Жена по праву - Зена Тирс

С улыбкой вспомнилось время, когда ещё недавно, служа в армии, Роберт виски не любил. Но за последние три года при дворе король приучил его к этому напитку.

“Располагает к прямоте и откровенности — то, что я больше всего ценю в людях,” — говорил всегда Его Величество.

В этом их вкусы совершенно сходились.

— Не покусала тебя? — усмехнулся король, ухватив Роберта за запястье с брачной меткой, когда тот протянул ему бокал.

— Нет.

— Визжала? Брыкалась?

— Да, — хрипло отозвался Адальхарт.

Король откинулся к спинке, глядя в бокал. Лицо его пересекла мрачная тень, и седые брови сдвинулись к переносице. Но, сделав глоток, он вновь перевёл взгляд на Адальхарта.

— Я тебе приказал, и ты сделал. Я не сомневался в тебе, — одобряя, кивнул он, и, словно оправдываясь, продолжил: — Иначе не продлить династию драконов. Если маги сядут на трон, то в мир рано или поздно снова войдёт магия хаоса, и королевство погрязнет во тьме и пороке.

У Роберта скрипнули зубы от злости на ситуацию, в которой он оказался. Король отдал ему дочь, как инструмент власти. И в их мире, где женщины почти ничего не значили, это было обыденно. Роберт должен был без каких-либо внутренних сомнений подтвердить брак, подчиняясь долгу. Но отчего-то проявил слабость. Он всегда мечтал о любящей семье.

Но какая любящая семья могла быть, если бы он взял жену силой?

Лера брыкалась и молила отпустить, она была так соблазнительна, что он едва устоял. Она воспаляла в нём сумасшедшее желание. Непокорная, смелая! Безумно притягательная, светившаяся изнутри силой, которую он ей дал. Она пьянила его, чаровала своим взглядом, характером, мимолётными улыбками, которых он у неё успел заметить сто разных: и грустных, и загадочных, и благодарных. Раньше Валери так не улыбалась. Он хотел её до безумия, но он мужчина, а не зверь, и не будет насиловать женщину, которая его отталкивает, даже если от её взгляда по венам растекается чистейшая эйфория.

Метки на запястьях, которые он разрешил ей сделать, — это не ложь, это обещание, клятва сделать её своей. И им действительно нужно время, чтобы обрести друг друга сквозь завесу мрака и тайн. Он уничтожит всех врагов, чтобы быть с ней, даже если это будет стоить ему очень дорого.

Адальхарт закипел внутри и взялся за пуговицы мундира, чтобы ослабить давление плотной ткани на грудь. Но опомнился, что сидит перед королём и опустил руку.

— Снова сердце? — нахмурился Его Величество.

— Нет, просто жарко, Мой Лорд. И прошу не напоминайте мне о сердце, я не стар, боли фантомные, я не умру, — прохрипел Роберт.

— Фантомные или нет, но ты страдаешь.

— Пустяки, Мой Лорд. Вы хотели что-то обсудить?

— Я слышал, сработала твоя ловушка на портал обмена телами?

— Сработала прошлой ночью, — кивнул Адальхарт, глотнув виски. — Я разбираюсь в случившемся.

Голос был спокоен, но внутри клокотал едва сдерживаемый гнев. Ловушка не просто сработала, она ещё и показала, что враги применили портальную магию в его собственном особняке! У него под носом! Адальхарт долгое время не наступал на горло родовитым магам, составляющим половину Совета министров, — король просил его быть мягче с человеческими родами. Но теперь, когда они покусились на него и его жену в брачную ночь — война. Пока подпольная, тайная, но война. Королю знать не стоит, он слаб, и от волнения может не выдержать. Придётся разобраться самому.

И разобраться жестоко.

— Это очень опасно, насильное переселение душ может затронуть любого члена нашей семьи, теперь нашей с тобой семьи, Роберт, — голос короля охрип, и он взялся за грудь.

Адальхарт этого и боялся — не желал, чтобы Его Величество излишне нервничал. Вот у девяностолетнего боевого Дракона действительно слабое сердце, и мэтры об этом предупреждали.

— Я найду заговорщиков и всё решу, не волнуйтесь, — сказал Адальхарт, устремившись к королю, присел на колени перед ним и взял его за сухую бледную руку.

— Я жду, что ты скоро их найдёшь, — слабым голосом проговорил король. — Ты лучший мой генерал, Роберт.

— Не лучший, — отмахнулся Адальхарт.

— Не спорь со мной! За три года, как после ранения ты пришёл служить мне при дворе, мы с тобой столько всего сделали, как ни с кем до тебя! Ты навёл порядок в судах, в медицине. Теперь взялся за образование. Где прошлась твоя рука — всё работает, как единый механизм, чётко и слаженно. Ты прирождённый правитель, Роберт, и не спорь!

Адальхарт покорно вздохнул.

— Твой род происходит от первоначальных Драконов, Роберт. Ты в праве сидеть на этом месте не меньше, чем я, — погладил золотые подлокотники кресла Его Величество. — Ты в праве владеть моей дочерью…

— Мой Лорд! — прервал короля Адальхарт.

Ему претила сама мысль, что он может её унизить. Да, он её жадно хотел. Но хотел её нежно любить.

— У тебя горят глаза, мой дорогой. Вчера не горели. Ночь была жаркой, и моя девочка покорила твоё сердце, я прав?

— Мой Лорд, я же просил, не трогать моё сердце… — прохрипел Роберт.

— Нет, не про сердце я говорить с тобой не буду, — усмехнулся Его Величество. — Теперь помоги мне встать и проводи в зал, пора пообедать.

— Непременно, — поспешил Адальхарт, подавая руку королю.

Уж очень не терпелось поскорее вернуться к Лере. Кажется, он уже и минуты не мог без неё прожить.

27

В сопровождении мамы и стайки девушек в шуршащих платьях я вышла в сад. Тропинки, выложенные брусчаткой, золотил солнечный свет. Погода стояла ясная, но ветренная. Порывы прохладного воздуха задували в лицо, остужая жар крови.

Сердце стучало в бешеном ритме. Как мне встретиться с тем блондином? Как втереться ему в доверие и узнать, где портальный артефакт? Как мне вернуться домой, чёрт возьми, если я там… возможно меня больше нет, чёрт возьми!

Я судорожно вздохнула, потерев влажные и заледеневшие от страха ладони.

А как быть с Робертом? А что если… что если я останусь