Надеюсь и люблю - Светлана Талан

— Ты ведь работаешь…

— До одиннадцати вечера, а потом мы возьмем такси и будем дома вовремя.

— А с кем ты живешь?

— С мамой. Не переживай, больше никого не будет. Мама немножко с нами посидит и уйдет отдыхать. Она очень устает. Хотя еще совсем не…

— Девушка, хватит болтать! — перебила ее двухцентнерная тетя. — Ты здесь для того, чтобы работать или чтобы языком чесать?

— Все! Договорились! — крикнула я Наде, выглядывая из-за широченной спины недовольной тетки.

Все складывалось как нельзя лучше. Я не буду на Новый год одна, и мне наконец-то удастся пообщаться с Надеждой. Оставалось купить что-то для ее мамы, но я ничего о ней не знала. Молодая она или уже в возрасте? Полная или худенькая? Пользуется косметикой или нет? Пораскинув мозгами, я решила, что в хозяйстве всегда сгодятся чашки.

Я любила праздники, любила получать подарки, но еще больше любила их дарить. Мне нравилось наблюдать за тем, как даже самая маленькая безделушка радует человека, как загораются его глаза. Сначала в них появляется удивление («Мне?!»), потом — радость, искренняя улыбка и в конце — благодарный взгляд. Так вот, для Надиной мамы я выбрала шесть чайных чашек с блюдцами. Они были ярко-синего цвета с золотистыми цветочками. Попросив продавца упаковать их в подарочную коробку, я вдруг вспомнила об Алене. Наверное, в новогоднюю ночь у нее будет куча пьяных клиентов, а ее братья и сестра не получат подарков. Забрав коробку с чашками, я купила два больших пакета и вскоре наполнила их мясными деликатесами, соком, мандаринами (какой же Новый год без мандаринов), конфетами и печеньем. Я осталась довольна покупками и, выйдя на проспект, увидела Алену.

«Повезло мне, — мелькнула мысль, — а то пришлось бы таскаться с пакетами».

Алена заметила меня издалека, но не подала виду. Я подумала о том, что она просто не хочет компрометировать меня знакомством с ней, и мне стало очень жаль несчастную девушку.

Подойдя, я протянула ей пакеты:

— С Новым годом! Передай это своим близким.

Во взгляде Алены я прочла сначала удивление, потом — радость, затем — благодарность. Ее большие глаза заблестели от подступивших внезапно слез.

— Спасибо тебе, — прошептала она. — Мне никто… А! В общем, огромное тебе спасибо. — Она обняла меня, прижавшись холодной щекой к моему лицу.

— Пока! — помахала я ей рукой на прощанье.

Мы с Надей, как и договаривались, встретились у магазина, с трудом поймали такси и вскоре мчались в сторону ее деревни. Настроение у нас было превосходное. Мы всю дорогу дурачились и шутили, а потом начали петь детские песенки. Таксист, который до этого молчаливо вел машину, не выдержал:

— Девчонки, Новый год еще не наступил, а вы уже, наверное, начали его отмечать.

Его замечание вызвало у нас новый приступ веселья. Назло ему всю оставшуюся дорогу мы орали во все горло «В лесу родилась елочка»…

Надина мама оказалась совсем еще молодой худощавой женщиной с голубыми глазами. Она больше походила на сестру Надежды, чем на мать.

— Я уже все приготовила. Быстренько, быстренько в дом, а то не успеем встретить Новый год, — поторопила она нас.

Мы с Надей разделись и прошли в небольшую кухоньку, где уже был накрыт праздничный стол, посреди которого красовались бутылки шампанского и вина. На холодильнике стоял старенький телевизор. Шел традиционный праздничный концерт.

Я достала подарок для Надиной мамы.

— Это вам, — протянула я ей коробку.

— Мою маму зовут Валя, — подсказала Надя.

— С Новым годом, тетя Валя, — произнесла я.

— Мне? Зачем, деточка? Зачем ты тратилась? — В глазах женщины я увидела удивление.

— Ну как же?! Праздник ведь!

— Ну, спасибо тебе, Катя… Мне, правда, очень неловко…

Пришло время садиться за стол, и мы откупорили шампанское.

Только теперь, внимательно рассмотрев тетю Валю, я заметила ее усталый взгляд, мелкие бороздки морщинок на совсем еще молодом лице, синие круги под глазами и первую седину в светлых волосах.

Тетя Валя действительно посидела с нами совсем немного и, сославшись на усталость, ушла отдыхать. А мы с Надей остались одни и под воздействием выпитого спиртного болтали без умолку, шутили, смеялись, одергивая друг друга, когда кто-то забывался и говорил слишком громко. У меня развязался язык, и я рассказала подруге о своем счастливом детстве, о встречах с Сергеем, о намечавшейся свадьбе и об уходе из дома к Максу. Но даже сейчас, в минуту откровения, я ничего не сказала ей о Даше. Я видела, что Надя тоже хочет рассказать мне о чем-то сокровенном, но почему-то не решается. В ее глазах появилась грусть.

— Катюша, давай еще немножко выпьем. За все хорошее! — предложила Надя, и уже через минуту мы опять беззаботно болтали.

Ночь прошла незаметно, и в шесть утра мы, пошатываясь от выпитого вина и переполнявших нас чувств, пошли спать.

Надя провела меня за руку через темную комнату в соседнюю, и мы завалились на кровать прямо в одежде.

Я мгновенно уснула, а когда проснулась, на улице было уже светло и Нади рядом не было. Лениво потянувшись, я почувствовала жажду и встала с кровати, поправляя растрепанные волосы.

Прямо передо мной открылась дверь, и на пороге я увидела тетю Валю.

— Доброе утро, — сказала я, улыбнувшись.

За ней стояла Надя, державшая на руках маленького ребенка.

— Доченька, поздоровайся с тетей Катей, — ласково говорила Надя младенцу. — Скажи «Здравствуй, тетя…»

При виде ребенка я на мгновение опешила, затем резко отпрянула от приближавшейся подруги.

— Это?… — прошептала я, указывая пальцем на девочку, словно это было привидение.

— Моя Дашенька…

— Даша?! — спросила я, чувствуя, как от внезапного прилива крови у меня застучало в висках.

— Да… Хочешь подержать ее на руках? — протянула мне девочку ничего не понимающая Надя.

— Сколько ей? — отступая назад, спросила я.

— Семь месяцев. Тебя удивило, что у меня есть ребенок?

— Семь месяцев… Семь месяцев… — шептала я, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание.

Я собралась с силами, глубоко вдохнула и наконец овладела собой.

— Почему ты не сказала, что у тебя есть дочь? — сухо, чеканя каждое слово, спросила я, не сводя глаз с ребенка.

— Катюша, что с тобой? — подошла ко мне тетя Валя и хотела обнять меня за плечи.

Я передернула плечами, а затем выскочила из комнаты и начала быстро одеваться.

Надя молча наблюдала за мной, и я слышала, как она тихонько всхлипывает. У меня не хватило сил поблагодарить хозяев за гостеприимство или хотя бы встретиться взглядом с Надей. Я выскочила на улицу, на ходу застегивая пуговицы на шубке и чувствуя, как пылают мои щеки. Я поймала попутку