Моя синеглазая нежность - Марисса Вольф

Пыльная дорога шла по однотипному коричнево-серому пейзажу, начисто лишенному деревьев или какой-либо другой растительности. Мы петляли среди каких-то одинаковых холмов, поворачивая то вправо, то влево.

— Сань, а не поздно ли мы туда едем? — поглядывая на часы, спросила Надя. — Когда мы туда доедем будет уже хорошо вечереть. Что мы там смотреть по темноте будем?

— Не переживай, любимая, все успеем посмотреть, — загадочно ответил Санька, не отрывая взгляда от неровной дороги.

Дорога и впрямь была не для слабонервных. Нет, Егору она, конечно, даже нравилась. Его забавляла бесконечная тряска. Но мне уже начало порядком надоедать и даже немного подташнивать.

Но, к счастью, мы уже остановились на какой-то пустынной стоянке, затерянной между коричневатых то ли дюн, то ли небольших лысых холмов. Кроме нас в этой глуши не было ни души. Только на другом конце огромной стоянки стоял какой-то запыленный джип.

Честно говоря, мы уже порядком устали от дороги, хотя и не ходили сегодня пешком. Хотелось присесть куда-то (да хоть на тот пыльный валун), чтобы перекусить бутербродами и огурцами с помидорами, которые я успела купить в каком-то придорожном магазине, пока Надя с Санькой заправляли машину.

Но Санька упрямо тянул нас дальше — вперед за очередной холм. И когда мы в конце концов, огибая его, наткнулись взглядом на что-то из ряда вон выбивающееся, мы застыли на месте.

— Вау! А это точно Долина Смерти? — шокировано переспросила Надя, не отводя взгляда от маленького прозрачного озера, в которое с высокой скалы позади падал раздваивающийся книзу водопад. Эта жемчужина пустынного пейзажа была словно в огранке окружающей ее яркой зелени.

— А где камни? — тут же показал свои истинные интересы Егор.

Санька только рассмеялся и махнул рукой. И тут мы заметили, что немного вглубь от дороги расположена большая восьмиместная палатка. Сначала мы даже не заметили ее, поскольку она была искусно спрятана под низко нависающей пышной листвой огромного дерева.

— Ой, — только и смогла высказать свое восхищение Надя, когда заметила быстро приближающегося к нам молодого человека.

— Привет, братишка, — крепко обнял того Санька, а потом повернулся ко мне. — Оля, это Андрей, мой брат. Андрей, это Оля, Надина подруга.

— Привет, дорогой, — тепло поздоровалась с подошедшим Надя.

— Привет, — буркнул Егор, протягивая незнакомцу руку, немного прячась за мою ногу.

Тот рассмеялся и присел пониже, тоже протянул свою лапищу и сжал маленькую кисть:

— Привет, маленький мужчина.

— Я не маленький, — сын все еще не сменил хмурое выражение лица. — Я злослый.

Молодой человек, все еще сидя возле Егора, поднял голову и ослепительно улыбнулся. А потом поднялся, разминая крепкие руки.

— Как скажешь, взрослый, — уже без тени улыбки сказал ему Андрей. — А это твоя мама?

— Да, — ответил сын, встав немного впереди, словно защищая меня.

— Красивая, — голубые глаза Андрея смотрели прямо на меня, заставляя немного покраснеть от неожиданного комплимента.

— Не так, — серьезно сказал Егор. — Она у нас самая красивая! — сделал ударение на предпоследнем слове.

— Согласен, — едва слышно произнес молодой человек. А потом добавил уже громче. — Ребята, пойдем к нашим. Там уже шашлыки готовы, — подхватил рюкзак Нади, предложил Егору руку, тот отказался, и отправился впереди нас, живо разговаривая со своим братом.

— Вот же Санька! — притворно возмутилась Надя. — Договорился встретиться с Андрюхой и главное ничего нам не сказал.

Я только молча покачала головой. Все это, конечно, весело, но никак не решает моей проблемы с Ураганом, а только усложняет все, рассеивая внимание.

Когда мы подошли к палатке, там уже сидели на поваленных деревьях две девушки и парень. Все они были друзьями Андрея, не упустившими возможность отправиться на не запланированный пикник в Долину.

Ребята накормили нас шашлыком, к которому очень подошли наши огурцы с помидорами. А потом мы долго сидели у приятно потрескивающего костра, пока на небо постепенно опускалась ночная желанная прохлада. Спокойные разговоры, приятная компания, вкусная еда — сына потихоньку сморил сон.

Но как только я начала укладывать Егора в спальник в этой большой палатке, он проснулся. Расплакался и напрочь отказался ложиться спать на природе. Я вздохнула, прижав сына к себе и начала уговаривать его переночевать в походе, мол, у нас сейчас такое интересное и захватывающее путешествие, о котором мы столько раз говорили при просмотре соответствующих мультиков. Но он заливался слезами, до боли сжимающими мое материнское сердце.

Сын до этого никогда не ночевал на открытом воздухе, только в четырех стенах. Видимо, это и испугало его.

— Поехали, я вас отвезу. Тут неподалеку есть гостиница, — сказал заглядывающий в палатку Андрей, доставая из кармана ключи от машины.

— Пойдем, капризуля, — вздохнула я, прижимая родного человечка к себе, чтобы понести его на руках до автомобиля.

— Давай помогу, — протянул руки к Егору молодой человек, намереваясь перехватить сына.

Но тот заупрямился и вцепился в мою шею цепкой хваткой.

— Пойдем уже так, — попросила я, забирая свои вещи.

Через несколько метров позади остались друзья, растворившиевся в ночной темноте.