Я переиграю тебя - Тори Майрон

– Сначала получи лёгкую победу, потом вернёмся к более сложному уровню. Договорились? – возвращаясь ко мне, предлагает он.

И да, именно предлагает, а не приказывает. Это немного удивляет и сподвигает меня всё-таки пойти у него на поводу.

– Ладно, как хочешь, – приподнимаю руки в знак согласия и жду, когда Титов напялит на глаза повязку.

– Я готов, – сообщает он, и я не медлю.

Раз захотел выпендриться и получить по лицу, то получит быстро. И сильно.

Так я думаю ровно две секунды, пока мой кулак летит в его физиономию. После я не сдерживаю изумлённый ох, когда и эту атаку Дмитрий перехватывает. А вслед за ней ещё одну и ещё. Все мои хуки и кики пресекаются с той же ловкостью, с какой Титов пресекал их с открытыми глазами.

Что за… Как он это делает?

– Ты всё видишь! – задыхаясь, произношу я. – Повязка, должно быть, просвечивает.

– Это не повязка просвечивает, а ты слишком громкая и предсказуемая.

Чего?!

Увы, я даже спросить ничего не успеваю, как и атаковать его в сто тысячный раз. Дмитрий перехватывает моё запястье, резким движением разворачивает меня на сто восемьдесят градусов и впечатывает спиной в себя.

Дыхание обрывается, стая мурашек пролетает от затылка до пят, когда он рукой обнимает меня под грудью, второй хватает за хвост на макушке и прижимается лицом к моей влажной щеке.

– Ты слишком громко двигаешься, – произносит он, накаляя моё и без того разгорячённое тело. – Ты слишком громко дышишь, – ведёт носом по щеке вниз и останавливается у шеи. – И ты всегда издаёшь определённые звуки во время того или иного удара. Именно поэтому тебя легко считать даже с закрытыми глазами.

И после этих слов, пользуясь моментом, пока я пребываю в каком-то ошалелом трансе из-за жара его тела за своей спиной, Дмитрий без каких-либо усилий снова разворачивает меня и заваливает на мат. Разница лишь в том, что сейчас он падает следом и опирается на предплечья по обе стороны от моей головы, нависая надо мной как огромный купол.

Быстро сдёргивает повязку и пронзает меня своими ледяными глазами, от прицела которых снова становится аномально жарко. Хочется скорее вылезти из-под их воздействия, как, впрочем, и из-под самого Титова. Срочно!

– Всё! Я поняла – я полная бездарность в бою. Слезь с меня! – вбиваю руки в его грудь, но, ясное дело, ничего этим не добиваюсь.

– Ты не бездарность, Каролина. Просто, как я уже сказал, громкая. В постели со мной это будет плюсом, но не во время драки.

Хочу ответить ему колкостью на его абсолютно ненужную фразу о постели, однако давлюсь воздухом, когда Титов коленом раздвигает мои ноги и полностью заваливается на меня, впечатывая свой пах в мою промежность.

– Поработаем над твоей громкостью, как и над твоей техникой, и в драке тебе не будет равных среди женщин на Морене, – продолжает он как ни в чём не бывало, а мне едва удаётся понять эту часть его заявления. Мозг переключил всё внимание с его голоса на твёрдый член, упирающийся в меня сквозь двойную преграду из нашей одежды.

– У тебя стоит, – ошеломлённо выдавливаю я единственное, что бомбит в моём разуме, а Дмитрия опять веселит моя растерянность.

– Чему ты так удивляешься? Ты себя в зеркале видела?

Не видела, но мне даже смотреть на себя не нужно, чтобы знать, что я лохматая, красная как варёный рак, мокрая и вонючая. Ходячий антисекс. Однако Титов явно считает иначе. И его член тоже.

– Убери его от меня! – требую, толкая Дмитрия в грудь, ни на сантиметр его не отодвигая. Наоборот. Он сильнее прижимается, потираясь бугром об меня, и с улыбкой произносит:

– Сама убери. Покажи мне, на что ты способна на полу, Роли.

– Ничего я тебе не собираюсь больше показывать. И что ещё за тупое Роли? Я Каролина или Кара, и никак иначе!

– Ну, для всех, может быть, и так. Для меня же ты будешь психованной малолеткой Роли. И никак иначе, – передразнивает он меня с видом победителя, взрывая во мне пороховую бочку ярости.

Как же он меня достал! Никогда ещё не встречала, настолько бесящего человека, как он. Даже Влад нервно курит в сторонке на фоне Титова. Я готова душу Дьяволу продать, лишь бы отвязаться от него раз и навсегда. Но увы, «раз и навсегда» быстро устроить не получится. Это я уже уяснила. Но сейчас нужно сделать всё возможное, чтобы скинуть с себя эту сексуальную, раздражающую тушу. И так как кулаками мне желаемого не добиться, я решаю пустить в ход другой приём.

Обхватываю бёдра Дмитрия ногами и пятками давлю на, мать его, крепкие ягодицы, усиливая контакт наших тел до максимума, чем впервые за наше общение умудряюсь немного удивить Титова. И это радует меня, словно я только что выиграла в лотерее.

Он хмурится и тихо выдыхает. Ему явно сложнее переносить нашу тактильную близость, хотя и мне непросто. Я задерживаю дыхание, чтобы не вдыхать больше обалденный аромат его кожи и не издать дурацкий стон. А потом вконец поражаю Титова, нежно касаясь пальцами его щеки и вожу подушечками туда-сюда по скуле.

Его щетина колет мою кожу и в то же время приятно щекочет. Ловлю себя на шальной мысли, что мне нравится его трогать, а так быть не должно. Хочется врезать себе по лицу, чтобы очухаться. Но вместо этого продолжаю гладить его лицо, скрупулёзно рассматривая каждую чёрточку.

И Титов делает то же. Смотрит пристально, изучающе, нагревая мою кожу, словно огнём возле лица водит, и ничего не говорит. Лишь чёткие знаки вопроса загораются в его глазах. И они начинают мигать ярче, когда я приподнимаю голову от пола и приближаюсь губами к его губам.

Три сантиметра, два, один… И я замираю, а вслед за мной, кажется, замирает и время, пока я пристально смотрю ему в глаза, пытаясь не утонуть в их морской синеве. Они у него нереальные… Наверное, самые красивые голубые глаза из всех, что я видела. Это бессмысленно отрицать. Однако одними залипательными глазками меня не возьмёшь. Пусть даже не надеется.

– Тебе меня не переиграть, Дмитрий, – томно шепчу я ему возле чуть приоткрытого рта, а затем больше не теряю ни секунды и со всей силы кусаю его нижнюю губу.

Титов резко отстраняется от меня, и я ловлю этот момент: руками цепляюсь за его голову, рывком тяну на себя обратно и