Одноклассница.ru - Татьяна Тронина

* * *

Вероника вышла из лифта – под дверью стояла мать.

Ее собственная мать – Светлана Викторовна Одинцова.

– Мама!

– Ну здравствуй… Я тут уже два часа стою. Где вы все бродите?

– Я на работе, Тарас тоже на работе… – пробормотала Вероника. Рассказывать матери, что она была на вечере встреч с бывшими выпускниками, было категорически нельзя.

Дело в том, что Светлана Викторовна обожала своего зятя. Мнение Тараса – это ее мнение. А раз Тарас был против…

– Ты бы хоть позвонила заранее… А как же твои питомцы? – открывая дверь, растерянно спросила Вероника: мать жила в Подмосковье, в собственном доме. Вместе со сворой собак. Мать привечала всех бездомных, брошенных животных…

– Я соседку попросила за ними приглядеть. Мне надо лекарств, корма купить… Тузику и Рексу витамины нужны. Да ты не бойся, я всего на день, завтра вечером уеду.

– Мама, ну что ты! Живи у нас сколько хочешь… Да, я тут на антресолях твои старые вещи нашла – посмотришь? Может, пригодится чего…

Светлана Викторовна сразу же прошла в кабинет Вероники – именно там она ночевала каждый раз, когда приезжала в город. Раньше мать с дочерью жили в крошечной двухкомнатной хрущевке в районе Немецкой слободы. Потом, после школы, Вероника вышла замуж и переехала к Тарасу. А Светлана Викторовна, став пенсионеркой, выгодно продала свою двухкомнатную квартиру (центр, перспектива расселения, у квартирки оказалась масса преимуществ!) – и купила хороший дом в Подмосковье плюс еще много денег положила на сберкнижку под хорошие проценты. Там она занялась садом-огородом, завела собаку. Потом нашла брошенных щенков, принесла их себе. Потом спасла от озверевших соседей еще одну несчастную псину. Потом ей подбросили нескольких щенков. Потом какая-то собака привязалась к Светлане Викторовне, шла за ней от магазина до самых ворот – ну не прогонять же?.. И пошло-поехало!.. Собак стало столько, что пришлось строить для них вольер, а накопленные сбережения начали стремительно таять.

Но тут Светлане Викторовне стал помогать зять (к тому времени Тарас уже крепко встал на ноги) и спонсоры. Да-да, появились спонсоры – богатые люди, которые не жалели денег, помогая всем тем, кто, в свою очередь, помогал бездомным псам и котам. Светлана Викторовна вступила в Общество защиты животных…

Словом, Светлана Викторовна жила сейчас полноценной, очень насыщенной жизнью. Вставала ни свет ни заря – убирала дом, лечила, выгуливала, кормила своих питомцев, полола огород, встречалась с другими собачниками…

– …вот, мам, посмотри! – Вероника притащила в кабинет коробку со старыми вещами.

Мать – невысокая, крепкая, сухонькая (единственное – живот от возраста слегка расплылся), с аккуратным пучком седых волос, в розовом спортивном костюме – в это время стелила на диване постель. Обернулась, мельком заглянула в коробку:

– Ты с ума сошла…

– Почему? – растерялась Вероника.

– Этакое старье… Выбрось.

– Но, может быть, на подстилки пойдет…

– Не смеши, – сухо произнесла мать и снова отвернулась, заправляя одеяло в пододеяльник. – Я тебе что, помоечница?..

Вероника пожала плечами и вышла из комнаты вместе с коробкой. У нее было чувство, что если б она не предложила матери старые вещи, то та бы рассердилась и заявила бы нечто противоположное: «Ну ты даешь, Вероника! Совсем с жиру взбесилась… Я бы эти тряпки на подстилки для собак пустила!»

В этот момент пришел Тарас.

– О, любимая теща! – обрадовался он. – Сейчас накормлю…

– На ночь? – усмехнулась Светлана Викторовна. – Совсем вы тут распоясались в городе…

– Нет-нет-нет, я вас непременно накормлю!

Скоро в квартире запахло жареным мясом.

– Кроме этого, ничего есть не могу, – сидя за поздним ужином, пожаловался зять теще. На тарелке перед Тарасом лежал кусок подрумяненного стейка.

– Ну, ты мужик, ты должен мясо есть… – пожала плечами Светлана Викторовна.

Перед сном Вероника еще раз зашла к матери – пожелать спокойной ночи.

– Мам, ты расскажи, как живешь, какие новости…

– Нормально живу, – пожала плечами Светлана Викторовна, укрываясь одеялом. Зевнула. – У Пахомовых внук родился.

– Ой, здорово! – вяло улыбнулась Вероника. – Они же давно мечтали… Счастливы?

– Чего хорошего? – брезгливо сморщилась Светлана Викторовна. – Младенец орет с утра до ночи, они все на стену лезут… Пахомова пришла, жаловалась: «Ой, у мальчика животик пучит, ой, у него грыжа, ой, зять в город сбежал, у дочери депрессия…» А я ей: «Ты, Лариска, всю жизнь о внуке мечтала – ну и получай!» А она мне: «Я, Свет, руки на себя хочу наложить от такой жизни…» Вот тебе и счастье!

– Я не хочу детей, мам.

– И правильно! – неожиданно горячо одобрила Светлана Викторовна. – Нечего ерундой страдать, как другие бабы.

– У меня работа, Тарас…

– Работа твоя, допустим, для дураков – мышей мучить почем зря. Бедные животные!

– Но это для блага людей…

– Вероника! Не смеши… Есть такие люди, которых надо дустом травить, словно тараканов… Не люди, а звери! Вот недавно песика подобрала… Ты бы видела, что с ним люди сделали! Садисты…

Вероника успокоительно погладила мать по плечу.

– А Тарас твой – золото, – сразу смягчилась мать. – Ты должна ноги ему мыть и эту воду пить.

– Ма-ам…

– Ну что – мам? Так и есть. Вот он настоящим делом занимается. Ты ему должна помогать, а не мышей своих травить.

– А-а, значит, он успел уже тебе нажаловаться… – вздохнула Вероника.

– Ты можешь завтра с работы пораньше уйти?

– Да, конечно. Что завтра? Пятница… К часу домой приду. Игоря, водителя, вызову – поездим с тобой по магазинам, аптекам… Куда скажешь.

– Отлично.

Визит к матери Клима Иноземцева откладывался. Родная мать дороже!

Ночью Веронике опять приснился сон.

Поле, раннее утро – солнце еще не встало. Туман.

По полю идет юноша – виден только его силуэт. Прямая спина, длинные ноги в высоких сапогах.

«Клим!» – зовет его Вероника. Но голоса у нее нет. И тела как будто тоже… Бесплотной тенью, ветром летит она за Климом. Потом…

Потом опять явился Черный Канцлер – жуткий лысый старик с идиотски-страшной улыбкой, со скрюченными пальцами.

«Во всем виноват этот сайт… – размышляла наутро Вероника. – Если бы его не было, я и не вспомнила бы о Климе! И другие одноклассники тоже не сходили бы с ума. Нет, один плюс есть – это то, что я нашла Максимыча, и мы, его бывшие ученики, успели сказать ему слова любви и благодарности. Он очень хороший человек… Жалко его!»