Дикий волк - Кэролайн Пекхам

Син не сделал ни одного движения, чтобы присоединиться к нам, просто наблюдал за нами с напряженным выражением лица, его челюсть затряслась, когда я повернула голову и встретилась с его темными глазами.

— Полегче, котенок, — пробормотал он, делая шаг ближе и протягивая мне руку через стойку.

Я позволила ему взять себя за руку, опираясь на его силу, пока язык Итана погружался в меня, а затем поднимался и двигался по моему клитору.

Мое тело было охвачено напряжением, этот свернувшийся клубок тревоги требовал разрядки, но даже когда Итан творил чудеса между моих бедер, его рот был горячим и требовательным, я не могла пробиться сквозь эту стену.

Дышать становилось все труднее, горло саднило, а хватка на руке Сина затягивалась так сильно, что становилось больно.

— Хватит, — прорычал Син. — Отпусти, дикарка.

Мое тело гудело в предвкушении, блаженство было недосягаемо, но, взглянув в темный взгляд Сина, я обнаружила, что мои собственные глаза горят, а слезы затуманивают зрение.

— Блядь, — выругалась я, отпихивая Итана и отшатываясь от него. — Я не могу этого сделать, — задыхалась я, моя грудь тяжело вздымалась и опускалась, паника бежала по моим венам, когда я снова оступилась. — Я не могу. Мне просто… мне нужно…

— Роари, — закончил за меня Итан, поднимаясь на ноги, и я разразилась слезами, которые были настолько сильными, что я была уверена, что они поглотят меня целиком. Я попыталась вырваться, но они оба оказались рядом прежде, чем я успела сделать хотя бы шаг, сильные руки обхватили меня, прижимая к себе и бормоча негромкие слова в мои уши.

— Еще несколько часов, любимая, — сказал Итан. — Всего несколько часов, и мы сможем отправиться за ним. Мне все равно, что стоит между нами и ним, потому что, что бы это ни было, этого будет недостаточно, чтобы удержать нас. Мы стая. И сегодня мы воссоединимся, будь то ад или стихийное бедствие.

— Да, блядь, — согласился Син.

И когда мои рыдания стихли, а слезы высохли в их объятиях, я окончательно поверила в эти слова. Мы были стаей, в которой не хватало одного члена, но сегодня все изменится.

Глава 8

Роари

Я провел большим пальцем по правому клыку, затем по левому, и меня пробрал озноб. Это больше не было похоже на мое тело. У меня не было проблем с Вампирами, но их Орден не принадлежал мне. Я тосковал по своему Льву, тосковал так, что душа разрывалась на части. Это был не я. Мое тело было взято в заложники, его заставляли исполнять желания и потребности другого существа. Это было неестественно, и я воздерживался от того, чтобы воспользоваться дарами этой новой формы, сидя в своей камере спиной к стене, склонив голову и неровно дыша.

Когда я погружался в самые темные ямы отчаяния, мой разум всегда находил Розу, ее острые карие глаза и острый язык призывали меня держаться. Но ради чего? Даже если бы я смог вырваться отсюда и вернуться к ней, я бы сделал это изменившимся и с отсутствием жизненно важной части себя. Она не осудит меня, я знал это, но я жил в фальшивом слое плоти, который сидел на моих костях, как уродливая ложь. Я не хотел возвращаться к ней в таком виде.

Я провел рукой по волосам, пропуская густую гриву между пальцами, поскольку она была отрезана. Во мне не было ничего похожего на Льва, которым я когда-то был, и у меня сжалась грудь, когда я представил себе лицо брата, страх Леона, его ужас перед тем, что у меня отняли.

Мои матери рыдали бы, отец… в общем, он уже отрекся от меня. Если бы он узнал, кем я стал, то, скорее всего, вообще отказался бы признавать мое существование. Но это при условии, что мне удастся выбраться отсюда и вернуться к людям, которых я любил, чтобы встретить их муки по поводу того, кем я стал. Это был лучший вариант развития событий. А может, и нет. Возможно, было бы лучше, если бы я сгнил здесь, чтобы никто из моих близких никогда не узнал о том, что со мной сделали.

Шипящий звук привлек мое внимание, и я взглянул на узкие вентиляционные отверстия в верхней части стен. С приливом энергии я вскочил на ноги, снова двигаясь слишком быстро, и это дезориентировало меня. Я даже не потрудился натянуть рубашку на нос, когда в камеру закачали какой-то газ. От него не было спасения. Сначала я заподозрил, что это подавитель Ордена, но тут мои веки начали опускаться, и на меня нахлынул тяжелый зов сна. Мои колени ударились об пол, и, закрыв глаза, я увидел, как из открытой двери ко мне направляются изящные сапоги.

— Спи, драгоценный, — донесся до меня из темноты голос Роланда. — Судьба зовет.

***

Первое, что я почувствовал, — это движение. Пол качался из стороны в сторону, а в животе у меня заурчало, так как действие усыпляющего газа наконец-то закончилось. Я понятия не имел, сколько прошло времени. Часы? Дни? Единственной подсказкой был небольшой лунный свет, проникавший сквозь мои ресницы. Наступила ночь, и это было все, в чем я мог быть уверен.

Я моргнул и осмотрел клетку, в которой находился, — прутья тянулись сверху и давили на спину, где я лежал. За ними виднелось маленькое круглое окошко, в которое проникал серебристый свет луны, напоминая мне о моей Розе. У нее была такая связь с этим небесным существом, ее сила была таинственной и прекрасной. Я всегда восхищался ею, но теперь, когда я задумался об этом, возможно, я никогда не говорил ей об этом. Я так многого не сказал. Слишком много слов застряло в моем сердце, чтобы никогда не попасть к ней. Я надеялся на Луну и все окружающие ее звезды, что она не зацикливается на моей потере. Но это была глупая мысль. Она пришла за мной в глубины ада и была так близка к тому, чтобы освободить меня от оков, но потерпела неудачу. И для нее это было бы неприемлемо. Она била себя по рукам и искала меня на краю света, пытаясь вернуть себе, и, конечно же, я чертовски любил ее за это. Ее сила была глубже, чем магия, это была чистая сила души. Она сражалась за меня, как и я за нее…

Я нахмурился, когда эта мысль остановила меня,