Измена. Не возвращай нас - Анна Томченко

Я опустила взгляд и тяжело вздохнула:

— Это меня это не интересует, — говорить было физически, больно. Я чувствовала уколы совести, а ещё мне было тяжело по той простой причине, что Олег никогда не был человеком, который пил, дебоширил или делал что-то подобное и такое поведение для него было не нормой, но бежать к нему, вытирать сопли после того, что я испытала, после его предательства... Я сама себя уважать перестану.

— Варь, ну ты же понимаешь, что сейчас он никого, кроме тебя, не послушает..

— Клим, у него есть Зоя, там помощников и советчиков, и без меня очень много. Мы разводимся. Так случается, какой бы хорошей не была семья. Иногда происходят страшные вещи, такие как беременность малолетней любовницы, и все, что с момента, как я узнала об этом, меня теперь перестало волновать. Он может пить.

Он может хоть упиться. Он может проиграть бизнес в карты. Он может пустить его с молотка. Он может пустить в дом каких-нибудь нелегалов, и пусть они там живут.

Мне абсолютно без разницы, что сейчас будет делать Олег — я говорила и ощущала, как бешено билось сердце, потому что это первая реакция, когда человек врёт. Вторая реакция, это когда к лицу приливает кровь, правильно же говорят, сгореть от стыда. Вот я сейчас и горела, потому что мне было не плевать. Столько лет брака не выкинешь за пару недель. Столько лет брака не позволят просто по щелчку пальцев взять и разлюбить человека. Я знала, что он чудовище, я знала, что он предатель, но сердце противно сжималось, когда Клим говорил о том, что он губит себя, он пьёт и не будь между нами его измены, я бы первая дёрнулась к нему на встречу.

Клим тяжело покачал головой и больше не стал ничего рассказывать мне. Хотя я, если честно, и не собиралась настаивать на этом, я просто понимала, что это все глупо. Давыдов проводил меня до такси и сказал, что утром привезёт Женьку. Он как раз будет ехать в аэропорт, и поэтому утро может наступить немножко раньше, чем мы с Линой привыкли. Я кивнула, ощущая осадок от нашего обеда и села в такси.

Я добралась до дома родителей очень быстро, и я даже не стала подниматься, просто попросила маму собрать Лину, потому что уже было изрядно уставшей.

Многие рассказывали, что под конец беременности у них там просыпается нереальная энергия. Жизнь бьёт ключом, кто-то делает ремонт, кто-то едет в круиз.

Я хотела просто спать, лежать, обнимать себя руками, гладить по животу и спать, поэтому я очень была благодарна матери, что она вместе с Линой ещё и отправила нам обед и ужин. Я знал, что завтра, когда приедет Женя, я просто буду пользоваться доставками. И передвигаться на такси, если куда-то надо, а все остальное время я планировала провести либо на диване, либо в постели, мониторя периодически сайты с вакансиями. У меня физически не было сил проводить много времени на ногах, живот тянуло все равно, поясницу ломило так сильно, что иногда казалось, будто бы в неё долото вбивали.

Когда мы приехали домой и переоделись, я более менее пришла в себя. На часах время было начало шестого, и я, пометавшись по залу, все-таки взяла мобильный.

И снова набрала мужа.

Надо было, конечно, разговор этот провести ещё днём, когда он звонил, но я была очень рассержена, чтобы мыслить здраво и логически.

— Да, Варвар, — прозвучал в трубке довольно бодрый, я бы даже сказала, нервный голос мужа. Я хватанула воздух губами, прижала ладонь к животу. Сглотнула туго.

Надо было всего лишь сказать три слова.

Обычных три слова, которые поставят окончательную точку в нашем браке. Но я медлила и боялась это сделать.

Наконец, поняв, что молчание затягивается, я приоткрыла рот, но из него не вырвалось ни звука.

Я вздохнула поглубже.

Дыхание прервалось, кончилось, вылетело сгустком пламени.

Я снова вздохнула.

— Олег сегодня днём я подала документы на развод, — подписала приговор нашему браку я.

23.

Варвара

В трубке стояла такая звенящая тишина, что мне казалось, будто я оглохла.

Потом короткий вздох и Олег сказал совсем не то, что я не ожидала услышать.

— Молодец, — рыкнул он серьёзно. — Молодец, Варюш. Ты, как всегда, в своём репертуаре. Спасибо, что снова приняла решение за нас двоих, особенно за меня.

Я убрала ладонь живота и взяла со стола кружку с водой. Поднесла к губам, глотнула и выдохнула:

— О чем ты сейчас?

— О чем я сейчас? — вызверился на меня Олег — Варь, да я о том, что ты поскакала подавать на развод, хотя мы ещё с тобой ничего не обсудили. Мы не обсудили, как у нас будут складываться отношения с детьми. Мы не обсудили, как в разводе ты будешь рожать. Мы не обсудили, как нам правильнее будет поступить со всем имуществом. Мы этого ни черта не обсудили.

Я растерянно опёрлась рукой о спинку стула и, сглотнув, произнесла.

— Я просто прописала в исковом о том, что все делится пополам, и все споры по имуществу мы можем решать ещё в течение трех лет после развода.

— Так нахрена нам это все откладывать? Мы могли с тобой заранее договориться обо всем. Но нет, ты побежала прям сейчас. Неужели тебе настолько сильно важно сейчас расхреначить все к чертям, чтобы потом сидеть на руинах?

— Олег ты сейчас себя ведёшь просто как злой пубертантный подросток. И все, —заметила я холодно. — Что-то пошло не так, как ты планировал, и ты начинаешь агрессировать на всех, — сказала я нервно.

— Да ты что? А может быть, просто ты в своём любимом репертуаре посчитала, что не надо спрашивать моего мнения?

— Олег я всегда интересовалась твоим мнением.

— Да ты что? Ты интересовалась куда мы поедем отдыхать? Ты знаешь, я уже выбрала. Мы летим на Мальту, и плевать, хочу я на Мальту или может быть, мне все-таки желаннее грёбаная Турция с ее все включено, потому что я тупо запарился на работе. Я просто хочу лежать тюленем, смотреть, как ты прыгаешь в бассейн.

Рядом плескается Лина, а мне бармен приносит напитки из бара, а не вот это вот твоё. Давай мы посетим этот замок? Давай мы сходим на руины? В жопу руины. Я никогда не хотел