Их лучшая игра - Мария Хайт

– Скорее, девочки! Шоу началось!

Кира брела по коридору, уворачиваясь от дамочек в нижнем белье и с перьями, торчащими из зада. Ну вот и старый добрый бурлеск.

На календаре двадцать шестое декабря, скоро праздники. У Папочки грандиозные планы на выходные. Для праздничной программы ему понадобятся все возможные волонтеры и даже новые, пришедшие после внезапных увольнений уже знакомых Кире девочек. Он просил и Стаса, и Дашу, и еще парочку ребят, чтобы те рекламировали его заведение среди студентов, которым нужны деньги. Кира же тихонько выполняла свои обязанности, стараясь поменьше выбираться в общий зал. Лишь когда выступал Дэми, она украдкой выглядывала из служебного помещения, наслаждаясь его исполнением.

Но в этот день все было иначе…

– Черт подери! И что нам делать?! Я же говорил, что нам нужен второй гитарист!

Коридор клуба заполнили возмущенные голоса Дэми и Папочки. Кира не сразу поняла, что случилось, но одна из уборщиц, девчонка из какого-то гуманитарного вуза, пояснила, что гитаристка сломала палец по пути в клуб. Глупая случайность, неприятная мелочь, но не тогда, когда планировался аншлаг. Возмущение Дэми было понятно: он и раньше говорил Папочке о новом гитаристе, но тот не захотел платить еще одному человеку.

– Поспрашивай у своих однокурсников или… где-ты там учился… Может, в музыкалке…

– Черта с два! Во-первых, я никогда в жизни никому не расскажу, где я работаю, а во-вторых, у нас осталась пара часов, за это время отыскать нужного человека и показать всю нашу программу просто нереально.

– Так, ладно, не кипятись…

Кира подошла к двери. Та не была заперта, и через щель она могла наблюдать за конфликтом. Дэми ходил по комнате из угла в угол. В этот раз на его голом торсе болталась черная кожаная куртка с множеством заклепок, а ноги и ягодицы обтягивали такие же кожаные брюки. Пальцы его сплошь усеивали кольца, а в ушах болтались серьги в виде древних фигурок – нечто, похожее на ацтекское искусство. Этот образ настолько не вязался с Даниилом из университета, что в очередной раз Кира подумала: перед ней совершенно другой человек.

– Так, я сейчас с нашими свяжусь, – заявил Папочка и начал переключать каналы, поочередно спрашивая у работников «Бабочки», не знают ли они свободного гитариста. Когда очередь дошла до Киры, она испугалась от неожиданности и вместо того, чтобы ответить, зашла в кабинет, встретившись с хмурыми взглядами обоих мужчин.

– О как, а я как раз тебя… – начал Папочка, но Кира его перебила.

– Я играю на гитаре, – сказала она и тут же добавила: – Но весьма посредственно.

– Ты? – Глаза Дэми округлились. Он успел присесть на стол Папочки и теперь, переваривая новость, медленно с него соскальзывал.

– Да, в своем городе я играла в небольшой группе. Ничего особенного, но навык имеется.

Мужчины переглянулись. Видно было, что Папочка радуется больше, чем Дэми.

– Вот и славно, я же говорил, что что-нибудь придумаю!

Дэми смерил хозяина презрительным взглядом и, взяв Киру за руку, поволок в коридор.

– Ты же слышала нашу музыку, да? Сможешь сыграть так же? – спрашивал он на ходу.

– Ну, не так же, но попробую подстроиться. Говорю же, я не лучший претендент, но, видимо, выбора у вас нет.

– Что верно, то верно.

Он привел Киру на сцену, быстро всучил ей бас-гитару и отошел, давая время настроиться. Кира смотрела на инструмент и с опаской, и с восхищением. Сколько месяцев прошло с тех пор, как она в последний раз играла? Она погладила бело-красный корпус, с осторожностью провела пальцами по струнам, наслаждаясь легкой вибрацией, затем взяла со стола позади сцены медиатор[7] и извлекла легкую мелодию. Вздох облегчения вырвал ее из собственных мыслей. Это Дэми обрадовался, что она не соврала и готова помочь.

– Давай попробуем что-нибудь из нашего. Какие песни тебе больше нравятся?

– Слушай, но у вас же программа, – заметила Кира и, опустив гитару, посмотрела в пустой зал.

– Плевать, сейчас главное – нормально выступить и не налажать.

– Как скажешь. Я больше люблю те, что ты сам сочинил.

На секунду между ними повисло молчание. Дэми медленно перевел взгляд и посмотрел прямо Кире в глаза:

– И ты сможешь их воспроизвести?

– Твои? Все до единой. Я слушала их… каждый раз, пока работала в зале.

Она видела, как он сглотнул, даже могла поклясться, что рассмотрела румянец на щеках. Неужели он смутился? Немыслимо, если говорить о раскованном певце Дэми, дефилирующем по сцене в полупрозрачных трусах.

– Ладно, давай тогда «Свет в облаках», – наконец сказал он и подошел к микрофону.

Кира вступила осторожно, словно шагнула на минное поле. Она помнила мелодию, ведь слушала ее сотню раз и в тональности не могла ошибиться, но кисть иногда подводила. Сначала музыка растекалась неровно, с заминками и огрехами, но когда наконец вошла в нужное русло, когда рука Киры окрепла и девушка заиграла увереннее, Дэми запел.

Его глубокий и полный голос разнесся по залу мощной волной, и Кира ощутила мурашки на коже. Волоски на руках встали дыбом, но она продолжала играть, завороженная их совместным звучанием.

На строчке припева Дэми оборвал песню.

– Грустная она для праздничного вечера. Давай другую. – Он повернулся к Кире, окинул взглядом всю ею фигуру и как-то совсем по-детски улыбнулся. Она же не смогла удержаться и улыбнулась в ответ.

– Здорово вышло, молодец. С этим можно работать, – добавил он и пошел к диджейскому пульту что-то настроить.

Кира едва сдерживала рвущийся наружу восторг. Ей хотелось вскрикнуть от радости, кинуться к Даниилу и расцеловать его, но она лишь кивнула и сделала вид, что поправляет гитару.

Они тренировались полтора часа, иногда Дэми подходил к ней и помогал. В такие моменты Киру бросало в жар, и она окончательно убедилась, что испытывает к нему глубочайшую симпатию. А то, как он поглядывал на нее во время исполнения, и вовсе сжигало изнутри. Это далекое чувство снова вернулось. Главное, чтобы симпатия не переросла в одержимость, как тогда в школе.

За полчаса до появления гостей пришел Барабан. Он изумился и порадовался, увидев Киру на сцене, а потом заметил, что ей стоит наведаться к Натали за дополнительным макияжем и сменой одежды для выступления.

– У тебя повышение, детка! – крикнул он вслед.

И только пройдя между столами, Кира поняла, что натворила. Вся ее конспирация насмарку. Сначала она хотела уйти, потом просто остаться незамеченной, а теперь лезет на сцену играть рядом с Дэми, который у всех на виду. Какой же дурой нужно быть, чтобы поступить так опрометчиво?

В гримерную