Терракотовые пески - Вайолет Уинспир

Стало смеркаться, торговые ряды освещал желтый свет ламп. Гортанный язык мешался со звуками дикой музыки, и, смешавшись с толпой покупателей, зевак и продавцов, Жанна вдруг почувствовала панику.

Но, разглядывая великолепные изделия, выставленные на прилавках, она преодолела страх и неуверенность. Чего здесь только не было! Шелка ручной работы всевозможных цветов, невероятно нежные на ощупь. Ковры с ярким арабским рисунком. Выставленные в витринах драгоценности и нити дешевых бус. Серебряные клетки для птиц. Горы амулетов в форме рыб, звезд, знаков зодиака.

Запах мяты мешался с запахом жареного мяса. Горы тыкв возвышались над холмами пурпурного инжира и сладких лимонов. Абрикосы и хна соседствовали с туфлями из мягкой кожи, возле великолепных тканей для свадебных нарядов толпились группы щебечущих женщин. Продавцы благовоний предлагали свой товар в крошечных пиалах и флаконах самой причудливой формы. Взгляд Жанны привлекла маленькая шкатулка, сделанная в форме арки.

Жанна взяла ее в руки, и продавец тут же заломил цену, в несколько раз превышающую реальную стоимость безделушки. Девушка покачала головой и предложила торговцу десять долларов. Тот в комическом ужасе воздел руки к небесам. Она указала ему царапину на крышке, и он быстро снизил цену до тридцати долларов. Жанна положила коробочку обратно на прилавок.

— Двадцать пять долларов, — выдохнул торговец.

Жанна провела пальцем по рисунку.

— Пятнадцать, — заявила она, довольная, что так хорошо торгуется.

Араб быстро оглядел ее одежду, светлые волосы и белую кожу.

— Двадцать, — упрямо буркнул он.

— Не хочешь — не надо. — Жанна повернулась, чтобы уйти, но тут же вскрикнула, потому что продавец грубо схватил ее за плечо.

— Богатая женщина! — зло крикнул он.

— Неправда! — Девушка сбросила с плеча его руку и побледнела, увидев, что ее окружила целая толпа. Глаза людей смотрели настороженно и враждебно, и в горле у нее запершило от запаха, исходившего от их одежды. Оглянувшись, Жанна поняла, что она должна как можно скорее выбираться отсюда, пока цела. Дрожащими руками она открыла кошелек и уже хотела заплатить за шкатулку, как чья-то рука сжала ее пальцы.

Жанна в испуге подняла глаза и увидела знакомую высокую фигуру.

— О!.. — вырвался у нее возглас.

Толпа тут же растаяла, а продавец укрылся за горой посуды из меди и бронзы.

Ее буквально протащили по проходам между лавочками, и через минуту они достигли площади.

— Мне бы перекинуть вас сейчас через колено и отшлепать, но надеюсь, что вы уже получили хороший урок. Зачем вам потребовался этот хлам?

Жанна никак не могла успокоиться, но больше всего ее злило, что именно он пришел к ней на помощь.

— Мне понравилась шкатулка… она такая необычная.

— Ну вы просто как ребенок. Думаете, с вашей стороны было благоразумно одной направиться на ярмарку? Меня просто дрожь пробирает при мысли, что могло бы случиться, не окажись я там вовремя.

— Вы-то, конечно, намного благоразумнее. — Жанна пришла в ярость из-за того, что ей приходится отстаивать свои права из-за какой-то ерундовой бронзовой вещицы. Ее щеки пылали. Значит, он шел за ней следом по бесконечным ярмарочным рядам, выжидая, когда она попадет в беду, а он — супермен нашелся! — ее вызволит. — Вы получили удовольствие, шпионя за мной?

— Мой деловой партнер только что ушел, я видел, как вы ворвались в дом, схватили жакет и помчались бог знает куда. Естественно, я пошел за вами. — Он все еще сжимал ее руку стальными пальцами. — Вы всегда так импульсивны, глупы или просто вам доставляет удовольствие нервировать меня? Если это так, мы вряд ли станем друзьями.

— Я полагала, что от меня требуется холодное безразличие, дон Рауль. В кои-то веки смогу делать то, что мне хочется.

— Вы испытываете мое терпение, Жанна.

— Потому что спорю с вами?

— Я рассчитываю на то, что вы будете хотя бы прислушиваться к моим словам. Я поступаю сурово не потому, что хочу выглядеть тираном, а делаю это во имя вашего же блага. Позвольте мне напомнить вам, что это Марокко. Вы молоды и не знаете обычаев страны. Разве вы не испугались, когда на ярмарке вас окружила толпа людей, так непохожих на вас? Большинство просто глазели из любопытства, но среди них, бесспорно, были и опасные типы. Увидев, что вы одна, они могли освободить вас от вашего кошелька… или даже невинности.

— Ч-что вы имеете в виду?

— Вы хорошо меня понимаете.

— Мне это и в голову не пришло!

— Время от времени с вами такое случается. Вы, кажется, еще до конца не поняли, что вы уже не машинисточка, незаметная в тени шумной писательницы. Сейчас на вас красивая одежда, ваши волосы сверкают, а на руке у вас изумруд семьи Романос.

— Изумруд, — ахнула она. — Дон Рауль, я об этом просто не подумала, — боже, ведь его могли украсть! Неудивительно, что вы сердитесь на меня. Я… не привыкла носить драгоценности. Пожалуйста, заберите кольцо для сохранности.

Рауль взял ее за руку, в свете ламп камень искрился и переливался.

— Вы необычная девушка, Жанна. Значит, вы совсем забыли, что носите мое кольцо?

— Боюсь, что так… — Она взглянула ему в лицо и почувствовала болезненный укол в сердце. Это кольцо должна носить женщина, которую он любит, а не та, для которой все это лишь маскарад и которая так мало для него значит. Он пошел за ней следом на ярмарку не потому, что беспокоился о ее безопасности, он просто орлиным оком следил за тем, чтобы ничего не случилось с кольцом.

— Все в порядке, — весело сказала она, — кольцо не пострадало. Если вы настаиваете на том, чтобы я продолжала его носить, я буду впредь осторожней.

— Настаиваю.

Жанна улыбнулась.

— Как красива мечеть, когда сквозь решетки струится свет. Она сама сверкает, как огромная драгоценность. На балкон, окружающий главный купол, пускают?

— Хотите посмотреть на город с высоты птичьего полета? Предупреждаю: подъем очень крут.

— Это было бы так интересно…

— Кажется, что вы хотите увидеть все в один день.

— Разве мы не уезжаем завтра в Эль-Амару?

— А вы хотите?

— Но ведь я должна следовать вашим пожеланиям, сеньор.

— Мы можем остаться еще на день. И на этот раз я отведу вас к владельцу подлинного антиквариата и вы можете выбрать действительно ценную шкатулку для драгоценностей.

— Я… я хотела купить лишь сувенир в память о Беникеше.

— Что-то вроде пепельницы или камешка с пляжа?

— Примерно. — Рауль отпустил ее руку, и она отодвинулась. — Не смейтесь надо мной. Я не могу позволить себе что-то по-настоящему ценное.

— Вам не придется это покупать на свои деньги, дорогая.