Страдать, чтобы простить - Ребекка Донован

— Брента, — автоматически ответила я.

— Правда? — Он протянул мне коктейль.

— Да, мы друзья, — продолжила я с легкой улыбкой.

— Твое лицо мне почему-то знакомо, — кивнул он.

Я решила, что он меня разыгрывает, но он действительно вел себя так, будто знает меня, и это здорово сбивало с толку.

— А как тебя зовут?

— Рен. — Он продолжал испытующе смотреть на меня, словно прокручивая в мозгу список друзей Брента.

— Неужели ты тоже меня знаешь? — поддразнила я Рена, рассчитывая еще больше смутить его.

— На самом деле — да, — не моргнув глазом, ответил он.

Но тут к бару подлетела компания возбужденных девиц, потребовавших выпивки. И я поспешила вернуться на террасу.

Весь вечер я старательно избегала Коула, но по жестокой иронии судьбы мы то и дело сталкивались. Поэтому я решила изменить тактику и первой подойти к нему в надежде, что он тут же ретируется. Коул стоял, облокотившись на перила, и задумчиво смотрел на сизые воды океана внизу. Когда я остановилась рядом, он не отреагировал.

— Я так до сих пор и не искупалась голышом, — заявила я, по примеру Коула положив локти на перила.

— Тогда не советую откладывать, — не глядя на меня, бросил он. — Год пролетит незаметно. — Он изо всех сил сжал пластиковый стаканчик, словно хотел раздавить его.

И я поняла, что, пожалуй, пора уходить. Что я, по идее, и должна была сделать. Но не сделала.

— Сейчас еще даже не апрель, — парировала я.

В ответ Коул только передернул плечами. Мы снова замолчали. Я потягивала коктейль и ждала. А затем…

— Эмма, какого черта! С чего это ты решила снизойти до меня? Тебе же на меня глубоко наплевать! Так почему бы не помучить кого-нибудь другого? Почему тебе непременно нужно делать из меня клинического идиота?

Столь бурный поток сердитых слов застал меня врасплох. Однако я безропотно приняла каждое из них, позволив камнем лечь на сердце. Так мне и надо! Я получила по заслугам.

— Выпить хочешь? — предложила я. — Парень в баре возле бассейна — мой друг. Классно смешивает водку с содовой.

Коул изумленно уставился на меня:

— Нет, я решительно тебя не понимаю. — Он покачал головой и, не сводя с меня глаз, добавил: — Да. Я хочу выпить. Господь свидетель, с тобой невозможно общаться на трезвую голову.

— Буду считать это своеобразным комплиментом, — усмехнулась я и спустилась по лестнице.

За стойкой бара у бассейна стоял парень со стильно взъерошенными темно-русыми волосами. На нем была красная гавайская рубаха — наверное, дресс-код для друзей хозяина дома.

Когда я приблизилась, парень прищурился, словно уже где-то видел меня раньше. И я почувствовала, что у меня потихоньку едет крыша.

— Привет, — осторожно сказал он. — Ты ведь Эмма, да?

— Да. — Наверняка Брент рассказал ему обо мне, когда передавал дежурство. — А ты?

— Нейт. — Он вопросительно поднял брови, ожидая моей реакции, однако я понятия не имела, на что, собственно, должна была отреагировать.

Поэтому я просто подняла руки вверх. Типа, сдаюсь.

— Погоди-ка, а может, вы, парни, просто надо мной издеваетесь? — Я пошла в наступление, решив, что стала жертвой чудовищного розыгрыша. — Может, это Брент с Реном поручили тебе взять меня на фуфу́ или типа того, а?

— Вовсе нет. — Нейт явно смутился. — Разве ты не знаешь, кто я такой? Ты ведь Эмма Томас, да?

Он знал мою фамилию, и я, естественно, сразу насторожилась.

— Ну да. Эмма Томас. И что с того? Почему я обязана тебя знать? — вглядываясь в его лицо, ответила я.

Я оглянулась на Коула, с интересом наблюдавшего за нашей беседой. А Нейту, похоже, было искренне наплевать на то, что за мной уже выстроилась очередь страждущих.

— Не может быть! — К нам подошел какой-то лохматый светловолосый парень и, не обращая внимания на предостерегающий взгляд Нейта, уставился на меня самым беспардонным образом. Вот теперь я почувствовала, что окончательно рехнулась. Эта игра решительно перестала мне нравиться. — Эмма! Неужели ты действительно здесь?!

Я посмотрела на Нейта, затем — снова на лохматого парня.

— Да ладно тебе, Ти Джей! — взмолился Нейт. — Не делай этого, чувак! Оставь все как есть.

— Что происходит? — требовательно спросила я.

Я чувствовала рядом присутствие Коула, но он не проронил ни слова.

— Ты ведь Эмма Томас? Девушка Эвана? — удивленно рассмеялся Ти Джей. Потрясенная, я подняла глаза на Нейта и увидела на его лице виноватую гримасу. — Он приезжал сюда на каникулах, — продолжил Ти Джей, явно не врубаясь, что происходит. — Я серьезно. Уехал в прошлый уик-энд. Опупеть можно!

Значит, это его друзья. Его друзья из Калифорнии, с которыми он вместе учился, когда жил в Сан-Франциско. С которыми на каникулах ходил в походы.

Я снова обратила взгляд на Нейта, чтобы все окончательно встало на свои места. Ага, это Нейт. Его лучший друг. Выходит, именно сюда Эван хотел меня привести, когда в предпоследнем классе мы собирались вместе удрать. У меня подкосились ноги. Пришлось ухватиться за барную стойку, чтобы не упасть.

— Могу я попросить чего-нибудь выпить? — просипела я.

— Не вопрос. — Нейт посмотрел на меня с таким видом, словно боялся, что я могу вспыхнуть прямо у него на глазах. — Тебе чего?

— Без разницы. — Мне вдруг стало трудно дышать. Но разве я могла допустить, чтобы Нейт догадался, какая буря эмоций бушует сейчас в моей душе?! — А можешь налить водки с содовой?

— Ладно, — медленно кивнул он, затем оглядел строй бутылок у себя за спиной и сказал: — Э-э-э… Похоже, содовая закончилась.

— Чистая водка тоже сойдет, — поперхнувшись, пробормотала я. Он протянул мне пластиковую стопку с какой-то прозрачной жидкостью и кружок лайма на салфетке. Меня передернуло от запаха алкоголя. — Что это такое?

— Текила, — медленно произнес он, словно удивляясь, что я не знаю таких элементарных вещей.

Я с содроганием выпила текилу и заела лаймом.

— Спасибо. — Я взяла полный пластиковый стаканчик и на ватных ногах побрела прочь, спиной чувствуя взгляды Коула и Нейта.

Теперь можно было вздохнуть свободно, но не тут-то было. Мне отчаянно не хватало воздуха. Более того, сердце переместилось куда-то в область желудка. И я поняла, что если не хочу опозориться, то должна срочно забыться. Да-да, очень срочно.

Я взлетела по лестнице, вихрем ворвалась в дом, к общему негодованию врезаясь на ходу в ряды танцующих, и наконец оказалась у бара в гостиной.

— Привет, Брент, — поздоровалась я.

— Эмма, мой друг! Как поживаешь?