Под маской Клеопатры - Триш Мори

— Мне пора на работу. Какие у тебя планы? Филли усмехнулась.

— Я думаю, мне немного поздно строить какие-либо планы. Я жду ребенка.

— Так, значит, ты решила его оставить? Сердце Филли сжалось.

— Мне очень жаль, что ты спросил об этом.

— Не стоит так переживать. Как я еще мог узнать о том, что ты собираешься делать? Мы ведь так мало знаем друг друга.

Надевая на себя платье, Филли подумала о том, что это правда.

— Так, что ты хочешь от меня? — спросил Дамьен.

Филли посмотрела ему в глаза. Она хотела бы, чтобы ее взгляд был сейчас таким же холодным, как его. Если Дамьен не готов принять своего ребенка, что ж, она будет счастлива, воспитывать его одна.

— Что я от тебя хочу? — повторила Филли. — Абсолютно ничего.

— Ты что же, думаешь, что сможешь сама справиться со всем этим?

— Разумеется, смогу.

— А как насчет меня? — Дамьен был раздражен.

— Абсолютно очевидно, что ты не хочешь ребенка, — с вызовом заявила Филли.

— А ты хочешь? Она опустила глаза.

— Я понимаю, что для тебя эта новость была, как гром среди ясного неба. Для меня тоже, уверяю тебя, — сказала Филли. — Но теперь, обдумав все, я точно знаю, что смогу сделать жизнь этого ребенка счастливой.

— Весьма благородно и весьма сентиментально. И как же ты собираешься все это сделать одна?

— Я справлюсь.

— Ты справишься, — с иронией повторил Дамьен. — Мать-одиночка, разрывающаяся между работой и ребенком, способная заработать лишь жалкие гроши.

— Это происходит с миллионами женщин, и все они как-то справляются, — возразила Филли.

— Но это мой ребенок. Я не могу позволить, чтобы он в чем-то нуждался.

— Так что ты предлагаешь? Финансовую поддержку?

— Не только, — произнес Дамьен, ловко завязывая галстук.

Филли затаила дыхание. Неужели он хочет сделать ей предложение?

Выйти замуж за Дамьена.

Интересно, каково это? Просыпаться рядом с ним каждое утро, чувствовать рядом его сильное тело, знать, что вместе они — одна семья.

Могла ли она раньше мечтать об этом?

Но он не любит ее, она знает это точно. Зато они испытывают влечение друг к другу. Она любит его и сделает все, чтобы это влечение не ослабевало.

Затаив дыхание, Филли ждала. Она не могла ничего сказать, боялась спросить, что же все-таки он имеет в виду. Дамьен ушел в ванную комнату и пробыл там, как показалось Филли, целую вечность. Когда он вернулся, его волосы снова были в идеальном состоянии.

— У меня есть дом недалеко от города. Там постоянно проживают экономка и управляющий. Это идеальное место. Я возьму на себя все расходы. Тебе не придется беспокоиться о деньгах.

— Ты хочешь поселить меня в своем доме? — с недоверием переспросила Филли.

— Так будет лучше нам обоим, — сказал Дамьен, пожав плечами. — Я буду навешать тебя по выходным, когда смогу выбраться.

— А как же моя мать? Кто будет ухаживать за ней? Нет, Дамьен. Это не выход.

— Твоя мать тоже сможет переселиться. Места всем хватит.

— Большое спасибо. Это очень щедрое предложение. Однако сейчас я не могу позволить себе такую покупку.

Филли быстро направилась в ванную комнату — там она сможет перевести дыхание и спокойно подумать о том, что произошло, но Дамьен схватил ее за руку.

— Послушай меня. Я предлагаю ребенку комфортабельное жилье и безопасность. Я найму лучших докторов для твоей матери, лучших педиатров для ребенка. У него будет все. Что может быть лучше?

— Мне приятно сознавать, что ты так заботишься об этом ребенке. Но, что я буду делать в твоем доме?

— Ты будешь воспитывать малыша. Как я понял, этим ты и собираешься заняться. Тебе не нужно будет отвлекаться на другие дела, не нужно будет стирать, убираться, ходить на работу и за покупками. О твоей матери позаботятся квалифицированные сиделки. Я еще и платить тебе буду за все эти привилегии. Неужели после всего этого я не заслужил хотя бы немного благодарности?

— Благодарности? — воскликнула Филли. — Позволь мне предположить, каким образом я должна буду выражать тебе эту благодарность. Не должна ли я буду делить с тобой постель, когда тебе этого захочется?

Филли попыталась освободить руку, но Дамьен с силой притянул ее к себе, так что она могла видеть, как побелели от ярости его глаза.

— Десять минут назад у тебя, кажется, не было с этим никаких проблем. — Он смотрел ей прямо в глаза, не отрываясь, и сердце ее готово было выпрыгнуть из груди, голова кружилась. — Ты забыла, как умоляла меня овладеть тобой? — яростно вопрошал Дамьен.

Свободной рукой он сжал ей грудь. Филли напряглась.

— Неужели ты хочешь сказать мне, что больше никогда не станешь заниматься со мной любовью? — Его рука скользнула вниз. — Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.

— Дамьен, — взмолилась Филли.

Это была правда, но это еще не означало, что он может купить ее.

— Теперь тебе ясно? — победно произнес Дамьен. — Ты не сможешь отказать мне!

— Дамьен, — произнесла Филли так строго, как только смогла. — Я не буду твоей любовницей.

— Ты хочешь сказать совсем другое, — продолжал наступление Дамьен. — Позволь, я покажу, чего ты действительно хочешь.

Дамьен наклонил голову, чтобы поцеловать Филли в губы. Собрав последние силы, она все-таки вырвалась.

— Запомни, — сказала она, отбежав от него на безопасное расстояние. — Я не буду твоей любовницей!

— Тогда чего же ты хочешь? Чтобы я женился на тебе? Можешь даже не надеяться на это!

Филли побледнела. Конечно, после таких слов смешно убеждать этого мужчину, что воспитывать ребенка в полной семье — единственно правильное решение для родителей. Стоит ли говорить ему о том, что она любит его? Что ее любовь поможет создать им хорошую семью?

— Не смеши меня, — тихо сказала Филли, стараясь, чтобы голос не выдал ее. — Я повторяю: мне ничего от тебя не нужно.

Дамьен внимательно посмотрел на нее.

— О да, конечно. Но ты ведь очень надеялась на то, что я сделаю тебе предложение, правда?

Филли вскинула подбородок.

— Ты слишком высокого мнения о себе. Дамьен еще секунду не отводил взгляда, потом сказал, будто соглашаясь:

— Что ж, значит, так тому и быть. Я не создан для семейной жизни.

Он подошел к перегородке, отделявшей спальню, и добавил:

— Я вернусь на работу. Ты можешь остаться.

— Я спущусь через несколько минут, — заверила его Филли.