Мачо для стервы - Татьяна Романская

— О, эм. Ты оставил его в ванной.

— А. Ну… — я быстро убираю телефон в карман, желая поскорее выбраться оттуда. — Я лучше пойду.

— Да. Ты уже сказала, что уходишь. Тогда до субботы, — я не уверен, но мне вдруг кажется, что я слышу в ее голосе разочарование.

Только когда за моей спиной закрываются двери лифта, я позволяю себе облегченно вздохнуть. Когда она не стоит передо мной, мягкая в изгибах идеальной фигуры, с пухлыми зацелованными губами, которые хочется укусить и обласкать языком, и длинными темными волосами, за которые можно потянуть, думать становится куда легче.

Она очень притягательная. Вот и все. Чистый секс. И, черт, эти ножки...

Сосредоточься, Матвей.

Ничего страшного не произошло, все объяснимо и понятно. Это всего лишь желание, чистое и простое. Я не чувствую ничего, кроме похоти. Меня не волнует, что она будет работать с моим братом. Я просто хочу получить как можно больше удовольствия для себя.

Подобные рассуждения заполняют сознание до краев, и, добравшись до дома, я уже почти верю самому себе.

И только закрыв за собой дверь и оказавшись в прохладной и знакомой темноте собственной квартиры, я понимаю, что ни разу не зашел в ванную за этот вечер в отеле.

Так почему же мой телефон оказался у Яны?

Глава 25

Я жду девяти утра, чтобы рассказать Игорю об ужине. Вряд ли он придет на работу раньше полудня, поэтому я не удивляюсь, когда, заглянув в его кабинет, обнаруживаю, что там пусто. Плюхнувшись в любимое кресло брата, я откидываюсь на спинку и кладу ноги на его стол.

Только потом я достаю из кармана телефон и жму на кнопку вызова рядом с контактом Игоря. Мне отвечает его жена.

— Матвей, привет. Он спит, — говорит Лена почти шепотом, видимо, боясь кого-нибудь разбудить. — Близнецы орали всю ночь, как резаные, мы практически не спали. Хотя сейчас каждую ночь так. Мы спим по очереди, сейчас отдыхает он. Мы скоро уедем, поэтому я хочу, чтобы он поспал подольше, пока есть такая возможность.

— Куда вы собрались в такую рань?

— К вашим родителям. Знаю, что все собираются только в субботу, но я хочу поехать пораньше, чтобы дети привыкли. Может, попросить Игоря позвонить тебе позже?

— Да, давай, — я успеваю передумать сразу после того, как отвечаю. — Вообще-то не надо. Я лучше поговорю с ним лично уже в субботу, — потому что это может быть отличным поводом заставить Игоря пообщаться с Яной.

— Тогда отлично. Спасибо, — у нее измученный голос, и я уверен, что слышу, как на заднем плане начинает плакать ребенок.

— Кстати, Лен, — вспоминаю я, прежде чем она успевает повесить трубку. — Хотел предупредить, что приеду не один в эти выходные.

— Привезешь девушку? А ну-ка, рассказывай! — Как бы она ни устала, ей все равно удается сохранять энтузиазм, когда дело касается сплетен, и от этого мне только сильнее хочется поделиться с ней всеми подробностями.

Только вот никаких подробностей будто и нет. Потому что я ничего не чувствую к Яне, ну кроме дикого желания, конечно.

— Ее зовут Яна, — холодно отзываюсь я. — Мы с ней сейчас обсуждаем некоторые рабочие моменты и идеи.

Лена будто бы не верит мне до конца.

— И что же, она твоя коллега? Или как ее назвать? Спать-то вы будете вместе?

— За кого ты меня принимаешь? Когда я в последний раз отказывался от возможности спать с хорошенькой девчонкой? — нужно говорить о Яне так, будто мой единственный интерес — это секс.

Хотя, между прочим, секс и есть мой единственный интерес. Не ее умная голова. Не ее характер. Не ее впечатляющие амбиции.

— Хм, — с любопытством отзывается Лена. — Мне кажется, что она тебе... нравится?

— Нет. Конечно, нет. Честно говоря, я вообще мало что о ней знаю.

— Для этого люди ходят на свидания, Матвей, поверь взрослой тетеньке, — Лена по ту сторону экрана явно улыбается. — Узнать друг о друге что-то новое. Понять, насколько вы подходите друг другу, — в порыве воодушевления она спрашивает: — Знаешь, что вам надо сделать? Когда будете ехать к родителям, поиграйте в какую-нибудь игру на сближение! Так можно выведать много интимных подробностей! Мы с Игорем обожаем такое.

Просто ужас. Не хотел я знать таких подробностей о личной жизни своего брата.

— Какая… очаровательная идея, Ленусь.

Видимо, я недостаточно хорошо скрываю свой скептицизм, потому что Лена разочарованно вздыхает.

— Я пыталась помочь.

Я чувствую укол вины.

— Знаю. Прости. Очень мило с твоей стороны. Подозреваю, это помогло тебе лучше понять моего брата-сухаря. Просто я слабо представляю себя играющим в игры, в которых не нужно снимать одежду. Но спасибо за предложение.

Затем, прокрутив в голове все, что сказал, я кое-что придумываю.

Глава 26

— Я знаю, что мы будем делать по дороге, — говорю я Яне, когда она садится ко мне в машину.

Я не слишком тороплюсь, потому что мне нужно, чтобы мы приехали к родителям одни из последних. Лучше, если вокруг будут люди, когда Яна познакомится с моей мамой. Я люблю ее, но иногда она вцепляется в новых людей мертвой хваткой.

— Звучит интригующе, — Яна вопросительно выгибает бровь.

— Это игра на знакомство. Но с пикантными элементами.

Она складывает руки на груди и задирает подбородок.

— Я же говорила, что это не свидание.

— Я бы не стал заниматься ничем подобным на свидании. Но нам же надо как-то скоротать время.

— Ладно, продолжай.

Она такая упрямая, полная решимости стоять на своем. Это достойно восхищения. Мне, к сожалению, хочется узнать больше о ее характере, и отчасти поэтому возникла идея сыграть в игру.

— Я скажу тебе два факта о себе, один правда и один ложь. Ты должна угадать, где что. Если выбираешь правильно, то получаешь возможность сделать ход. Если нет — снимаешь с себя что-нибудь из одежды.

— Как хорошо, что сегодня я решила надеть трусики.

А вот у меня преимуществ не так уж и много, хотя я знал, во что мы будем играть.

— Подожди. То есть в какой-то момент ты подумывала о том, чтобы не надевать нижнее белье? — я окидываю взглядом ее плиссированную юбку и простой белый топ без рукавов.

Возможно, это была плохая идея.

Тем временем она невозмутимо пожимает плечами.

— Ну что, давай играть? Кто начнет? — от ее энтузиазма у меня теплеет где-то внутри. И это абсолютно точно не связано с невысказанными чувствами.

Однако это не значит что я не хочу раздеть