрече.

— Ты правда так считаешь? — моя очередь усмехнуться.

— Дура! Сбежала, думая только о себе! — выплёвывает яростно.

— Да. А знаешь почему? Потому что тебе было плевать на меня, на мои чувства и желания.

— Чувства и желания, — кривится.

— Ты предпочёл не слышать. Действовать в своих интересах. Исключительно так, как считал нужным.

— Ты сама во всём виновата!

— Эти люди бросили меня на дороге, когда случился приступ.

— Речь сейчас, чёрт дери, не о них! А о тебе! Из-за тебя начался тот скандал! Ты, мать твою, опозорила нашу семью, связавшись не пойми с кем!

— Ну ясно, нашёл крайнюю, — поднимаюсь с лавки.

— Я столько лет угробил на твоё воспитание и что по итогу получил взамен?

Его излюбленный монолог. Что ж… Напрасно я думала, что однажды его отношение ко мне изменится. Начинаю сомневаться в том, что это вообще когда-нибудь произойдёт.

— Гены гулящей матери взяли своё, — произносит с нескрываемой горечью.

— Твоя зацикленность на Ней просто не ведает границ, — резким шёпотом отзываюсь.

— Сперва предала она. Затем ты, — цедит с ненавистью во взгляде.

— Я тебя не предавала! Хватит уже! — в моём голосе звучит ярое отчаяние. — Господи, мы не виделись полгода! Неужели нет желания спросить о том, какой жизнью я живу? Чем дышу? Каких успехов добилась?

Пытаюсь изо всех сил держаться, но в глазах становится мутно. Изображение плывёт.

Я всегда так жду этих встреч! Так переживаю! Так скучаю! А он…

— Проваливай отсюда, Тата, — бросает равнодушно и задерживаться в этом сером, холодном помещении больше нет причин.

В слезах покидая стены тюрьмы, вновь задумываюсь о том, любил ли меня отец по-настоящему когда-нибудь?

После долгого перемещения по коридорам, выхожу наконец на улицу.

Давящая тишина тут же сменяется шелестом листвы и пением птиц.

Меня выпускают за ворота.

Бреду вдоль дороги. Расстроенная, поникшая, эмоционально выпотрошенная.

В сумке вибрирует телефон. Звонит адвокат, с которым я встречалась в начале недели.

— Да, — принимаю вызов.

— Тата, это Виктор Павлович.

— Вижу, — придаю голосу твёрдость. Никто не должен считать меня слабой.

— Я внимательно изучил дело вашего отца. Ознакомился с документами фирмы, владельцем которой на данный момент является Горозия-старший.

— И?

— И есть вопросы.

Конечно есть! Эта семья каким-то образом незаконно присвоила себе чужое!

— Вы согласны помочь мне вернуть бизнес отца?

— Ну… Для начала я готов озвучить сумму за возможное сотрудничество, — уклончиво отвечает он.

*********

В расстроенных чувствах зачем-то еду в тот район, где мы с отцом раньше жили.

Долго сижу на скамейке во дворе знакомого элитного ЖК. Вспоминаю то время.

Очень грустно, что папе пришлось продать эту квартиру из-за проблем, возникших пять лет тому назад. Я, кстати, далеко не сразу узнала о том, что мы лишились недвижимости в столице. От меня этот факт отец скрывал.

Я вообще, если честно, поразилась тому, насколько грязно он вёл дела. Неуплата налогов, чёрная бухгалтерия, какие-то мутные схемы. Вот, пожалуйста, посмотрите, к чему всё это привело. К проблемам с законом. Банкротству. Поглощению компании. Тюрьме.

Раньше даже в самом страшном сне я не могла представить себе подобное.

— Привет, — раздаётся совсем рядом. — Могу угостить прекрасную девушку кофе?

Оказывается, на скамейку присел парень. Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что этого не заметила.

— Ну так что? — обворожительно улыбается блондин, подмигивая.

— Спасибо, я тороплюсь.

Поблагодарив за предложение, встаю и ухожу оттуда.

Двигаюсь по направлению к метро. Сориентировавшись, планирую маршрут с пересадкой, чтобы максимально быстро добраться до нужной станции. Потом ещё минут десять шагаю пешком до дома, в котором Филатова снимает квартиру. В общей сложности на дорогу где-то час уходит.

Подруга бросается ко мне, едва ступаю на порог, открыв дверь запасными ключами.

— Где ты ходишь, Тата? Уехала в семь утра и вернулась только