Мачо для стервы - Татьяна Романская

Учитывая, что именно находится на уровне ее глаз, Яна сразу замечает мое отношение к ситуации. Прикусив губу, она делает только хуже.

Теперь мы оба возбуждены, но преимущество на моей стороне.

Я поправляю брюки и устраиваюсь на кровати лицом к ней.

— А теперь давай все-таки поговорим, — я откидываюсь назад, опираясь на локти, отчасти потому, что я самовлюбленный козел и хочу, чтобы она могла видеть мой стояк.

А еще отчасти потому, что эта поза дает мне идеальный обзор. Она вынуждена сидеть прямо, и все ее формы смотрятся особенно выигрышно в этой позе.

— Думаю, сейчас разговор пойдет куда эффективнее.

— Избавь меня от своего сального взгляда, — она пытается казаться раздраженной и незаинтересованной.

Но я отлично знаю, что она просто притворяется.

— Заткнись, — говорю я ей, цепляя ботинком ножку стула, чтобы притянуть ее ближе. — Тебе это нравится. Ты так мило краснеешь, когда возбуждаешься.

Ее румянец проступает теперь еще ярче.

— Вот здесь и кроется проблема, Матвей. Ты меня возбуждаешь. И у меня нет времени на это. У меня нет времени на тебя.

— У тебя нет времени на меня, потому что я тебя отвлекаю, — повторяю я, собирая факты в одно. — Но что, если я могу тебе помочь?

— Как?

Я выдерживаю паузу, размышляя.

— Мы уже решили, что лучше держать свои идеи при себе. Но ты поделилась просто великолепными вариантами.

— Мой отец так не считает.

— Значит, твой отец никогда не украдет твои идеи. В любом случае, это не выгодно для его компании. Оно может сыграть только для такой крупной корпорации, как моя. К счастью, кто-то, кто имеет значение, услышал эту идею и считает ее инновационной, — я подмигиваю.

— Не представляю, о ком ты.

Эта бестия дергает плечами и смеется. Мое эго снова захлебывается, и я не могу решить, хочу я придушить ее или поцеловать.

Может, и то, и другое.

— Знаешь что? Попридержи-ка язык.

— Прости, — говорит она, приходя в себя. — Ты просто... Ты даже не знал, что вы владеете еще одной компанией в сфере медиа, пока я тебе не сказала.

— Верно. Но тебе в любом случае придется столкнуться с моим братом. Я имею на него влияние.

— Правда? — на этот раз она не шутит, а искренне спрашивает.

— Да, правда, — ну, может быть. Я так думаю, по крайней мере. — Это он отправил меня на сегодняшний ужин, знаешь ли.

Я пытаюсь убедить не только ее, но и, кажется, себя.

— Ты сегодня был слишком заинтересован в общении за столом, расспрашивал, какую нишу удобнее всего было занять… — по ее лицу мелькает осознание. — Ты ищешь человека на должность руководителя вместо…

— Дай мне свою ногу, — говорю я, пытаясь отвлечь ее от предположений, но в то же время просто желая прикоснуться к ней.

— И кто у тебя в кандидатах? — говорит она, послушно укладывая ногу мне на колени.

Я сажусь и беру в руки аккуратную ступню, начинаю легко массировать. У нее изящные ножки, но кожа мозолистая и жесткая, и мне чертовски нравится узнавать о таких маленьких, но значимых деталях.

— Танцуешь? — спрашиваю я.

— Бегаю. У меня отвратительные ноги. А теперь расскажи мне о кандидатах на роль руководителя.

— А меня все устраивает, — я наклоняюсь и прижимаюсь щекой к трогательно выступающей косточке на щиколотке, чтобы доказать это.

Она пытается дернуться, но я не даю ей этого сделать.

— Кандидаты. На руководство, — она пытается звучать жестко, но по тому, как учащается ее дыхание, как темнеют глаза, я могу сказать, что ее все устраивает.

— Я не имею права обсуждать это с тобой, — признаю я. — Но я имею право сказать, что я буду хорошо отзываться о тебе Игорю. Тебя устроит такой вариант? — я осторожно поднимаю на нее взгляд, не понимая, что замечу, когда загляну в ее глаза.

Смятение. Волнение. Страх. Вот что я вижу. Отражение всех тех чувств, которые она вызывает во мне.

О, но мы же говорим о работе. Да. Точно.

— Я больше не знаю, чего хочу, — говорит она, вздыхая, и я делаю вид, что не замечаю ее секундной грусти.

— Нет, знаешь. Скажи мне.

Она кусает свои прелестные губы, пока думает.

— Я хочу пойти по стопам моего отца. Я хочу, чтобы он сделал меня одним из главных лиц своей компании. Я хочу расширить сферы влияния и получить должность, на которой смогу внедрять прогрессивные концепции и повести индустрию в новом направлении.

Я ободряюще киваю, несмотря на то, что собираюсь сказать.

— Не хочу тебя огорчать, — я ставлю ее ногу на место и тянусь к другой, — но не думаю, что именно я мешаю твоим амбициозным целям.

— Я знаю. Мешает мой отец. И Максим, — она снова вздыхает, и на этот раз тут скрыто полное разочарование. — На самом деле он очень умный парень, даже когда ведет себя как придурок. Просто обидно, что мой отец видит только его достижения и слышит только его идеи.

— Да, это несправедливо, — дело в том, что я ее отлично понимаю. — Я знаю, каково быть в тени старшего брата.

Она наклоняет голову и смотрит на меня, внимательно прищурившись.

— Ничего ты не знаешь. Женщин вообще всерьез не воспринимают.

— Ты права. Но помимо брата, у меня еще есть сестра. И ее всегда поддерживают и защищают.

— И работает она в сфере моды? В “подходящей для баб” сфере? Это не одно и то же.

— Ну, да, но она начинала с бизнеса. Мама и папа готовили ее к тому, чтобы она заняла место в компании, как и Игорь. Но когда она решила заняться своими тряпками, родители и глазом не моргнули. Знаешь, что бы они сделали, если бы я не захотел работать в семейном бизнесе? Вот и я! Даже страшно себе представить их реакцию.

Яна нахмурилась.

— Ты не хочешь работать в семейном бизнесе?

— Нет. Хочу. Мне нравится эта работа, — на самом деле она нравится мне больше, чем я могу себе представить. Я хочу сказать, что меня тоже не замечали. Моя семья не воспринимает меня всерьез. Я просто младшенький. Забавный. Избалованный. Все думают, что я навсегда останусь на побегушках у Игоря. Мой отец ведет себя так, будто я вообще не имею значения. Моя мать надеется, что я удачно женюсь. Жена, дети и работа на вторых ролях на побегушках у Игоря. Вот и все мои перспективы.

Она убирает ногу, чтобы ударить меня в грудь.

— Прекрати. Я уверена, что все не так плохо.

Я качаю головой.

— С чего бы это? Я, по их мнению,